Эпоха Опустошителя. Том XII - Часть III (СИ), стр. 39
Вот только свои пылающие глаза инфериец устремлял лишь в мою сторону.
— Не вздумай подыхать слишком рано, щенок! — самодовольно расхохотался он сквозь нарастающий грохот чудовищной бури.
Мириада сраных бед! И откуда они только выползают.
— ТЫ РЕДКОСТНЫЙ ФАНТАЗЁР, АББАДОН! — не остался я в долгу. — СМОТРЮ, РАСТЁШЬ НА ГЛАЗАХ! ПРАВДА, ЖИЗНЬ ТЕБЯ ПО-ПРЕЖНЕМУ НИЧЕМУ НЕ УЧИТ! ЗРЯ ТЫ ВЫПОЛЗ ИЗ СВОЕЙ ДЫРЫ!
Надменный гогот владыки Разрушения зазвучал громче. И даже оглушительный свист грохочущего урагана не был тому ровней. На секунду его смех показался таким же мерзким, как и смех Опустошителя.
— Ты прав, недоносок! Мы с тобой еще не закончили…
Облачение Опустошителя…
Восход Опустошителя…
А теперь…
Грань Опустошителя…
Оборонительный массив образовался будто по щелчку пальцев. Несокрушимая серо-багровая стена встала на пути у разрушительной бури Аббадона и приняла первую волну враждебного натиска на себя.
Точно не знаю, что этот уродец с собой сделал, но прямо сейчас его магия уничтожала всё и вся на своём пути. Она изменяла ландшафт и всю округу. И всё это являлось лишь началом. Рваться в лобовую атаку было глупо. Очень глупо. Потому как позади находилась горстка тех, кто поддерживал меня и доверял мне. Да, там были хранители и владыки Инферно. И да, они могли спокойно защитить тех немногих храбрецов, которые рискнули всем ради меня. Однако я не привык идти на поводу у случая.
— Закончим, Аббадон… — выдохнул раздраженно я себе под нос, медленно отступая назад и заглядывая себе через плечо. — Скоро мы с тобой закончим. Впрочем, мы все очень скоро закончимся.
«Сейчас не до шуток, мой разоритель, — озабоченно обронила Руна. — Но как же всё-таки жаль, что шутить ты можешь только в такие моменты».
Уж прости, малышка.
Не успел я оглянуться, как почти сразу встретился взглядом с хранителем Земли. Именно Лазарев был ближе всех ко мне. Остальные держались чуть поодаль. Искорка, Фи и Бездна то и дело порывались в мою сторону, но Матвей, Рас и Тар знали своё дело.
Скорее всего, Паллад и Аллейда тоже ошивались где-то неподалёку, о чём явственно твердили знакомые потоки их силы, которые образовали многослойный щит. Я же накинул свой купол поверх них и распространил его как можно дальше.
Барьер Истребления…
Через секунду щит схлопнулся, и основная мощь Аббадона обрушилась на всю область разом. И в том мерзком мареве почти невозможно было рассмотреть хоть что-то, потому приходилось полагаться на инстинкты.
Оборонительные барьеры ристалища пали одними из первых, после пришёл черёд защитных массивов, а под конец всюду воцарилась погибель. Арена Соприкосновения, одно из чудес света Альбарры, попросту перестала существовать вместе со всеми, кто не сумел защититься.
Ни криков отчаяния, ни воплей ужаса. По большому счёту разумные не успели толком ничего сделать или же предпринять. Все попросту обратились в ничто. Они стали частью кроваво-огненного тайфуна Аббадона.
— ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ, ВЫРОДОК⁈ — сквозь вой бури прорезался выкрик Марагны. — ПРЕКРАТИ…
— ОСТАНОВИСЬ, БЕЗУМЕЦ!!! — рык Зархона ни в чём не уступал Опаляющей.
Хохот Разрушителя не сулил ничего хорошего. Впрочем, то же самое происходило и на противоположной стороне. Обереги, само собой, защитили как себя, так и всех, кого успели. Вот только даже им приходилось пятиться.
Кровавое пламя пожирало не только материю. Оно прогрызало насквозь любые щиты. Алые потоки с шипением впивались в защитные купола, пожирали божественную энергию и, напитавшись ею, становились яростнее. Пространство непрерывно трещало, формируя новые разрывы. Земля же под ногами вздымалась и проваливалась, будто весь Край Соприкосновения оказался живым существом, которое билось в предсмертной агонии.
