"Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ), стр. 899
― Бумага, ― продолжал я, ― задержки происходят на пятнадцать дней каждый месяц. А поставки бумаги производятся в соответствии с объёмом. Реализуется только половина. А другая половина ― пропадает. Точнее списывается. Из-за перегрузки склада и несоответствующих условий хранения. Но я был на складах. Там всё в порядке.
Игорь Львович покачал головой и приподнял брови. Затем он огляделся по сторонам и посмотрел мне в глаза.
― Дмитрий Владимирович, вы же понимаете то, что вы говорите ― это серьёзные обвинения. Если оно действительно так, придётся инициировать масштабные проверки. Это может привести к серьёзным последствиям. Вы уверены в том, что говорите?
Я закатил глаза и всплеснул руками.
― Абсолютно, Игорь Львович. Как говорится на районе: бл…
― Не стоит! Мы с дамой в конце концов, ― прервал меня Бакунин, не дав закончить.
Алия посмотрела на меня с укором, а я лишь приподнял брови сунул руки в карманы.
― Дмитрий, ― продолжал Игорь Львович, ― а давайте поступим так, как предлагал я. Сегодня просто осмотримся, затем прогуляемся по городу, после отужинаем где-нибудь? Можно в кафе. Мне тут сообщили, что в городе есть отличное заведение. Называется «Белая птица». Вот туда и сходим. Я угощаю.
После этого он посмотрел на Алию, и тут я понял всё.
Бакунину вовсе не нужен был этот госзаказ. Ему нужна была Алия. Он хотел с ней уединиться, сблизиться и удивить своими связями. Наверное. Не знаю, как девушку её типажа могли впечатлить диалоги на предприятии.
Да и не факт, что реально впечатлили.
Всё это время Алия пристально изучала меня взглядом.
― Игорь Львович, ― я вытащил руки из карманов и сложил их на груди, ― Вы собираетесь проигнорировать всё, что я тут сейчас сказал?
Внезапно он занервничал.
― Алия, будьте так добры, подождите нас тут, ― произнёс он, ― Дмитрий пойдёмте поговорим с глазу на глаз.
Мы отошли. Игорь Львович поправил очки и огляделся по сторонам.
― Послушайте, Дмитрий Владимирович, ― начал он нервно говорить, ― Если всё, о чём вы говорили ― это правда, нам нельзя в это вмешиваться.
― Что?! ― выпалил я. ― Мы же станем соучастниками процесса!
― Нет, нет, нет, подождите. Во-первых, нет никаких доказанных фактов совершённых преступлений. Уверен, вы чего-то недоглядели.
― Ну разумеется, ― я всплеснул руками и отвернулся в сторону.
― Во-вторых, послушайте меня, пожалуйста, ― он вытер пот со лба и снова огляделся по сторонам, ― если мы всё-таки инициируем проверку, то наша репутация может пострадать.
― Это как вообще? ― нахмурился я. ― Наоборот, это нам только на руку.
Я понимал, что решение такой глобальной проблемы с максимальным научным вовлечением ― это огромный шаг вперёд, как для НИЧ, так и для университета в целом. Проблема была лишь том, как это будут обставлять в народе. И тут нельзя было ошибиться. Потому что действительно был риск попасть под раздачу.
Но если всё сделать грамотно, можно было не только отработать масштабный госзаказ, но и заполучить множество новых.
Советское государство всегда нуждалось в толковых кадрах, способных решать подобные вопросы радикально.
В конце концов отчасти из-за вот подобных бесчисленных сговоров, которые откровенно вредили социалистической экономике, и развалился Советский Союз.
А я уже начал проникаться своим новым домом и мне не хотелось, чтобы история 1991 года повторилась и здесь.
― Дмитрий, вы и правда очень смышлёный студент. Я таких, как вы, пожалуй, никогда не встречал. Но сейчас послушайте, пожалуйста, меня и внемлите моему опыту. «Орбита» ― это предприятие, которое существует уже много лет. Здесь сосредоточена экономика целого города. Она обеспечивает рабочие места людям, а действия высшего руководства…
Он сделал короткую паузу.
