Выбор за тобой (СИ), стр. 11

Но крик вновь раздаётся в тишине, и я оборачиваюсь. Я совершенно чётко слышала: «Помогите». Я трусиха, признаюсь сразу. Не хочу никому помогать сейчас, ведь так подавлена, да и что я могу сделать?!

– Умоляю, помогите! – Кричит девушка.

Бросаю взгляд на огни города, а затем в гущу леса. Чёрт возьми, разумом я понимаю, что должна вернуться в город, пойти в полицию и сообщить об этом, но не могу оставить кого-то просто так в беде. Вдруг я всё же, действительно, смогу чем-то помочь. Хотя мне страшно, очень страшно, ведь совершенно неизвестно, что там происходит.

– Эй, ты где? – Кричу я, быстро направляясь между деревьев.

– Помогите! – Кажется, что голос раздаётся отовсюду. Я не знаю, куда бежать сейчас. Вперёд или назад. Вправо или влево.

– Прошу вас! Спасите меня! Болото!

Значит, нужно двигаться на север. Вот кого угораздило пойти ночью к топи? Идиотка. Срываюсь с места и бегу туда. Я прекрасно знаю этот лес, мы часто гуляем здесь, да и о болотах нам с детства рассказывают. Туда нельзя заходить, особенно с осени до лета, и да в остальные месяцы тоже, но сейчас оно разрослось, и туристы абсолютно не представляют, что скрывает под собой ковёр из опавших листьев. Они заглядываются на красоту луны и звёздного неба, не замечая, что ступают на тропу смерти. Такие были… и сейчас всем впервые приезжающим в наш город или просто проезжающим мимо сообщают об этом.

Добегая до топи, останавливаюсь и перевожу дыхание. Я даже точно не знаю, где её начало, а где конец, и мне страшно идти дальше.

Осматриваю в ночи тёмную землю и никого не вижу. Чёрт… неужели, не успела? Неужели, она погибла?! Господи всемогущий!

– Отзовись, где ты? Пожалуйста, отзовись, – опускаясь на колени, ползу по земле, надавливая на рыхлую землю, а затем останавливаюсь, как только рука проваливается в вязкую неприятную смесь, утягивающую вниз. Поднимаю голову и снова присматриваюсь к зарослям и деревьям.

– Эй, подай голос, – прошу я. Ничего. Больше не слышно ни звука, и это меня пугает намного сильнее, чем даже измена Терло.

В панике роюсь в топи, осторожно передвигаясь на коленях по земле, и царапаюсь об кусты. Мамочка, что делать?

– Ну же, ты где? – Шепчу, продолжая искать хоть что-то под верхним слоем болота. Но это безуспешно, ведь если оно утянуло человека, то он уже мёртв. Задохнулся и останется там, пока это место не высохнет. А потом опознание и безрадостная весть.

– Мне так жаль… так жаль, – горько произношу я, опускаясь на землю и вытаскивая руку из топи. Ужасно… боже. Слёзы снова скапливаются в глазах. Что за день такой печальный? Почему со мной всё это случилось? И как, вообще, принять то, что человек погиб, что его не вернуть и никто не увидит его больше. Я плачу не потому, что знала эту бедную девушку, а потому что просто соболезную всем, кого она так бездумно покинула.

Вытирая руки о своё платье, а затем лицо, размазывая ещё больше косметику, едва только хочу подняться на ноги, как всё перед глазами темнеет, а голова разрывается от тупой боли в затылке. Я не успеваю даже издать вздох, как разум погружается во тьму, и я падаю прямо в топь, утягивающую меня вниз.

Глава 5

Медленно открываю глаза. Шевелю пальцами и ощущаю острые сухие ветки куста, на котором лежу. Всё тело болит, голова раскалывается, во рту жуткая сухость, а зрение плывёт, и только туман покрывает место, где я нахожусь. Облизывая губы, с болезненным стоном переворачиваюсь на спину и падаю на землю, кривясь от саднящих царапин и затёкших мышц, да и от удара по голове. Удар… меня кто-то ударил. Сажусь на опавшую листву, замечая, что до сих пор вокруг меня сгущается ночь, и дотрагиваюсь до затылка, ожидая нащупать шишку. Нет. Ничего. Только ветки и листья торчат из заколотых волос, отчего уже болит кожа головы. Вытаскиваю шпильки и массирую голову, медленно дыша. Вспоминаю всё, что со мной произошло. В голову ничего не приходит, кроме измены Терло, предательства друзей и гибели незнакомой девушки. Я совершенно точно ощутила удар по голове, от него и отключилась, а ещё помню, как меня засасывало болото, и дышать было так сложно, как будто сама умирала. Медленно. Мучительно. А, может быть, я всё придумала от шока из-за того, что сделал мой бывший парень, и от переизбытка эмоций упала в обморок и поранилась? Дотрагиваюсь до своих ног и не чувствую ни одного пореза. Но это невозможно. Ветки должны были поцарапать меня, когда я падала и когда ползала в поиске жертвы болота. Но ничего. Вообще, ничего, только листья на одежде и грязь.