Гогот Аббадона становился громче. Казалось, что инфериец стал исполином, возвысившимся над всем Аронтиром. И пока многие противостояли катаклизмам враждебного урагана, владыка Разрушения чувствовал себя просто великолепно, о чём явственно твердил его надменный тон, прорывающийся сквозь тайфун:
— Не трепыхайся, бог Войны, до тебя чуть позже дойдет очередь! Пока будь здесь и не путайся под ногами. Позже сгодишься…
Удивительно это или нет, но звук разрываемой плоти и нарастающие нечеловеческие вопли я услышал даже сквозь грохочущий вой, а затем среди раскалённых кроваво-огненных потоков я увидел, как Аббадон с лёгкостью оторвал обе руки и ноги Аресу. Пару секунд он с довольной улыбкой взирал на изувеченную тушу, а после как ни в чём не бывало отбросил стонущего оберега в сторону.
Несколько мгновений он с интересом рассматривал наш защитный барьер и весело фыркал. Однако затем повернулся ко мне спиной и неторопливо направился в сторону оберегов, лишь его приказ говорил об обратном:
— Начинайте. Продержитесь хотя бы минуту. Если уцелеете, то не пожалеете.
Ждал ли я предательства? Разумеется. С демонами иначе нельзя. Но в такой момент атака радикалов всё равно оказалась внезапной, о чём твердили одновременные страдальческие вскрики Нахемы и Марагны, а следом раздался болезненный рык Великого.
— СДЕРЖИ СВОЁ СЛОВО, АББАДОН! — рьяно выпалил Баал.
Шестёрка архидемонов-радикалов под предводительством Астарота и Баала ударила в спину. Зархон, Соблазнительница и Опаляющая стали первыми жертвами. Убить владык Инферно в таком положении было весьма сложно, но вывести из строя — крайне легко.
— НЕТ!!! — наполненный ужасом вопль Искорки заставил меня и Зеантара резко обернуться и застать весьма дерьмовую сцену. — МАМА…
Нахема и Марагна получили практически идентичные ранения в районе сердца и как подкошенные повалились наземь. Голова же Зархона походила на треснувший арбуз. Секира Буревестника не знала промаха. Да, тройка пострадавших всё ещё была жива, но толку от них было мало. Впрочем, не прошло и пары вдохов, как Барбатос Тёмный с разорванным горлом завалился навзничь, а грудь Калипса Шепчущей оказалась раздроблена.
За несколько секунд пятёрка лоялистов оказалась смертельно ранена, а радикалы под предводительством Баала и Астарота стремительно двинулись дальше. Следующими на очереди могли стать Валери, Грация, Фи и Искорка, но Матвей и Ростислав подоспели как нельзя вовремя.
— АХ ВЫ, СУКИНЫ ДЕТИ!!! — неистово заревел Ас-Ннай и на пару с Мелисандрой и Реахзором рванул им наперерез. — УБЬЮ ТВАРЕЙ!!!
Доля секунды. Мне требовалась всего лишь доля секунды, чтобы среагировать и рвануть назад, но в пространстве раздался голос хранителя Орсилая:
— Зеантар, держи барьер! Аллейда, ты страхуешь! Влад, не вздумай отвлекаться! Не знаю, что задумал тот архидемон, но он отнюдь не прост. Я разберусь в тылу! Доверьтесь мне…
Честно сказать, я не желал слушать Драгуна. Ярость и гнев почти застлали глаза, и в таком состоянии хохот Опустошителя начал звучать громче обычного. Однако порой жизнь преподносит чудовищные сюрпризы.
Протест завыл раненым вепрем, и в тот же миг кроваво-огненная тень рухнула откуда-то с небес. Барьер, что был выставлен Аллейдой, в одночасье рухнул, щит хранителя Земли затрещал по швам, и последним рубежом обороны оставалась моя Грань Опустошителя.
Впервые в жизни я захотел разорваться на две половины. Одна половина была готова стоять и удерживать оборону, вторая же хотела броситься назад. Но, увы, зачастую желания расходятся с реальностью. А затем в паре метров от себя я увидел кроваво-огненную тень Аббадона. Вот только то был не настоящий владыка Разрушения, а всего-навсего клон, который сокрушительными ударами стал монотонно разбивать оборонительные массивы.
Я мог опустить руки и просто броситься вперёд в битву. Но если бы я двинулся вперёд, то все, кто находился под куполом, угодили бы в ловушку. Чудовищная кроваво-огненная буря по-прежнему бушевала с внешней стороны. Сомневаюсь, что она убила бы меня или же, к примеру, хранителей с владыками Инферно, но вот многие остальные вряд ли бы уцелели. Под огромным барьером очутилось достаточно разумных: горгоны Танебриса, нимфы, хаззаки, все мои друзья и близкие, включая Искриду и Фи. Лишь сейчас я осознал, что тут и вправду собралось слишком много тех, кто был мне дорог.