"Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ), стр. 482

Терапевт, настолько тихая что частенько я вообще забывал про её существование.

— Александр Александрович, я вот заявку принесла, — проговорила она. — На льготные препараты, для моего пациента. Нужно дополнительный заказ сделать, он группу только недавно получил.

Я взял, пробежался глазами. И нахмурился. Количество препаратов было заметно больше, чем полагалось по выписке из нефрологического центра.

— Анастасия Григорьевна, тут количества упаковок больше, чем надо, — сказал я. — По правилам мы выписываем препараты строго по выпискам. Сколько ему нефролог прописал, столько и надо пить.

Анастасия Григорьевна вдруг вскинула голову и нахмурилась.

— Нефролог ошибся, — проговорила она. — У пациента действительно очень плохое состояние почек. Я не хочу, чтобы он перешёл на диализ, понимаете? Это будет уже не жизнь. А нефролог выписал слишком мало, этого не хватит!

Я даже опешил слегка от такого напора.

— А с самим нефрологом вы связывались по этому поводу? — уточнил я.

— А что с ней связываться? — махнула рукой Анастасия Григорьевна. — Я давно знаю этого врача. Она же всем пациентам назначает одну и ту же схему препаратов, вообще без изменений! Даже на состояние, отягощённый анамнез и переносимость не смотрит! А здесь эта схема не подходит. Александр Александрович, пожалуйста, одобрите мне заявку!

Сложный момент, потому что по правилам препараты оформлялись по выпискам. И я не мог по своему желанию оформлять другой заказ, это было бы странно. Но для Анастасии Григорьевны это, похоже, было действительно важно.

— Сделаем так, — сказал я. — Часть препаратов мы оформим по классической схеме, приложим копию выписки. А на остаток проведём врачебную комиссию. Напишите подробный осмотр, обоснуйте ваше решение и необходимость в дополнительных дозировках препаратов. И комиссия вынесет своё решение.

Анастасия Григорьевна помолчала, потом кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Бюрократия, конечно… Я всё сделаю, Александр Александрович.

Она забрала бумаги и вышла. Я задумчиво посмотрел на дверь. Тихая и незаметная Анастасия Григорьевна, как оказалось, готова горой стоять за пациентов.

Это было достойно уважения.

Я снова погрузился в бумаги. Через час собрался и съездил на вызовы. Их было восемь, но справился за два часа.

После, пока было время, заглянул в «Шёпот полыни». По дороге встретился с Никифоровым, тот спешил откуда-то с пакетом в руках.

— О, Сань! — ухмыльнулся он. — Ну как там наша спасённая педиатрша? Слышал, на руках её сегодня носил.

— Слухи быстро разлетаются, — усмехнулся я. — Доставлял человека до рабочего места.

— Мне бы так, — мечтательно протянул он. — Красивая девушка.

В руках у хирурга был пакет, где виднелись какие-то медицинские препараты.

— А это что у тебя? — спросил я.

— Это… — он смутился. — Ивермектин. Паста со вкусом моркови, от паразитов. Майя попросила…

— Понятно, — кивнул я.

— Слушай, — Никифоров помялся. — А ты можешь одолжить немного? Зарплата уже через неделю, я верну. Прям немного надо, тысяч пять.

Я вздохнул. Ровно то, о чём предупреждал. Но пока что проводить повторный разговор слишком рано, Тоха снова воспримет всё в штыки.

— Прости, но всё здесь, — я кивнул головой в сторону лавки. — Свободных денег сейчас нет. Но если на продукты не хватает, ты не парься, я закуплю.

Я знал, что проблема вовсе не в продуктах. Но содержать Майю и её лошадь из своего кармана точно не собирался.

— Ладно, — вздохнул тот. — Проехали.

Он ушёл, а я подумал, что надо бы уже проводить второй разговор. Только продумать, как именно его построить. И это будет непросто.

Я добрался до лавки. Варя стояла за прилавком, заполняла журнал.

— Саш, привет, — улыбнулась она. — Сегодня всё хорошо. Холодильник починили, травы не пропали. Торговля идёт прекрасно, лучше, чем я предполагала.

— Вот и отлично, — кивнул я.

— А ещё Геннадий снова приходил и вот это оставил, — она с улыбкой протянула мне исписанный листок. — Целый список.

