Скорая помощь для оборотня (СИ), стр. 29

“Неизвестно, что этот придурок может сделать с ней или уже...”

Калеб откинулся на спинку кресла и устало потёр переносицу. Аврора пропала два дня назад. Все это время, казалось, что они делают недостаточно. Он не находил себе места, бессонными ночами его съедала вина. Не смог предусмотреть такой исход событий.

“Это все из-за меня. Я не учёл риски. Не поверил тот факт, что новообращённый сильнее нас.”

Взгляд Калеба упал на стол, где лежала папка с делом Авроры. С маленькой фотографии на него смотрела слегка улыбающаяся, девушка с живыми глазами.

— Я найду тебя, чего бы мне это не стало, — он сжал челюсть и потянулся к документам.

“Аврора Сантос. Твоя жизнь правда была такой скучной или есть что скрывать?” — мужчина пролистал несколько страниц. — “Из родственников только тётя. Из друзей - две подруги. В колледже и университете идеальные оценки. Но в жизни не кажешься типичной идеальной отличницей. Интересно, как бы сложилась жизнь, будь твои родители живы?”

Ответа на этот вопрос Калеб не знал. Как и не понимал, что будет с геном оборотня, доставшимся ей от матери. Никаких точных объяснений предыдущие поколения не предоставили. Он просмотрел уже все записи по многу раз. Но странное поведение девушки всё равно не выходило у него из головы.

“Перепады настроения, повышенный аппетит. Если тщательно посмотреть биографию, то два года назад Итан сильно избил её. После сломанного носа, переломов костей черепа и кровоизлияния в глаза – она оправилась слишком быстро. Можно списать на особенности организма. Но что-то не верится. Есть ведь еще одно объяснение.”

Калеб резко встал с места и направился к окну. Вдалеке мерцали огни города. Не замечая их, он нервно провел рукой по волосам и нахмурил брови. Мысли постоянно возвращались к одному и тому же, а точнее к одной.

Жизнь в стае оборотней — это терять членов семьи, принимать тяжёлые решения. Хоть сейчас всё больше оборотней стараются отходить от жёстких правил, прописанных когда-то давно. Но эта потеря ощущалась иначе, что раздражало.

Калеб тяжело выдохнул и отвернулся от окна.

“Где же ты…”

Ответа, конечно, не было. Только тиканье часов на стене. Мужчина сел за стол. На глаза снова попался снимок девушки. От этого уголки его губ едва заметно дрогнули. Но улыбка быстро исчезла. Калеб нахмурился. Он не понимал самого себя. Его самоконтроль и хваленная выдержка трещали по швам. Почему судьба этой девушки волнует его так сильно? Что мешает сосредоточиться и не предаваться нелепым терзаниям? Почему каждые несколько минут ловит себя на мысли, что представляет её одну в каком-нибудь заброшенном месте? Испуганную, замершую или раненую. Только чувство вины? Точно, нет. Он резко отодвинул фотографию. Будто это могло помочь. Поднялся со стула и начал ходить по кабинету. Ему не нравилось это чувство. Он всегда был человеком, который полагался на логику, факты и контроль. Но сейчас логика не помогала.

“Как много изменилось в моей жизни за несколько недель. До встречи с Авророй я бы считал, что глупо беспокоиться о человеке, который должен был изначально стать “приманкой”. И сосредоточился на поимке Итана. Сожалел бы что поймать его тяжелее ведь “приманки” больше нет.”

Использовать слово “приманка” в отношении девушки было тяжело, даже в мыслях. Когда звонил телефон, сердце невольно ускорялось. Каждый раз, когда поступала новая информация, он первым открывал отчёт, или когда поиски заходили в тупик, злость накрывала сильнее, чем должна была. Калеб остановился возле стола. Долго смотрел на фотографию. А потом тихо усмехнулся самому себе.

— Даже не знаю, когда это произошло.

Калеб был один в кабинете, поэтому признание прозвучало особенно странно. Он действительно не знал. Не мог вспомнить точного момент, когда начал переживать за Аврору больше, чем следовало. Когда её безопасность стала важна лично для него, и когда её улыбка начала всплывать в памяти в самые неподходящие моменты. Устало опустился в кресло. Сжал первую страницу с её фотографией. И впервые за все два дня позволил признать: больше всего его пугала мысль, что он может не успеть найти похищенную девушку.

