"Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ), стр. 897
― Игорь Львович, ― обратился я, ― дайте-ка схему оргструктуры.
Он мне передал бумагу.
― Правильно ли я понимаю, что сначала руководство принимает решение о том, какой товар продвигать, затем отправляет задачу в информационный отдел?
― Да, если мне всё правильно сообщили.
― После информационный отдел собирает, собственно говоря, информацию о товаре и отправляет это в отдел художественного оформления. Они делают предварительный макет, отправляют его в вёрстку. И дальше уже печать?
― Да, да, всё предельно просто.
― И проблема у нас в том, что сроки каждый раз срываются, причём по несколько раз?
― Именно, ― улыбнулся Бакунин, ― ещё ни одна партия листовок не была готова точно в установленный срок. И, судя по тому, что сообщило руководство, вина действительно на этом отделе. Наша задача простая: провести базовый анализ, зафиксировать все нарушения, опросить сотрудников и на основе этой информации ― составить научный труд.
― Угу, понятно, ― я уже прикидывал, в чём там было дело.
И дураку понятно, что руководство никогда не может быть виновато. Всегда виноваты подчинённые. Поэтому, разумеется, в руководстве сказали, что во всём виноват отдел художественного оформления. Их проще всего сделать козлами отпущения.
Потому что с информационного отдела все взятки гладки. Они получают задачи непосредственно от руководства и затем передают дальше. По сути это первое касание с управляющими. А они довольно трепетно относятся к тем, кто с ними в прямом контакте.
С отдела вёрстки ничего не спросишь. Их задача просто проверить оборудование и подготовить всё к печати. А дальше уже сама печать, там всё ещё проще.
Короче, проще всего обвинить творческий отдел, результат деятельности которого сложно посчитать. Вот и валили всё на отдел художественного оформления.
И что-то мне подсказывало, что как раз-таки в отделе художественного оформления было всё в порядке. По крайней мере я был готов дать ту самую руку на отсечение, что корень проблемы вообще не в отделе художественного оформления.
А если в них и была проблема, то остальные отделы тоже косячили. Ну не бывало так, чтобы прям вот один отдел полностью в дерьме сидел, а все остальные белые и пушистые.
По крайней мере на моей практике в прошлой жизни, если уж процессы буксовали, то там целая вереница из придурков выявлялась на всех уровнях. И, как правило, главный придурок сидел на самом верху.
Наконец мы прибыли на «Орбиту» и зависли минут на двадцать прямо на КПП, где проверяли наши документы. Затем, нас пропустили и устроили небольшую экскурсию. Водил нас некто по имени Виктор, и он был очень улыбчивым и, кажется, довольным жизнью.
Честно говоря, не разделял его оптимизм, но приходилось слушать и вникать.
Устройство всего предприятия, а также его связь со сборочным цехом меня не шибко интересовали. Тут можно было до ночи шляться по всей территории и осматривать все достижения народного хозяйства.
Я уже хотел перейти поближе к сути. Однако кроме меня, походу, никто не планировал поторопиться.
― Здесь у нас есть собственный Дворец культуры, а также спортивный комплекс, ― гордо произнёс Виктор, ― наши, кстати, выиграли городской чемпионат по настольному теннису. Вот так вот.
― Потрясающе, ― улыбался Бакунин, ― расскажите, а как дела обстоят с питанием?
Я закатил глаза. Какое ещё к чёрту питание? Я уже хотел поскорее приступить к делу и раскрыть эту цепочку, но нет. Сейчас в столовую попрёмся. Нет, поесть, конечно, не помешало бы. Но после того, как дело сделано. А не до того, как мы вообще к нему приступили.
― Лучшая столовая в городе, ― улыбнулся Виктор, ― пойдёмте, я вам всё покажу, заодно вас накормим. Работать на голодный желудок вредно для здоровья. А в с долгой дороги.
― Я бы поела, ― улыбнулась Алия.
А я закатил глаза и чуть не завыл.
Ну так мы реально до ночи тут просидим.
И если у этих двоих времени навалом, то вот мне бы как раз здесь задерживаться не хотелось бы. Да вот только кто меня вообще спрашивал об этом?
Глава 16
― А можно я отправлюсь тогда работать? ― спросил я. ― Я не голоден.
