Испытание воли, стр. 15

Трэлл уже полностью пришел в себя. Пошатываясь, встал и произнес хриплым голосом:

– Надо уходить, колдун ходит рядом.

– Ходит, – согласился Антон, – но нас не находит. Твой леший его уводит все время в сторону. А нам нужно дождаться вечера. Вы можете залезть в воду и там спрятаться. Как я понял, колдун не может заглянуть под воду.

– Не может, – подтвердила Тарси.

– Тогда пошли в воду и сидите там, пока я вас не вытащу, – приказал Антон, и два трэлла послушно зашли в воду. Нашли глубокое место и скрылись под мутной, грязной водой. А он подождал, когда круги на воде успокоятся, и пошел дальше один.

Теперь идти ему было легко. Он направился обратно на остров у берега, откуда наблюдал за колдуном. Но, к его удивлению, колдун потерял к нему интерес. Вампир стремился найти путь к матери-королеве, и Антону скрепя сердце пришлось возвращаться. Шли часы, а колдун блуждал по болоту, не подозревая, что его водит леший. Он упорно шел к светящемуся огоньку королевы-матери и не мог дойти. Физически колдун не устал, а магию не использовал.

– Почему он не использует магию? – бредя следом за колдуном, спросил Антон Просветителя. Он шел по его пути, блуждая и петляя, как брел Шузмарал.

«Он бережет силы для сражения с королевой, – ответил Просветитель, – если он сейчас начнет использовать свою магию, тот быстро ее истратит. Тогда королева сама начнет охотиться за ним. Он это понимает, просто идет, как ему кажется, к ней».

– И когда он поймет, что его водят за нос? – спросил Антон.

«Трудно сказать, но однажды он это поймет».

«Чем дольше он будет бродить, тем лучше», – подумал Антон, выбрался на островок и стал отдыхать. Красный маркер то приближался, то удалялся, а неутомимый колдун кружил, петлял и не мог дойти до огонька.

Антон, сидя на замшелом стволе поваленного дерева, смотрел на красный огонек на сканере и думал, как можно быть таким тупым?..

Шузмарал был одержим одной мыслью – дойти до своей цели. Огонек ауры Изараэль манил его, как свет манит мотылька. Он стремился к нему и не обращал внимания ни на что. Хотя поначалу он хотел поймать человека и трэлла, что сидели в ста локтях от берега в кустах. Он понял, что это разведчики, которых послала королева-мать наблюдать за ним. Но был неприятно удивлен, что его магия на них не действует. Мало того что они не подчинились, так еще и поспешили удрать.

«Ну нет, – возмутился оскорбленный до глубины души Шузмарал. – Со мной такие шутки не пройдут». И устремился за пищей и новым слугой. Мразь следовала за ним неотступно, но колдуну не было дела до этой твари. Он жаждал мести и заслуженного наказания для непокорных его воле беглецов.

Шли часы, а он все не мог поймать слуг королевы. Пропала Мразь, но и это не остановило его. Он шел, не зная усталости. Лишь голод стал донимать колдуна. И тогда он решил бросить попытки догнать пищу и слугу. Он направится прямо к месту, где пряталась его мечта – поднять свой статус до правителя народа вампиров. Он докажет всем этим выскочкам, что вытирали об него ноги, что он самый умный и сильный среди них. Они еще пожалеют, что отвергли его. Но для осуществления целей ему нужна была Королева-мать.

Все эти мысли и желания захватили Шузмарала и не отпускали. Цель была рядом, почти на расстоянии протянутой руки. Уверенный в своей силе и колдовских умениях, он шел, шел и шел, пока не стало смеркаться. Стал невыносимо мучить голод, который Шузмарал не хотел терпеть. Он вышел на островок и уставился вдаль. До него стало доходить, что тут дело нечисто. Он должен был давно уже прийти к месту, где спряталась беглая мать-королева, но он был все так же далеко от нее, как и утром, хотя проблуждал по болоту целый день. Он вспомнил о Мрази, которая должна была ему служить, и не увидел ее. Не было ауры и трэлла, слуги Изараэль. Колдун не был глупцом и понял, что Изараэль или человек применили колдовство. Но как ему могли внушить чужие мысли? Кто запутал его путь?