Пока хозяин дома размышлял о своих сомнениях и чувствах, воздух в помещении изменился. Калеб замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Что-то было не так. Дом оставался тихим, но это была не привычная тишина. Она казалась тяжёлой, напряжённой, словно вместе с ночным воздухом в комнаты проникло чьё-то чужое присутствие. Мужчина медленно перевёл взгляд в сторону коридора. Инстинкты оборотня редко ошибались. В доме был кто-то ещё. Калеб бесшумно вышел из кабинета. Половицы под ногами едва слышно скрипнули. Остановился, прислушиваясь. Шагов не было. Только тиканье часов. Но ощущение опасности становилось всё сильнее.

— Выходи, — нарушил он тишину. — Я знаю, что ты здесь.

Несколько мгновений ничего не происходило. Затем из темноты коридора донёсся негромкий смешок. Оттуда медленным шагом вышел высокий мужчина. Его одежда была испачкана грязью, под глазами залегли глубокие тени, а взгляд стал ещё более беспокойным и тяжёлым, чем при их последней встрече.

— Не ожидал гостей? — с кривой усмешкой спросил Итан.

— Где Аврора? — Калеб не сводил с него глаз.

— Забавно. — в ответ Итан тихо рассмеялся. — Даже не поздоровался.

— Где она?

— Всё из-за тебя, — улыбка на безумном лице исчезла. — Вмешался в нашу жизнь. Настроил девушку против меня. Теперь меня все ищут, и мы не можем спокойно быть вместе.

Калеб ничего не ответил. Бесполезно спорить с тем, кто окончательно потерял связь с реальностью.

— Ты испортил мне жизнь, — парень сделал шаг вперёд. — Если бы тебя не существовало…

Фразу он не закончил. Вместо этого резко бросился на противника. Удар оказался неожиданно быстрым. Калеб успел вскинуть руки, принимая удар, но инерция столкновения отбросила их к стене. Они с грохотом врезались в неё, задев тяжёлую книжную полку. Та сорвалась с креплений, и книги градом посыпались на пол.

Итан снова атаковал. Кулак скользнул по скуле Калеба. Тот ответил коротким ударом в корпус, заставив противника отступить. Комната превратилась в поле боя. Стол перевернулся. Ноутбук и все документы повалились на пол. Они обменивались ударами молча, тяжело дыша. Ни один из них не смог получить явного преимущества. И вдруг Итан глухо зарычал. Звук был уже не человеческим. Калеб тут же понял, что сейчас произойдёт. Через мгновение тело парня начало стремительно меняться. Его силуэт увеличился, руки выгнулись в неественной позе, вскоре на месте человека стоял крупный оборотень с тёмной шерстью и горящими глазами.

Калеб тоже обратился к своей звериной сущности. Пару секунд два огромных оборотня неподвижно смотрели друг на друга. А затем одновременно сорвались с места. Удар. Рычание. Они столкнулись с такой силой, что опрокинули тяжёлый шкаф, который выстоял во время схватки людей. Деревянные дверцы разлетелись в стороны. Итан попытался вцепиться сопернику в плечо. Тот увернулся, но всё же получил глубокую царапину в бок. Боль вспыхнула мгновенно. Вудс ответил мощным ударом лапы, оставив длинные кровавые полосы на плече Итана. Оба тяжело дышали. На полу оставались следы крови. Казалось, никто не собирается уступать.

Но тут новообращенный внезапно отскочил назад. Несколько секунд он сверлил Калеба тяжёлым, безумным взглядом. Потом резко развернулся. Одним прыжком выбил окно кабинета. Осколки стекла со звоном посыпались на пол. Калеб бросился следом, но к тому моменту обращённый уже исчез из виду.

Тишина вернулась так же внезапно, как и была нарушена. Калеб Вудс медленно принял человеческий облик. Лёгкий ветер холодил обнаженное тело, а из глубокой раны на боку сочилась кровь. Он тяжело опёрся рукой о стену и посмотрел на разбитое окно.

— Значит, решил выйти из укрытия… Очень опрометчиво.

Но на его лице не было облегчения, а голос оставался серьезным. И дело было не только в физической боли.

“Если Итан рискнул прийти сюда, значит, он становится ещё более непредсказуемым. Шансы найти Аврору живой и невредимой становятся всё меньше.”