Императоры против монстров (СИ), стр. 162
— Нет, госпожа полубог, никак нет!
— Как же меня все достало, — я подошла к телеге и пнула ее, перевернув вместе с содержимым, — Хух, надо успокоиться, не злите меня больше, я и так уже сгоняла и зачистила Оазис, пока вы тут пируете!
— Вы уже расправились с ренегатами, — удивился, вылезший из перевернутой телеги Карл, потирая ушибленный лоб, на которой образовалась огромная шишка.
— Ой, прости, Карл, я не хотела, — тот только отмахнулся, — Ну да, они готовили засаду, поэтому я переместилась к Оазису и зачистила его до нее, а тут меня какой-то ублюдок из похотливого рода джинов тварью обзывает, вот я и вспылила.
— Да на тебе лица нет! — воскликнул Карл.
— Что глаз дергается? — с усмешкой спросила я.
— Если бы дергался, ты что ничего не замечаешь? — удивился он.
— Замечаю что? — удивилась уже я.
— Леди полубог! Ваш левый глаз… он плачет!
Стоило ему сказать это, как левый глаз действительно стал каким-то затуманенным и мокрым, а я плачу? Погодите.. нет-нет… какое сегодня число? Игнорируя кучу сообщений от Чжан Кона, Ву Хэнк Суи и прочих, я открыла календарь. Сегодня тот самый день? Правый глаз также стал стремительно мокреть, я быстро вытерла глаза рукавом.
— Я возвращаюсь в город, дальше сами доберетесь, — сказала я в подавленном настроении, теперь то мне понятны мои последние перепады в настроении, я обычно не реагирую так резко, если только не приближается этот день. На остатки божественной энергии я использовала чудо и переместилась к талисману, который заблаговременно оставила в своей комнате — это действие полностью лишило меня божественной энергии и половины энергетического запаса, но мне было не до этого — надо скорее напиться.
Я вообще не пью алкоголь и ненавижу людей, которые его пьют, однако только в этот день я снимаю свой запрет с самой себя и напиваюсь до беспамятства, надеюсь у трактирщика найдется что-то, что позволит мне напиться! Открыв двери, продолжая плакать на одну сторону лица, я спустилась вниз к трактирщику. Было поздно, поэтому все столики были заняты. Я включила ауру полубога на полную:
— Все вон!
Надо было видеть, как сбиваясь, спотыкаясь, падая и снова поднимаясь все посетители выбегали через двери от разозленной полубогини, некоторые даже выпрыгивали через окна!
— Г-госпожа… — просипел Горгун.
— У тебя есть что-то, чтобы полубог смог быстро напиться? Чем быстрее я это сделаю — тем для всех это будет лучше!
— У меня есть бутылка эльфийского вина просветления — действует даже на полубогов, — сказал трактирщик, скрывшись под стойкой за бутылкой.
Он достал бутылку из зеленного стекла, в которой плескалось нужное мне вино, а потом налил мне его стаканчик. Жидкость была приятного янтарного оттенка, плюс пахло каким-то травами, поднимая настроение. Не думая, я запрокинула в себя целый стакан, даже не почувствовав вкус. Как я говорила ранее — не пью, поэтому захмелею я очень быстро, даже после того, как стала полубогом, мне надо намного меньше алкоголя, чтобы напиться. Вот так и тут — всего через три стакана, я уже шатаясь, брела в вою комнату, чтобы упасть на кровать и провалиться в сон.
*******
— Хнык-хнык, — подросток стоял и плакал. Вокруг него бегала толпа взрослых но никто не обращал на него внимание.
Я стояла и смотрела на этого плачущего мальчика, а всем остальным — им было все равно. Вокруг стоял шум, выла сирена полиции и скорой помощи. А мальчик все стоял и плакал. Я тупо смотрела на него, наконец, он перестал плакать и поднял голову — у него были черные глаза, проваливающиеся в бездну.
Очертания мира вокруг него стали искажаться — рядом с ним повсюду оказалась кровь, сотни разбитых машин из которых торчали части тел людей, погибших в них.
— Это, — мальчик заговорил могильным голосом, — это ты во всем виноват! Они погибли из-за тебя!
— Заткнись, — заорала я в ответ и наотмашь ударила мальчика — голова того с легкостью отделилась и улетела куда-то на кладбище машин.