Я взял протянутый листок бумаги. Там было подробно расписано, как лучше принимать поставки, как расставить товар «по потокам энергии Ци», в какой угол поставить кассу для привлечения достатка. Очень полезные советы.

— Геннадий в своём репертуаре, — хмыкнул я. Но выбрасывать листок не стал, наоборот, задумался. — Слушай, Варя, а давай мы это обыграем. Сделаем из этого маркетинговую акцию.

— Как это? — заинтересовалась она.

— А вот так, — щёлкнул пальцами я. — В соцсетях пост сделаем. Например, напишем, что настойка для бодрости лучше всего работает в понедельник, когда энергия на нуле. И скидку десять процентов в дни энергетического дисбаланса по календарю Геннадия будем делать. Людям же нравятся всякие такие… вещи. Магический реализм.

Варя вдруг смущённо опустила взгляд.

— Саш, а знаешь… — призналась она. — Я ведь и сама этим увлекаюсь, ты же помнишь. Индийскими практиками, праной, чакрами. И, если честно, в некоторых пунктах Геннадий ведь дело говорит. Я сама закономерности замечала.

Приподнял бровь, но спорить не стал.

— Ну займёшься тогда? — спросил я.

— Конечно, — Варя принялась накидывать свои идеи, акции, посты.

Мы просидели полчаса, набрасывая план рекламных постов с элементами эзотерики. Вышло забавно и очень даже привлекательно.

— А давай ещё сделаем гороскоп здоровья для постоянных клиентов, — предложила Варя, сияя. — Как шуточную акцию.

— Давай, — согласился я. — Тоже хорошо зайдёт для посетителей.

Девушка опять залилась смехом.

— Саш, а знаешь, — вдруг сказала она. — Мне это прозвище, «добрая ведьма», сначала так не нравилось. А теперь прижилось. И люди приходят именно ко мне. Узнают, советуются, доверяют. Я снова чувствую себя на своём месте, даже лучше, чем в Саратове в своей лавке. Спасибо.

— Тебе спасибо, — пожал я плечами. — Без тебя лавки бы не было.

Решив ещё пару вопросов, я поспешил назад в поликлинику.

Начался приём. Потекла вереница пациентов с обычными проблемами и диагнозами, и я с головой погрузился в работу.

Через час от начала приёма ко мне пришла женщина лет сорока пяти.

— Здравствуйте, доктор, — кивнула она. — Меня зовут Вероника Степановна. Я, знаете, к вам специально пришла. Вашу школу здоровья посещаю, слушаю. Весь город уже туда, кажется, ходит. Вот и решила, что только вам доверюсь. Попросила в регистратуре, чтобы меня к вам записали.

Это была частая история, ко мне любили приходить пациенты с других участков.

— Здравствуйте, слушаю вас, — кивнул я. — На что жалуетесь?

— Да сил нет никаких, — пожаловалась она. — Устаю страшно, голова кружится, особенно когда резко встаю. И мёрзну постоянно. Раздражительная стала какая-то, сплю плохо, не высыпаюсь.

Я начал расспрашивать её подробно. Как давно, с чем связывает появление симптомов, как питается, какое давление.

— Давление у меня всегда низкое, — сказала Вероника Степановна. — Сколько себя помню. Сто на шестьдесят, а то и ниже. Ну это нормально для меня.

— А когда встаёте резко, темнеет в глазах часто? — уточнил я.

— Постоянно, — кивнула женщина. — Присяду, посижу, потом встаю и резко плывёт всё.

Я измерил ей давление лёжа, потом попросил встать и померил снова. Верхнее давление заметно упало, а пульс подскочил. Классическая ортостатическая реакция. Послушал сердце, лёгкие. Осмотрел кожу и лимфоузлы, пропальпировал щитовидку.

Потом проверил праной, чтобы окончательно собрать всё воедино.

— Так, картина мне ясна, — сказал я. — У вас хроническая артериальная гипотония, то есть стойко пониженное давление. И ортостатика выраженная, когда при вставании давление падает и мозгу на секунду не хватает крови, возникает темнота в глазах.

— А это опасно? — встревожилась Вероника Степановна.

— Само по себе не смертельно, но качество жизни портит, — ответил я. — Но прежде чем лечить, надо исключить другие причины. Первым делом общий анализ крови, кровь на сахар, на железо, на витамин В12. И обязательно проверим щитовидную железу, ТТГ. И ЭКГ ещё, сердце тоже посмотрим.