Так, надо идти домой. Это потрясение. Сильное потрясение, с которым я встретилась первый раз в жизни и не справилась с его напором. Сбой системы, и только.

Убеждая себя, что всё хорошо, а остальное я, наверное, придумала, отталкиваясь от деревьев, бреду в ночи в направлении города. Всё тело ломит, словно меня несколько раз протащили по земле и бросили. Да и чувствую я себя так же. Разбитой. Голодной. Раненной.

С неимоверными усилиями спускаюсь от замка к городу и непонимающе озираюсь, встречая жителей в костюмах. Наверное, я просто ненадолго отключилась, вот и всё. Время ещё раннее, и все гуляют, развлекаются и просят конфеты. Проходя мимо площади, обращаю внимание на большие часы, показывающие начало одиннадцатого. Что за ерунда? Квест был в полночь, и сейчас не может быть десяти часов вечера, если учесть, что праздник в самом разгаре. Они остановились или сломались, другого объяснения нет. Бреду к своему дому и вижу своих друзей и Терло в тех же костюмах, что и раньше. Они стоят возле моего дома и обсуждают, что же ждёт их в замке на холме. От шока, от абсолютного ступора замираю, смотря на них, оживлённо болтающих и смеющихся, словно ничего не произошло. Разыграть меня хотят, чтобы я забыла о том, как они поступили со мной? Специально пришли сюда, чтобы дождаться меня и убедить в том, что всё это время были здесь и не знали, где я? Сволочи!

Только открываю рот, чтобы накричать на них и высказать всё, как слышу саму себя.

Клянусь, это я в идеально отглаженном и новеньком костюме, в первоначальном виде, сбегаю по ступенькам, и Терло, обнимая меня, целует.

– Ну что, пойдём? Заскочим в несколько домов, чтобы утолить голод, и на квест.

Уилл это уже предлагал. Вот несколько часов назад я это уже слышала.

– Это не смешно! Кто это такая? – Голос от потрясения хрипит, когда вся компания проходит мимо меня, даже не замечая.

– Терло, чёрт возьми! Что это за девица? – Пытаюсь схватить за локоть своего парня, но моя рука проходит сквозь него, отчего я вскрикиваю, а затем визжу. Что за ерунда? Что происходит?!

Меня всю трясёт. Голова кружится, и я не могу стоять на ногах. Разворачиваясь, несусь к своему дому, чтобы хоть что-то понять, подумать или же найти логическое объяснение происходящему. Пытаюсь нажать на ручку, но мимо. Правда, мимо. Как будто я… умерла? Я погибла в топи? Но… но… это невозможно. Люди не возвращаются обратно и не видят себя же ещё живыми. Я не могла умереть… не могла!

Кулаком ударяю по двери и на удивление слышу грохот от этого, но почему тогда не могу войти в дом? Почему моя рука прошла сквозь тело Терло, а затем через входную ручку, когда я могу ударить по двери? Что происходит?!

– Мама! Папа! Откройте! Это я! – Кричу, тарабаня по двери. Но никто не отзывается на шум, даже соседи не обращают на меня внимания, проходя мимо дома и направляясь к центру города.

Руки уже болят от того, с какой силой я стучу по двери, но мне никто не открывает. Разве у призраков болит что-то? Нет. Я живая. Я… сплю, наверное. Очень сильно меня ошарашила эта ночь, и я, видимо, до сих пор лежу там в лесу, видя очередной кошмар. Иначе я не могу это принять.

Обегаю вокруг дома и вглядываюсь в окно, за которым должна быть гостиная. Я вижу сквозь тюль, как работает телевизор, даже слышу его звук, как и голоса родителей, смотрящих юмористическое шоу.

– Мама! Папа! – Ударяю по стеклу в надежде, что оно разобьётся. Ничего. Даже не дрожит от силы моего кулака.