Выбор за тобой (СИ), стр. 66
– Как капли стираются в этом затменье, так и сомненья сотрутся и уйдут во забвенье. Будем мы вместе, и ничто не разрушит той силы любви и сладости солнца. Высшие силы, мои вечные спутники помогут во всём и подарят свободу. Да будет так, как я хочу! Да сбудется то, что я хочу! Да вернётся то, что я хочу! Призываю тебя, мой ворон небесный! Лети ко мне и стань спасеньем! – Едва я выкрикиваю последние слова, как от огня отделяется огромная птица, переливающаяся всеми цветами тёмного солнца и черноты ночи. Из горла вырывается смех, когда ворон парит над нашими головами, поворачиваясь, набирая скорость, и влетает со всей силы в мою грудь, наполняя тело невесомостью и безграничной радостью. Мои глаза закрываются, а ветер обдаёт горячим потоком лицо, и я купаюсь в невероятно обжигающей любви и словно становлюсь ещё сильнее, ясно осознавая, какой выбор я сделаю дальше.
Неожиданно меня ловят чьи-то руки, и я распахиваю глаза.
– Держу, – шепчет Рэйг. Моргаю, и звук в моей голове включается. Повсюду раздаются улюлюканья, девушки перепрыгивают через костёр.
– Что…
– Всё в порядке, Эйрин. Это была Богиня, и она одарила тебя тем, о чём ты её просила. Ты теперь стала полноправной частью ковена, как и возглавляешь его, – мягко объясняет Рэйг, опуская меня на ноги.
– Моя Госпожа!
– Моя Королева!
– Моя Правительница!
Раздаются отовсюду возгласы, и все, кто здесь присутствует, опускаются передо мной на колени. Круто!
– Но я не могу, ты же знаешь, что я…
– Не волнуйся, ты просила о надежде и о свободе, этим и одарили мой народ. Сделай вид, что так и должно быть, – подсказывает Рэйг. Конечно, мне приятно, что у меня что-то получилось, и силы магии даже на обычного человека воздействовали, но повелевать людьми я не готова. Я понимаю, что они все ожидают от меня ответных слов.
– Пусть начнётся пир в честь новой жизни! – Громко произношу я и опасливо смотрю на Рэйга. Он кивает, а люди подскакивают с земли, прыгая и кружась. Музыка и веселье заполняют опушку, а я пока не могу прийти в себя от того, что натворила. Откуда это всё появилось, я не знаю. Может быть, всё же сила Ирэн во мне осталась и как-то помогла мне.
– Миледи Эйрин, – подскакивает ко мне Каэлье и вырывает из рук Рэйга. Она крепко обнимает меня и расцеловывает.
– Вы теперь моя Богиня и сестра. Спасибо вам! Я так рада, что вы ощутили нашу силу и поддались её мощи! Надеюсь, вы чувствуете себя хорошо, вы чуть в обморок не упали, – замираю, хотя всё помню иначе. Я словно поднялась над землёй, а, оказывается, всё было иначе.
– В обморок? – Переспрашиваю я.
– Да, такое бывает. Ничего страшного, вы были прекрасны. А какие слова, они шли от вашей души и тоже имели силу. Богиня нас услышала, и теперь мы можем возрадоваться этому. Повелитель, вы же не против, если я заберу её на некоторое время, предполагаю, что этой ночью наша Госпожа будет поглощена вниманием и радостью? – Не дожидаясь ответа Рэйга, Каэлье тянет меня за собой к костру и вкладывает мне в руки деревянную кружку с напитком.
Так, похоже, я всё же оплошала. Я чувствовала всё иначе и не понимаю почему.
– Каэлье, – задумчиво зову её, делая глоток сладкого фруктового вина.
– Да?
– Скажи, а птицы не было? Я видела птицу, ворона, и он в меня влетел, – тихо произношу я.
Девушка на секунду удивляется, а затем расплывается в улыбке.
– Это транс, мидели Эйрин. Когда мы в него входим, то всё замирает, и видим то, чего бы нам хотелось, тем самым обмениваясь энергией и впитывая её от огня, – поясняет она.
– То есть его не было, и никто его не видел? – Уточняю я.
– Нет. Он был в вашей голове и только, миледи. Я, к примеру, видела своего мужа, улыбающегося мне и уверяющего, что он свободен, и я не должна печалиться без него.
Я дура. Нет, я больная дура, посчитавшая, что сделала что-то реально крутое, а, оказывается, наркоманка чёртова.
– Понятно, – опускаю взгляд, делая ещё один глоток вина.
– А теперь мы будем танцевать, моя Госпожа. Присоединяйтесь к нам.
