"Фантастика 2026-184". Компиляция. Книги 1-31 (СИ), стр. 349

— А что по моему вопросу, который не касается работы? — спросила девушка.

Это она про корпоратив, который по какой-то причине жаждала устроить Татьяна Александровна. Я этот вопрос тоже обдумал. И тут сыграло моё любопытство. Захотелось узнать, для чего ей вообще подобный корпоратив.

— Завтра в шесть вечера у нас корпоратив, коллеги, — объявил я. — Терапевтов и медсестёр. Юля, попросите Татьяну Александровну, чтобы она занялась бронированием столика в «Инь-Яне». Явка желательна для всех, посидим всем коллективом.

— Отродясь ничего такого не было, — удивилась Елена Александровна. — С чего бы?

— А почему нет? — развёл я руками. — Отдохнём, посидим в неформальной обстановке.

— А явка обязательна? — тихо уточнил Шарфиков.

— Для тебя точно, — хмыкнул я. — А вообще, желательна. Надо укреплять отношения в коллективе. Так, и последнее. Сегодня я читаю в школе здоровья лекцию по онконастороженности. По возможности предупредите пациентов, тема важная. Пусть прямой эфир послушают.

Терапевты снова закивали. Что ж, вроде бы обсудил всё, что хотел.

— Так, тогда на этом всё, — заявил я. — Значит, завтра в шесть в Инь-Яне, на сегодня все вопросы решены. Галина Фёдоровна, останьтесь ненадолго.

Остроухова чуть хмыкнула, но осталась на месте. Остальные принялись выходить из кабинета, обсуждая услышанные новости.

— Галина Фёдоровна, я снова по поводу флюорографии, — сказал я, когда остальные вышли. — По-прежнему самый низкий показатель пройденных обследований именно с вашего участка.

— Я уже объясняла это, — протянула женщина. — У моих пациентов часто нет возможности ездить в поликлинику. Вы хоть представляете, как ездит транспорт?

— Я изучил этот момент, — спокойно ответил я. — Да, с дальними деревнями проблема, которую трудно решить. Но у вас много недообследованных и в близко расположенных сёлах, куда автобусы ездят чаще и добраться которым до поликлиники проще. Барановка, Тургенево, Елизаветино. Вы не соизволили поработать даже с этими сёлами.

Остроухова поджала губы. В этом вопросе она действительно была неправа, но не хотела этого признавать.

— Давайте так, — продолжил я. — Вы за следующую неделю подтяните хвосты по ФЛГ хотя бы среди жителей этих сёл. А я постараюсь решить вопрос с обследованием пациентов в более далёких сёлах.

— И как же вы это сделаете? — недоверчиво уточнила та.

— Это уже моё дело, — ответил я. — Мы договорились?

Галина Фёдоровна немного помолчала.

— Договорились, — неохотно ответила она. — Я всё сделаю.

Ещё один шаг в сторону прогресса наших отношений, отлично.

— Могу идти? — приподняла она бровь.

— Да, идите, — кивнул я.

Остроухова гордо выплыла из кабинета, закрыла за собой дверь. Я же собрался на вызовы.

Спустился в регистратуру, чтобы переписать из журнала Ирины сегодняшние адреса.

— Александр Александрович, у вас проблемы, — внезапно испуганно произнесла Ирина. — Очень большие.

У меня скоро аллергия на эту фразу начнётся. Реакция: «Шо, опять?»

— Какие ещё проблемы? — устало вздохнул я.

— У вас один из вызовов — это Ермаков, — всё тем же испуганным голосом ответила Ирина. — Он попросил вызвать именно вас. Я ничего не могла сделать!

Сколько вопросов-то сразу! Начать надо с главного. Кто вообще такой этот Ермаков⁈

Глава 11

Я с недоумением посмотрел на Ирину, которая всерьёз была напугана вызовом этого Ермакова.

— Это кто? — спросил я. — И почему этот вызов означает проблемы?

— Как, вы не знаете? — удивлённо прошептала Ирина. — Ермаков Виктор Аркадьевич — это один из крупных бизнесменов Аткарска. Ему принадлежат все частные магазины, вроде «Восторга» или «Шестого».

Понятно, бизнесмен. И всё равно не ясно, а зачем его так бояться?

— Ну и что? — приподнял я бровь.