Шузмарал сел и задумался. Применить сейчас колдовство – значит потратить силы. Не применить – означало, что он будет блуждать по болоту, пока не ослабеет от голода. Ему нужна была пища, а пища была недалеко, локтях в пятистах, и пряталась на островке. Колдун мысленно провел путь к островку, наметил ориентиры и двинулся в сторону огонька души своей пищи. По дороге он заметил, что у него возникло сильное желание убраться с выбранного пути. Он остановился, борясь с наваждением, превозмог желание и двинулся дальше. Вскоре его мысли стали путаться, они скакали с пути на остров с пищей на Изараэль, и Шузмарал не заметил, как сбился с пути и оказался далеко от острова, где сидела пища. Поблуждав, он заставил себя остановиться. Зло оскалился, чужое наваждение снова увело его в сторону. Придется применить свои умения, решил он и поставил магический барьер для защиты сознания.

Постояв и утвердившись в том, что понимает, куда идти, он двинулся к острову. Но и пища не сидела на месте. Она словно понимала, что он хочет, и видела направление его движения. Как только он перестал петлять и пошел целеустремленно к острову с человеком, пища тоже стала уходить, и как ни спешил Шузмарал, не мог догнать человека. Тот ловко уходил в сторону и шел вдоль берега, заставляя Шузмарала удаляться от королевы-матери. Шузмарал рассвирепел, его унизили. И кто? Смертный! Пусть смертный и является местным колдуном, но он всего лишь мясо, корм для вампира, и этот корм осмелился бросить ему вызов.

Шузмарал потерял над собой контроль и раскрыл свои возможности, он ушел в невидимость и буквально полетел над водой, догоняя наглеца. А тот раз – и исчез. Вот только что был, и не стало. Шузмарал пролетел над местом, где последний раз видел огонек души смертного, покрутился вокруг и в бессильной ярости перестал использовать магию. В припадке гнева он потратил почти треть своих сил. Шузмарал постарался успокоиться. Да, его унизили, но он не проиграл. Он отдохнет и двинется к своей цели.

Шузмарал выбрал один из островков и лег спать, он хотел набраться сил, а это можно было делать во сне. Ночь – спутница вампира, она давала ему силы и покой. Шузмарал отключился и уснул. За свою жизнь он не беспокоился.

Антон чуть не прозевал момент, когда колдун-вампир, водимый лешим, перестал бродить и направился прямо к нему, при этом он умопомрачительно быстро приближался. Времени на раздумья у Антона не было, и он поступил так, как сделали трэллы: нырнул в темную топь с головой. А перед этим сунул в рот конец своего шеста, который был сделан из растения, похожего на бамбук.

Палка в его руках была полой. Он погрузился глубоко вниз, молот, как якорь, тянул его глубже, но вскоре под ногами стала ощущаться твердая почва. Он по колено погрузился в ил и замер. Дышал с перерывами, надрывая легкие, вдыхая и выдыхая в импровизированную трубку. Сканер показывал, как над ним кружит красный огонек, затем огонек стал удаляться. Подождав, пока огонек не скроется за пределами видимости сканера, Антон стал осторожно выбираться, подгребая руками, чтобы всплыть. Топь неохотно отдавала его, но все же он вырвался. Выплыл и сделал глубокий вдох. Голова от недостатка кислорода кружилась, но он был жив и сумел обмануть колдуна.

Антон положил шест поперек воды и стал отдыхать, нужно было понять, что делать дальше. Колдун оказался весьма проворным, и если бы Антон немного замешкался, то ему пришлось бы с ним сражаться, что не входило в планы владельца замка Грозовые ворота.

«И где же вы, рассветные? Когда вы нужны, то вас не дождешься, а когда не надо, вы тут как тут…» – с досадой подумал Антон, но затем, отбросив ненужные мысли, он подплыл к острову. Выбрался на сушу и наметил новый путь. Нужно было уходить к месту, где он спрятал амулеты, освященные светлой магией молота, но перед этим нужно было отправить трэллов к королеве.

Он потратил почти час, пробираясь сквозь густую завесу мрака, чтобы добраться до убежища слуг вампирши. Каждый из них был вытащен за волосы, словно добыча из норы, и ему не нужны были слова, чтобы объяснить, что их ждет. С холодной решимостью он приказал им быстро уходить и защищать королеву-мать. Оба трэлла, не колеблясь, бросились в указанном направлении.