Выбор за тобой (СИ), стр. 83

– Каэлье? – Догадываюсь я.

– Да, это имя тёмной прорицательницы, наша же светлая, и видения о нашем мире и о том, что ждёт наше королевство, им приходят одновременно. Когда вы появились на свет, то прорицательница, присутствующая при родах, произнесла вслух пророчество. «Цвет расплавленной меди с вкраплениями золотых искр пламени. Тёмная зелень необузданных лесов в глубине глаз. Белоснежная кожа, не тронутая солнечными лучами. Необузданная сила четырёх стихий. Необъятная власть над всем живым и мёртвым. Время пришло. Час настал покарать всех неверных, разбудивших силы природы и отвергнувших своё истинное предназначение. Бойтесь ненависти вашей новой Богини, ибо она разрушит вас и даст жизнь новому миру», – в моей памяти всплывают слова Рэйга, когда он впервые увидел меня в замке. Именно первые слова пророчества он произнёс, а потом объяснил это тем, что таким было проклятие Ирэн, но и это ложь. Это пророчество, описывающее меня. Его поведение тогда меня удивило, как и та скорость, с которой он согласился мне помочь выйти из замка, и… он знал. Меня осеняет понимание. Если Рэйг, действительно, настолько силён, и был в курсе того, что Ирэн вышла через портал в человеческий мир, и мы были с ней похожи, значит, он прекрасно знал, что я не погибла и жива. Второй младенец, так идеально подходящий под описание пророчества, был в его руках, и вся сила, которой я обладала тоже.

Боже мой… сердце издаёт треск внутри, пока Эми рассказывает о пророчестве и о том, как они ждали момента обращения меня в Богиню, которую им пророчили. Но этого не случалось…

Мою грудь сдавливает, пока картинки прошлого с первого момента знакомства с Падрэйгом проносятся перед моими глазами. Его страх, когда я проклинала его, и требование снять с него ужасающее будущее. Его жестокость ко мне всё время. Чудовищный трепет на «Дне прошения» и исполнение моих желаний. Та битва перед входом в нижний мир… это была не Ирэн, а я. Эта сила принадлежала мне, но никак не ей, ведь она осталась той же, что и прежде в видениях.

– Какая сила? – Перебивая Эми и её причитания о том, как им было страшно за меня.

– Какой силой я обладаю? Могу ли я проклясть? – Поднимаюсь из кресла и смотрю куда-то перед собой.

– Да, конечно, ведь вы повелеваете разумами и легко можете наложить проклятье, которое идёт от вашего сердца.

Бум. Моё сердце ещё раз трескается, и острые камни царапают меня изнутри.

– Облик? Мой облик такой или меняется?

– Никто из нашего мира не может быть в человеческом обличье, когда применяет свою силу. Это лишь обычная маска, за которой не угадать, какие силы скрываются внутри.

Ещё один удушающий треск, подтверждающий мои догадки. Я изменилась. Там, в пещере, я помню, как всё заволокло темнотой, и моё тело стало гибким, выносливым, как и пальцы длиннее, а ногти превратились в когти.

– И это всё появляется в момент ненависти? – Сухо уточняю я.

– Да, это начинается именно так, когда сила пробуждается. Её могут вызвать только сильные эмоции и желание защищаться. Животная реакция.

Дёргаюсь, словно Падрэйг вновь ударил меня по лицу, как тогда, чтобы вызвать эти силы и посмотреть, что я умею. Лгал! Лгал! Лгал! В глаза лгал!

– Ворон. Огненный ворон? Что это значит?

– Вы проводили ритуал, Ваше Высочество? Ох, милая, не говорите этого… ваш отец… ох…

Оборачиваюсь, замечая, что Эми побледнела.

– Что это за ритуал, и почему ворон? – Цежу я.

– Ритуал очищения разума и полного поглощения силой, разрешение и согласие принять свою судьбу. Он должен проходить перед обращением и полным осознанием той силы, которую вы имеете. Ворон… он… символ силы первородной Богини живого и мёртвого. Птица смерти и рождения. Птица силы и верный союзник во всех войнах. Он глаза и уши. Он часть вас.

Ворон ворвался в моё тело и поднял его. Каэлье лгала. Не было никакого обморока. Они наблюдали за тем, как я соединилась полностью со своей силой и стала целостной в их мире, а затем моё сердце потянулось в объятия тьмы и одарило её мощью, благодаря которой Рэйг смог насытиться и продолжил убивать неверных. Они пользовались мной. Они без спроса забирали мои силы и проверяли меня. Они просто сделали из меня дуру, которая им верила и полюбила их. Ненавижу.

