Провинциальный остеопат. Том 4 (СИ), стр. 34
«Функциональная проводимость срединного нерва: 76%.»
— Видимо, у нас с тобой разные понятия популярности, — произнёс я и добавил. — Сожми кулак.
Вика подчинилась.
— Ты о сексуализации моего образа? — заговорила девушка. — Думаешь, я не знаю, что тысячи мужиков стирают ладони до мозолей, смотря на мои фотографии? Меня это ни капли не волнует, как и моих спонсоров.
Она несколько раз медленно сжала пальцы, после чего резко посмотрела на меня.
— Сильнее…
— Что сильнее? — спросил я.
— Руку могу сжать сильнее. Раньше такого не было, — ответила Вика, а затем коснулась большого, указательного и среднего пальцев. — И чувствительность стала намного лучше.
Я сразу вмешался.
— Ты ведь понимаешь, что я тут пальцами тебя не излечил? Проблема осталась, просто чувствительность и сила повысилась. Это не означает, что теперь можно забить и прыгать сразу на байк.
Вика ничего не ответила и с интересом продолжала сжимать и разжимать кулак.
Мой взгляд вновь зацепился за травмированную левую руку, и внутри проснулся спящий эстет. У меня получилось уменьшить проблему в одной конечности, так почему бы и не сделать то же самое с другой? Не полностью сращивать кость, а немного ускорить начальные этапы восстановления? Стабилизировать повреждение, допустим, а дальше организм спокойно доделает всё сам.
— Давай попробуем теперь другую.
Девушка с интересом посмотрела мне в глаза.
— Ты же говорил…
— Я много чего говорил, — резко прервал её я, повторяясь. — Тебе нужна моя помощь или нет?
Вика сразу перестала шутить, и я активировал ещё один процесс на пятнадцать очков: локальную стимуляцию регенерации костной ткани. В итоге потратил я на Соколову шестьдесят пять очков и ожидал, что отобью хотя бы сотню.
Перед глазами вспыхнул виртуальный интерфейс, на котором трёхмерные линии модели постепенно меняли цвет. По краям повреждения появлялась новая ткань, словно организм за несколько минут проходил то, на что обычно требовалось значительно больше времени.
«Регенеративный процесс усилен.»
«Стабильность повреждённого участка повышена.»
«Степень восстановления: 70%.»
«Рекомендован функциональный покой: 48 часов.»
«Вот этого точно будет достаточно», — подумал я, как снизу появилось сообщение о вознаграждении.
«Запущен процесс восстановления подопечной.»
«Награда: 115 очков».
Неплохо. Итого на счету у меня получилось двести двадцать одно очко. Запас постепенно увеличивался, что, несомненно, хорошо, особенно учитывая, что мне уже пришлось сталкиваться со случаями, где требовались сотни, а то и тысячи очков.
Я убрал интерфейс и только теперь заметил, что Вика уже несколько секунд сидела совершенно молча. Для неё это было настолько необычно, что я даже начал немного переживать. Девушка устроилась на краю массажного стола и поочерёдно смотрела то на правую, то на левую руку. Несколько раз сжала в кулак, потёрла кончики пальцев, а затем осторожно пошевелила другой конечностью.
— Не понимаю… — наконец протянула она.
— Что именно? Давай попробую объяснить.
— Всё! — Вика подняла на меня глаза. — Плечу стало легче, пальцы чувствую нормально, левая почти не ноет, а я сюда пришла меньше часа назад.
Я кивнул.
— Во-первых, не нормально, а лучше. Не подменяй понятия. Во-вторых, левая рука всё ещё травмирована, поэтому даже не думай проверять её на прочность.
— Но я же чувствую разницу! — слегка повысила голос Вика.
— Потому что есть улучшение, но не полное излечение… Кто я, по-твоему? Кашпировский?
Вика впервые улыбнулась тепло и даже на мгновение показалась обычной милой девушкой. Я взял её кисть и снова легко коснулся подушечек большого пальца.
— Чувствуешь?
Она молча кивнула.
— А указательный?
— Чувствую, — всё ещё не веря, произнесла она.
— Средний?