― Ну как так? ― возмутился Бакунин. ― Надо же работать на полный желудок, а не на пустой, голубчик.
― Да, Дим, ― поддакнула Алия, ― не выбивайся из коллектива.
Ох, сколько раз я это слышал в прошлой жизни. Коллеги постоянно пытались меня как-то поменять, склонить меня к чему-либо. То в бар звали, а когда я отказывался, утверждали, что я, как не свой. Потом эти бесконечные корпоративы, чаепития и прочая чепуха.
Ну вот как донести людям, что мне это всё было совершенно не интересно? Вот предложи хоть кто-нибудь посидеть в библиотеке и ударно поработать над монографией, я бы никогда не отказал.
А тут бары, кафе, корпоративы. Фу. Чушь полная. Зачем вообще отвлекаться на всякую хрень, если можно идти к своей цели и ничего не замечать вокруг?
― Алия, ты девушка, конечно, умеющая убеждать, ― сказал я, ― особенно, если тебе приспичит. Но я и правда мог бы сделать много полезной работы, пока вы будете обедать. Потому что к чему мне сидеть и плевать в потолок, если могу быть полезен?
Бакунин нахмурился.
― Ну тут ваша аргументация неоспорима. Если вы знаете, что делать и к кому обращаться, то давайте так и поступим. Мы поедим и присоединимся к вам. А Виктор как раз подскажет вам, куда направиться. Верно, Виктор?
Наш проводник улыбнулся.
― Да, конечно, Дмитрий Владимирович, может вам понадобится бумага и карандаш? Или блокнот? Чтобы вести записи.
― В целом, оно мне не нужно, ― я пожал плечами.
― Ну подождите, Дмитрий Владимирович, ― внезапно воскликнул Игорь Львович, ― А как же отчётность? Фиксация данных? Научный метод? Эксперимент?
― А у нас есть время на эксперименты? ― поинтересовался я. ― Я думал, что мы здесь для того, чтобы решить проблему.
― Тоже верно, но без записей никуда, ― сказал Бакунин, ― Виктор, будьте так любезны, предоставьте Дмитрию Владимировичу всё, что необходимо.
Я приподнял брови и посмотрел в сторону. Мне-то уже практически всё было понятно с этим местом. Никаких исследований толком и не нужно было. Достаточно поговорить с тремя начальниками. Начальником информационки, начальником художки и начальником вёрстки.
Скорее всего ключевая проблема была между информационкой и художкой. Потому что между художниками и верстальщиками чуть больше понимания, чем между информационщиками и художниками.
Но надо было проверить всех. Пока мы шли, Виктор не переставал тараторить.
― Дмитрий, у нас предприятие серьёзное, и люди тоже серьёзные. С кондачка всё выяснить никак не получится, тут нужно полное погружение в проблематику.
― А где руководство сидит? ― поинтересовался я.
― Всего предприятия?! ― воскликнул он.
― Нет, мне нужно поговорить с тремя руководителями: информационного отдела, художественного и отдела вёрстки.
― Ах, это. Ну тут как, Дмитрий Владимирович, ― вздохнул он, ― не стоило бы нам их беспокоить по таким вопросам.
― Почему?
― Ну как сказать? ― Виктор немного поник, ― Не любят наши руководители говорить не по делу. Либо с конкретными предложениями, либо никак.
И тут у меня начали закрадываться те самые подозрения. Судя по этой фразе, руководство на контакт идти не хочет. Даже, если приехала делегация из Москвы. Встретили нас, конечно, неплохо. Но что касается разговора, то сразу вот такие отмазки?
Не дело. И понимание уже формировалось.
Оно ведь как, рыба гниёт с головы. Я с самого начала подозревал, что тут дело в коммуникации. А если быть точным в проблемах, заложенных в коммуникации. Но надо было убедиться на сто процентов.
― А с должностными инструкциями можно ознакомиться, Виктор? Научный интерес, разумеется.
Тот сразу же воспрянул духом.
― Это да, это всегда пожалуйста! Вообще любые бумажки, всё что угодно ― это в любой момент, в любое время. Изучайте хоть днями и ночами. Пойдёмте, я вам всё покажу.