– Я бы хотела уйти. Могу я уйти, что-то голова разболелась? Видимо, слишком много эмоций, – качаю головой и натянуто улыбаюсь Каэлье. Нет, ничего у меня не болит, наоборот, я ощущаю мощный прилив сил, но выставить себя ещё большей идиоткой не хочу.
– Я бы вам советовала немного побыть здесь, но ваше решение закон для меня. Если вы чувствуете себя плохо, то вам точно следует отправиться домой, – кивает она.
– Что ж, тогда благодарю за всё и желаю приятной ночи, – прощаюсь я.
– И вам, миледи. Не бойтесь своих чувств, сегодня они помогут вам, – загадочно улыбаясь, Каэлье направляется к девушкам, заводящим её в круг.
О, да, мне уже достаточно грёз.
Разворачиваюсь и ищу взглядом Рэйга, чтобы попросить его провести меня в замок, но его нигде нет. Брожу среди людей, приветствующих меня, и могу только кивать им, продолжая искать Рэйга. Он что, ушёл? Взял и оставил меня здесь? Вот же гадёныш.
Допивая вино, ставлю кружку на стол и направляюсь в лес. Я, конечно, помню, как дойти до замка, но мне обидно, что Рэйг просто бросил меня и свалил.
Пока бреду по лесу, то ловлю себя на мысли, что я заставляю себя злиться. Да, именно ищу эти эмоции, но их нет. Я не испытываю даже обиды за то, что осталась одна, да и не одна, а среди доброжелательных людей. Что-то со мной случилось во время ритуала. Я видела его. Я смотрела на него и чувствовала невероятную нежность, заботу и яркое желание защитить. Именно оттуда я и черпала слова, которые произнесла или вслух, или же внутри себя. Этого я точно не могу сказать, потому что мне чуждо всё это, но я не зла и не раздражена, я влюблена. Сейчас мои чувства настолько искренние и живые, что я испытываю даже стыд за безобразное поведение, за те истерики, которые устраивала. Я корю себя за ту ненависть, когда попала в этот мир, за мысли о том, что все здесь злые и жестокие твари. А они нормальные. Они даже нормальнее людей, и в них нет той вселенской злости, которую им приписывают. Я не отрицаю, что убийцы должны понести наказание, но это обычные люди со способностями прощать и любить. И впервые за своё пребывание здесь я хочу остаться. Я не желаю возвращаться в свой мир, потому что там я ничего не могу сделать. А здесь… чёрт возьми, я чувствую себя всесильной, и словно они все кружатся только вокруг меня. Это невероятное ощущение дома и свободы сознания.
Вхожу в замок и замечаю, что вокруг меня темно, а обычно здесь всегда горит свет. Никто меня не встречает, и мне этого не нужно. Я вернулась домой. Домой! Моё сердце радуется и наполняется спокойствием, меня окутывает теплом и любовью. Поднимаюсь по лестнице, намереваясь лечь спать, но замираю наверху.
Раньше я видела стену слева, а сейчас там коридор и центральная дверь немного приоткрыта, откуда льётся алый свет. Даже не задумываясь, направляюсь именно туда, рассматривая на стенах портреты. На одном из них изображена женщина рядом с темноволосым мужчиной, и я её помню. Её портрет висит в одной из тех закрытых спален, через которые меня вёл Чичи. Мать Рэйга и, видимо, его отец. Далее ещё один портрет, похожий, но их одежда становится более роскошной, и женщина на руках держит младенца. На следующем уже два мальчика стоят рядом с ней и ещё один ребёнок на руках. И так неторопливо двигаясь, я останавливаюсь у картины, на которой запечатлена вся семья. Там уже они взрослые, кроме Рэйга. Он малыш примерно пяти лет с густыми, непослушными кудрями, сидящий на полу и смеющийся. Все они улыбаются, и я узнаю Каэлье рядом с красивым темноглазым мужчиной, держащим на руках ребёнка. У них был ребёнок, и, вероятно, не только мужа она потеряла, как и все они. У всех пар были дети, а их убили люди. И Рэйг пытается спасти людей до сих пор, не позволяя неверным обрушить тьму на невинных. Мне так жаль… моё сердце от горя и боли сжимается, а на глазах появляются слёзы. Я как-то не задумывалась о том, что Рэйг не просто взбалмошный, эгоистичный, самовлюблённый и обиженный на весь мир парень, он прожил слишком много и видел самое ужасное, но продолжает двигаться дальше, отдавая всего себя своему народу. Ведь это сложно. Столько существ живут под его защитой. Он всем им даёт силы и питает их, старается не нагнетать атмосферу и устраивает глупые балы, чтобы поддержать жизнь и подарить надежду. И он понимает, что проиграет, но будет бороться до конца.