— Средний тоже чувствую.
— Значит, на сегодня хватит. Давай дня через три посмотрим на результат, а там решим, понадобится ли повторный сеанс или нет.
Я хотел отпустить её руку, но в этот самый момент сбоку щёлкнула дверная ручка, которую забыл запереть.
— Сюрприз! Я тут решила пораньше свалить с работы и привезти тебе…
Голос Ани оборвался.
Она застыла в дверях с пакетом еды в одной руке, взгляд девушки опустился на руку Вики, которую всё ещё держал, а затем прошёлся по верхней части её тела. Части, которую прикрывал лишь один бюстгальтер, и то держащийся лишь на одной бретельке.
— … .поесть. — закончила Аня совершенно другим голосом, и в кабинете повисла мёртвая тишина.
Глава 12
Вот так, совершенно неожиданно и нежданно, вместе с аварией и таким фееричным появлением Вики в моей жизни началась волна неопределённости. Любой адекватный человек подумал бы, что Аня в тот день устроила мне полный разнос, и оказался бы полностью прав в своих суждениях. Скотина, урод, паскуда и прочие, прочие слова, которыми можно было описать гадскую кобелину и нехорошего человека.
Вот только проблема в том, что эти люди не знали мою Аню.
Когда повисшая тишина изжила себя, она извинилась за то, что вмешалась в приём, закрыла за собой дверь и спокойно отправилась к лестнице. Я, в полном шоке, естественно, догнал её и попытался всё объяснить. На что она мне ответила: «Все хорошо, Лёша, у тебя клиентка. Возвращайся к ней».
Это было три дня назад. Три дня, которые показались мне настоящим адом.
Не то чтобы мы с Аней совсем перестали разговаривать, просто всё изменилось. Она спрашивала, буду ли я ужинать, интересовалась, как прошёл день, и не более того. Вполне обыденно, да? Может, для семейной пары, прожившей в браке лет двадцать минимум, но не для нас. Это больше было похоже на болтовню двух соседей по жилплощади или, опять же, вышеупомянутых старожилов совместной жизни.
В общем, устроила она мне молчанку, и особенно хорошо это чувствовалось сейчас.
Настал день, когда Соболевой всё же удалось вытащить нас на двойное свидание, и я надеялся, что, возможно, смена обстановки пойдёт на пользу, и Аня немного потеплеет ко мне. По крайней мере, мне бы сильно этого хотелось.
Я лежал поверх покрывала кровати и наблюдал, как Аня собирается перед зеркалом. В прошлый раз, когда мы выбирались в клуб, она минут двадцать крутилась передо мной, спрашивала и закидывала платьями, до тех пор, пока наконец не выбрала. Дело даже чуть не дошло до того, что я почти смог затянуть её в постель и стянуть новые чулки.
Сегодня же сбор происходил в полной тишине.
Чёрное строгое платье, колготки, серьги. Потом она несколько минут возилась с волосами, собрала их, посмотрела на себя и снова распустила. Даже моего мнения не спросила.
Вот это точно уже не сигнал, а настоящие пожарища на семи предгорьях Белых гор.
— Тебе идёт, — наконец произнёс я.
— Спасибо, — коротко ответила Аня и схватила телефон.
Я раскинулся на кровати и уставился в потолок. Нет… Так жить точно невозможно.
— Ань.
Она продолжила красить ресницы.
— М?
— Долго мы ещё так будем?
— Как так?
— Ну вот так.
Аня встретилась со мной взглядом через зеркало.
— Да вроде всё нормально, — сказала она буднично и продолжила краситься.
— Нет, Ань. Это не нормально, — повернувшись набок, начал я. — Нормально — это когда мы с тобой не ведём себя как случайные знакомые.
Она аккуратно закрыла тушь, положила её на тумбочку и только после этого повернулась.
— Лёша, сейчас мы пойдём встречаться с Ильёй и Леной, так что давай хотя бы им вечер не будем портить.
— Да плевать мне на них, — слегка повысив тон, продолжил я. — Хоть сейчас всё отменю. Я просто хочу понять, почему ты уже несколько дней разговариваешь со мной, как оператор справочной службы?