Очертания мира вновь изменились и вернулась предыдущая сцена.
— Ну почему, ты думаешь он не прав? — раздался женский голос сзади меня, я медленно обернулась, — Думаешь, ты не прав?
Сзади меня стояла моя мама… она держала свою голову в руках.
— Ты думал, что ты поменяешься? Ты думаешь, что ты сбежишь? Думаешь я не узнаю в этом теле своего сына? Думаешь я не перестану проклинать тебя? Чего ты молчишь? Проглотила язык? Нет — тебе просто нечего ответить, ты прекрасно осознаешь — это ты! Ты нас всех убила, а сама спаслась. Спаслась и теперь живешь счастливой жизнью, пока мы кормим червей!
— Нет! Я ни в чем не виновата, — я закрыла уши руками, — Я тебя не слышу, не слышу, не вижу, это все мне сниться!
— Думаешь поможет? — заговорил отец, огромная арматура торчала в его груди, — Думаешь мы перестанем приходить к тебе каждый год? Ты должна была отправиться с нами! Зачем ты оторвалась от коллектива — на том свете нам всем было бы хорошо, но из-за тебя теперь все обречены на страдания.
— Нет, нет, нет! — такое со мной впервые, так плохо со мной впервые!
— Впервые, сестра, — последним объявился брат, у которого отсутствовало пол лица, — Впервые тебе так плохо? То есть мы все правы — ты нас убила и счастливо жила, тебе не было до нас никакого дела! Ты виновата и даже не хочешь сознаваться в этом.
— Нет, я не виновата — это был несчастный случай! — я закричала в истерике глядя на свою мертвую семью.
— Несчастный? — мой голос из прошлого снова заговорил, и плачущий мальчик объявился позади меня, — Это мы отвлекли отца тогда, это мы виноваты — мы всех убили!
— Нет, — слезы залили лицо, воспоминания о том дне, когда мы ехали домой из кинотеатра захлестнули меня.
Тогда все были радостные — по кинотеатрам шла интересная семейная комедия и мы решили все вместе посмотреть ее, а после окончания фильма, когда мы собрались домой, мне захотелось в туалет, но я промолчал об этом, потому-что мы спешили, я думал, что дотерплю до дома. Но на половине пути мне сильно захотелось и я стал дергать всех, чтобы меня выпустили в кустики, тогда о все и случилось — на перекрестке, в нашу машину врезалась огромная фура, всмятку смяв бок и выбросив на бордюр, каких-то два сантиметра отделили меня от гибели, а вся остальная семья…
— Вот видишь, ты сама это понимаешь, — заговорили все вместе, — Ты все осознаешь — ты виновата!
Мама протянула мне руку, которой не держала голову.
— Возьми мамочку за руку, давай отправимся все вместе туда, где нам и надобно быть! — ее пустые черные глаза неотрывно смотрели на меня.
На секунду, мысль ухватится за руку заполонила все мое сознание и когда я потянулась к ней, чистый и спокойный женский голос тихо проговорил.
— На твоем месте, я бы не поддавалась искушению.
Пространство стало трещать, разрушаясь неимоверно быстро.
— Руку! — заорала мать неестественным голосом, но эти слова, как будто вывели меня из транса, — Будь ты проклята, Иньяла!
Последний выкрик мама почему-то сделала очень грубым мужским голосом, после чего пространство разрушилось окончательно и я очутилась в чистой комнатке, где за столиком сидела сама Иньяла, читая книгу и попивая чай.
— Присаживайся, — она пригласила меня за чайный стол.
— Что происходит? — я не сдвинулась ни на ёту.
— Сегодня дата смерти твоих родителей, когда душевная и психологическая травма, нанесенная ребенку, вспыхивает с новой силой, будоража тебя даже через столько лет, — спокойно заговорила Иньяла, — Обычно ты бы спокойно проспала, без сознания под действием алкоголя, или, если бы не пила, снова бы услышала шум тормозов и увидела бы кровь. Но ты вмешалась в планы Вакха, девочка. И он очень зол — он строил их на протяжении больше сотен лет, когда ему представилась возможность — он конечно же, решил отомстить тебе. Если бы ты взяла призрака навеянного Вакхом за руку, от он затянул бы тебя в свой домен, а там ты была бы в его полной власти.