Грозный стук града в окно говорит о том, что непогода только начинает свою злосчастную песню.

– И я обладаю силой. Огромной силой, которая станет оружием в вашей войне, – вспоминаются слова Каэлье.

«Вы не просто нечаянно появившейся здесь человек, вы отличное оружие, и если вы станете врагом, то ни у кого не останется ни шанса выжить», — горько усмехаюсь.

– Не в нашей, а в его, – Эми передёргивает плечами.

– Почему его? Если это вы хотите напасть на них? Если вы порабощаете существ и заманиваете их в ловушки? Если вы хотели убить меня? – Прищуриваюсь я.

– Это он вам вбил в голову, моя принцесса. Он воспользовался вашим незнанием и переписал историю, чтобы вы восстали против своего народа, против отца и кормилицы, против возлюбленного и сотен невинных детей, – Эми закрывает глаза рукой, шумно вздыхая.

– Так не порабощаете? Не воруете этих существ? Не желаете добраться до портала, чтобы отомстить людям, которые закрыли вас в клетке этого мира? – Зло цежу я.

– Нет! Нет! – Вскрикивает Эми, и в этот же момент моя дверь с грохотом распахивается, являя перед нами «отца», испуганно влетевшего в спальню.

– Что ты творишь, безмозглая? Я же просил тебя не причинять ей боль! Пошла вон отсюда! Вон! – Кричит он, хватая Эми за шкирку, и толкает к двери.

– Прекратите, – шиплю я, не в силах больше терпеть ложь повсюду. Я не могу справиться с тем ужасом, который творится в моём сердце, и из моей груди протекает по рукам ледяной поток горя и вырывается из ладоней, отталкивая мужчину к стене.

– Эйрин, доченька… я…

– Что ты? Вы все тянете меня на свою сторону! Вы все обманываете меня! Я хочу знать правду, и я получу её! Немедленно! – Я вижу, как из моих рук тянутся острые копья льда, как было это раньше, и окружают мужчину, угрожая ему смертью.

– Хорошо, доченька, хорошо. Угомони свои силу, не питай ей зло, которое он вселил в твоё сердце. Не обращай её против добра, – шепчет «отец». Мои руки опускаются, как и всё исчезает, возвращаясь обратно в тело ледяным отчаянием и ударяя по моему сердцу, отчего оно сильнее разламывается и дерёт грудь.

– Что ты хочешь знать? – Осторожно интересуется он.

– Для чего тебе война? Откуда столько ненависти друг к другу? Зачем мстить людям? – Резко спрашиваю его.

– Информация твоя изначально неверна, дочь. Твой разум был подавлен силой Падрэйга и заменён тем, что ему было выгодно. Мы не собираемся никому мстить, мы лишь хотим закрыть портал навсегда, уничтожить его, и всё.

Нет, я не верю. Не хочу верить…

– Это я был тем, кто первым вошёл в этот пустой мир, созданный моим другом, отцом Падрэйга. Мы договорились с ним, что он будет отправлять ко мне наших людей, а я размещать их здесь, выделяя каждому существу территорию. Так и было, пока портал не закрылся на некоторое время, и никто не мог его открыть. Мы поняли, что случилась беда. Король наш спрятал нас, а в это время всю его семью схватили. Одна из первородных носительниц магии лежала без сознания и была не в силах помочь нам открыть портал, а наша сила была уже на исходе. Через несколько дней она распахнула глаза и так громко закричала, обратив свою силу на дверь в человеческий мир, что в ней образовалась дыра. Волхмун и Каэлье перенесли в наш мир лишь младшего сына королевской семьи – Падрэйга, полного горечи и злости на людей. Он направил свою мощь на то, чтобы всегда была ночь, и никто не мог переубедить его в этом. Он был мне как сын, которого мы все любили и пытались ему помочь стать хорошим правителем. Но Зло, которое он лелеял внутри себя и лелеет до сих пор, сделало его жестоким. Он создал нижние миры для мужчин и женщин и наслаждался их мучениями, создавал глупые правила, чтобы лишить народ сил и забрать их себе. Он творил бесчинства, таскал из человеческого мира людей и издевался здесь над ними, насиловал женщин, как и его последователи, сейчас правящие поселениями. Они отправляли беременных женщин обратно и заселили землю полукровками. Раньше… до нас войн не было. Никто не жил со злобой и завистью, никто не восхвалял жестокость и бесчеловечность. Это сделал Падрэйг со своими полукровками, чтобы его народ питался этой энергией, – мужчина замолкает.