— Он жуткий скандалист, — пояснила Ирина. — И каждый вызов к нему — сущее наказание. А в этот раз он попросил прислать именно вас, потому что слухи о вас расползлись по всему городу. А у него насморк и температура.

И наверняка та самая непереносимая температура 37 и 2, когда вызов врача просто необходим. Я закатил глаза.

— Ладно, я к нему съезжу, — пожал я плечами. — Хотя всё равно не понимаю, с чего такие сложности.

Ирина покачала головой, но ничего не ответила.

Я вышел на улицу и сел к Косте в машину. Протянул ему список адресов.

— Давай сначала к этому Ермакову, — попросил я. — А то это какая-то знаменитость, видимо.

— А ты не знаешь? — уже второй человек за сегодня спросил про это ровно с такой же интонацией.

— Не знаю, — вздохнул я. — Может, пока едем к нему — просветишь меня? А то я, походу, упускаю что-то очень важное в этом городе.

Пока мы ехали на адрес, Костя рассказывал. Такие истории он любил, когда-то давно именно он рассказал мне про Власова и Шмелёва.

Виктор Аркадьевич считался тут почти местной достопримечательностью. Он жил в огромном особняке, и ему действительно принадлежала сеть продуктовых магазинов, а также два хозяйственных. Начинал он, по рассказу Кости, ещё в начале девяностых с одной палатки на рынке. И за тридцать лет аккуратно отстроил себе маленькую персональную империю провинциального масштаба.

Характер у Ермакова был специфический. Он из тех пациентов, кто искренне верит, что деньги дают право на особое обслуживание. Что ж, придётся показать ему, что это не так.

Костя закончил свой рассказ, и мы как раз подъехали к особняку Ермакова. Огромный частный дом из красного кирпича, высокий забор, ворота с домофоном. Вот это размах, конечно.

Я нажал кнопку.

— Кто там? — раздался женский голос.

— Агапов Александр Александрович, врач-терапевт, — отозвался я.

Калитка открылась, и я вошёл внутрь. На пороге дома уже стояла женщина в фартуке. Похоже, домработница.

Она проводила меня в дом. Картины на стенах, ковры на полу, люстры под потолком. Роскошно и жутко безвкусно. Женщина проводила меня в гостиную, где на диване полулежал сам пациент. Мужчина лет шестидесяти, в бордовом халате, завернувшийся в плед.

— Здравствуйте, — поздоровался я. — Меня зовут Александр Александрович, я врач-терапевт.

Он медленно повернулся ко мне.

— Молодой человек, — недовольно проговорил он. — Я вызвал вас два часа назад. У меня температура, а мне приходится врача по два часа дожидаться. Это где вообще видано?

Я молча расположился на стуле рядом с диваном, достал тонометр и фонендоскоп.

— Я приехал на вызов, как только закончил приём, — спокойно отозвался я. — Врач-терапевт — это не скорая помощь, и мы не обязаны приезжать сразу же после вызова. А теперь, если вы не против, давайте перейдём к вашим жалобам.

Ермаков пару секунд молча смотрел на меня. Было видно, что такого он не ожидал. Думал, я сразу же начну оправдываться перед ним.

— Жалобам, — хмыкнул он. — У меня насморк, молодой человек. Нос не дышит совсем. Температура вчера была тридцать семь и семь. Сегодня уже поменьше. И горло болит. Да, и голова тоже болит.

Он улёгся поудобнее и демонстративно приложил руку к голове. Чтобы я точно понял, насколько ему плохо.

— Когда симптомы начались? — спросил я.

— Два дня назад, — неохотно ответил Ермаков. — Вы будете меня лечить или донимать вопросами?

— Я буду задавать вопросы ровно до тех пор, пока не выясню всё, что нужно, — ответил я. — Таков порядок оказания медицинской помощи на дому.

Ермаков недовольно поджал губы. Явно хотел придумать, к чему ещё придраться, но поводов не находил. Я спросил всё, что было нужно, и перешёл к осмотру.

— Уберите плед и распахните халат, мне надо вас послушать, — велел я.

— Ещё чего! — тут же заявил он. — Вообще-то, у меня температура и мне холодно!

Ёлки-иголки, с ребёнком было бы легче!

— Я понимаю, что холодно, — терпеливо сказал я. — Но мне всё-таки нужно вас послушать, чтобы убедиться, что нет пневмонии.

Он неохотно откинул плед, принялся дрожать всем телом. На меня такие показательные выступления не действуют.