― В общем, я к чему клоню. Вы же должны понимать, что этот госзаказ не первый и не последний. Мы приезжали сюда два года назад и ситуация была похожей. Не такой, как вы описали, но похожей. И я уверен, что будет госзаказ ещё в будущем. Наша задача выполнить нашу работу, а не работу надзорных органов, понимаете? Нам нужно зафиксировать все слабые места в коммуникации, составить научный труд, вывести рекомендации. Мы не обязаны решать эту проблему на корню, Дмитрий. Это попросту не наша работа.
И тут у меня челюсть отвисла.
― То есть, вы предлагаете закрыть глаза?
Бакунин обрадовался.
― Да, да! Ну конечно, Дмитрий! Не надо лезть не в своё дело, у нас тут полно работы. Давайте с вами проговорим наш дальнейший план действий. Смотрите, я сначала зайду в отдел кадров, а вы пока…
― Стойте, Игорь Львович, ― я поднял руку, чтобы перебить его, ― В случае, если вы планируете заниматься просто травоядным научным сбором данных, я вам тут ни в каком виде не нужен.
― Что? Дмитрий, но…
― Я еду обратно. Участвовать в цирке нет никакого желания. Поймите меня правильно, если уж решать проблему, то решать. А не плясать вокруг неё со словами, что это не наше дело.
И тут Игорь Львович не на шутку испугался.
― Дмитрий Владимирович, но как вы поедете?
― Вот, ― я протянул блокнот со всеми заметками, ― я здесь зафиксировал все самые важные данные по предприятию, ― я сделал паузу, ― А как уж я доберусь ― это моя проблема. Не ваша.
Игорь Львович засуетился.
― Ну подождите, ну к чему рубить с плеча. Ну останьтесь, подумайте. Пойдёмте перекусим в конце концов. Точно! Это у вас из-за голода. Ну не ели весь день, Дмитрий, поешьте. Вам легче станет. И уже не будете так всё в штыки воспринимать.
― Я поехал, Игорь Львович, ― буркнул я, ― Тем более, вам с Алией будет вдвоём веселее. Я тут во всех смыслах третий лишний.
Бакунин покраснел.
― Ну не думаете же вы, что я и Алия…
― Это не моё дело, ― махнул я рукой.
― Подождите, Дмитрий Владимирович, ну не сбегайте вы так!
― А я не сбегаю, ― ответил я, ― я упрощаю вам работу.
Глава 17
Я планировал спокойно сесть на поезд и доехать обратно до Москвы. Вздремнуть и просто попытаться забыть о произошедшем.
В конце концов, я хоть и в Советском Союзе, но человеческий фактор никто не отменял. Никто не клялся Ленину в том, что он будет честен с собой и с людьми до конца дней своих. Никто не хочет жить плохо. Все хотят жить хорошо. Кто-то решается на нечестные действия, а кто-то не решается.
Я не решился.
Даже так, я принципиально не решился. Я просто не из этого мира интриг, подстав и прочей чепухи. Если Бакунину нужно сделать это исследование таким образом, чтобы правда осталась незамеченной, я просто отвернусь и буду смотреть в другую сторону. Кто я такой, в конце концов, чтобы его осуждать?
Да и не был Бакунин плохим человеком. Просто немного испуганный мужик. Он привык сидеть в НИЧе, гонять чаи и подписывать документы. А не вот это вот всё.
Уверен, что если бы не я, он бы даже не попытался докопаться до сути. Потому что зачем? Предприятие функционирует, персонал получает деньги. Да, имелись какие-то местечковые проблемы. Государственный заказ выполнит, либо НИЧ МИУ, либо кто-то другой.
А деньги никогда не доставались легко. Поэтому стоило хотя бы попытаться.
Но, чёрт подери! Не в моих это принципах всё! Не в моих. Ненавижу все эти игры. Я шёл по зимнему Горькому, солнце заволокло облаками. Шёл снег, а перчатки не защищали от холода. Поэтому я дул прямо в них, чтобы немного согреть пальцы.
Внезапно сзади кто-то хлопнул по спине, я чуть не среагировал своим коронным ударом.
― А, это ты, ― бросил я, увидев Алию.
― Ты куда собрался?
― Перед тобой забыл отчитаться, иди давай к Бакунину, он уже соскучился.
― Не нужен мне этот Бакунин больше.
― Ага, всё-таки изначально был нужен?
― Не твоё дело.
― Ну раз не моё, то тогда я пошёл.
― Стой! Я с тобой.
― Сдалась ты мне. Я вообще-то хотел доехать обратно спокойно и без приключений.
― Ничего себе заявления!