Мальтийский сокол и другие истории, стр. 15

– Я могу приготовить деньги, скажем, к половине одиннадцатого утра. Идет?

– Но у меня нет сокола, – с улыбкой ответила Бриджид О’Шонесси.

Лицо Каира потемнело от досады. Он уперся своими уродливыми ладонями в подлокотники, держа тщедушное тельце прямо и неподвижно между ними. Его черные глаза глядели злобно. Он ничего не сказал.

Девушка состроила ему притворно-примирительную гримасу:

– Я получу его самое позднее через неделю.

– Где же он? – спросил Каир, учтивой миной выражая скептицизм.

– Там, куда его спрятал Флойд.

– Флойд? Тёрсби?

Она кивнула.

– И вы знаете куда? – спросил он.

– Думаю, да.

– Так почему мы должны ждать целую неделю?

– Возможно, не целую неделю. Для кого вы покупаете его, Джо?

Каир вскинул брови:

– Я уже сказал мистеру Спейду – для его владельца.

На лице девушки отразилось удивление.

– Так вы вернулись к нему?

– Конечно вернулся.

Она тихо и от души рассмеялась и сказала:

– Хотела бы я видеть эту встречу.

Каир пожал плечами.

– Вполне логичное развитие событий. – Он потер тыльную сторону одной руки ладонью другой. Веки его опустились, прикрыв глаза. – Могу ли я задать встречный вопрос: почему вы решили продать его мне?

– Я боюсь, – отрезала она. – После того, что случилось с Флойдом. Вот потому-то у меня его сейчас и нет. Я боюсь даже прикасаться к нему – разве что сразу же передам его кому-то другому.

Спейд, поставив локоть на подлокотник дивана, бесстрастно смотрел на них и слушал. В приятной расслабленности его тела, в непринужденной неподвижности черт не было ни намека на любопытство или нетерпение.

– А что именно, – понизил голос Каир, – случилось с Флойдом?

Кончик указательного пальца правой руки Бриджид О’Шонесси стремительно начертил в воздухе заглавную букву «Г».

– Понятно, – сказал Каир, но в его улыбке проскальзывало некоторое сомнение. – Он здесь?

– Я не знаю, – ответила она нетерпеливо. – А какая разница?

Сомнение в улыбке Каира стало заметнее.

– Разница может быть огромная, – сказал он и положил руки на колени так, что – намеренно или случайно – его тупой указательный палец уставился на Спейда.

Девушка взглянула на указующий перст и нетерпеливо дернула головой.

– Или я, – сказала она. – Или вы.

– Вот именно, и надо, наверное, прибавить мальчишку, который дежурит снаружи?

– Да, – согласилась она со смехом. – Да, если только это не тот, что был при вас в Константинополе.

Кровь бросилась в лицо Каиру. Его пронзительный голос зазвенел от ярости:

– Тот, что оказался вам не по зубам?

Бриджид О’Шонесси вскочила с кресла. Она прикусила нижнюю губу, глаза ее потемнели и казались огромными на мертвенно-бледном лице. Она сделала два стремительных шага в сторону Каира. Он поднимался с кресла, когда ее правая рука ударила его по лицу, оставив на нем следы ладони.

Каир хрюкнул и отвесил ей пощечину, от которой она покачнулась. С губ ее сорвался сдавленный, отрывистый крик.

К тому времени Спейд с каменным лицом встал с дивана и подошел к ним поближе. Он взял Каира за горло и встряхнул. Каир забулькал и сунул руку в нагрудный карман. Спейд перехватил запястье левантийца, вывернул, силой отвел в сторону и выкручивал до тех пор, пока неуклюжие пальцы не ослабели и не разжались, выпустив на ковер черный пистолетик.

Бриджид О’Шонесси мгновенно подобрала пистолет.

Каир, с трудом – поскольку глотку ему сжимали Спейдовы пальцы – выдавил:

– Вы уже второй раз прикасаетесь ко мне. – Его глаза, выпученные из-за удушающей хватки, глядели холодно и угрожающе.

– Да, – прорычал Спейд. – И когда тебе дадут пощечину, ты ее примешь и обрадуешься. – Он выпустил запястье Каира и открытой ладонью отвесил ему три смачные оплеухи по лицу.

Каир хотел было плюнуть Спейду в лицо, но пересохшие губы левантийца смогли только бессильно и гневно дунуть. Спейд ударил эти губы, разбив нижнюю в кровь.

Раздался звонок в дверь.

Каир метнул тревожный взгляд в сторону прихожей, ведущей к двери в общий коридор. Злость его мигом улетучилась.

Девушка тоже ахнула и обернулась в сторону прихожей. Ее лицо было испуганным. Спейд мгновение мрачно созерцал кровь, стекавшую с губы Каира, а потом отступил на шаг, убрав руку с горла левантийца.

– Кто это? – прошептала девушка, подкравшись к Спейду. Глаза Каира тоже дернулись в его сторону, задавая тот же вопрос.

Спейд раздраженно ответил сразу обоим:

– Я не знаю.

Звонок раздался снова – на этот раз звонили более требовательно.

– Так, сохраняем спокойствие, – сказал Спейд и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь в прихожую.

Спейд включил свет в прихожей и отворил дверь в коридор. Там стояли лейтенант Данди и Том Полхаус.

– Привет, Сэм, – сказал Том. – Мы тут подумали, может, ты еще не спишь.

Данди кивнул, но ничего не прибавил.

Спейд доброжелательно сказал:

– Привет, ребята, вы всегда выбираете отличное время для визитов ко мне. Что на этот раз?

Теперь заговорил Данди.

– Мы хотим поговорить с вами, Спейд, – тихо сказал он.

– Ну? – Спейд стал между ними и дверью в комнату, загородив проход. – Валяйте, говорите.

Том Полхаус выступил вперед и сказал:

– Нам же необязательно торчать здесь, можем мы войти?

Спейд встал перед дверью и ответил:

– Нет, не можете. – Его голос звучал чуточку виновато.

Том бы почти одного роста со Спейдом и смотрел ему прямо в лицо. Его грубые черты изобразили дружелюбную насмешку, а в маленьких проницательных глазках вспыхнул огонек.

– Что за черт, Сэм? – возразил он и шутливо положил свою большую ладонь Спейду на грудь.

Напирая на эту ладонь и скалясь по-волчьи, Спейд сказал:

– Применишь ко мне силу? А, Том?

– Ах, да бога ради! – проворчал Том и убрал руку.

Данди со щелчком стиснул зубы и сказал сквозь них:

– Дайте нам войти.

Спейд показал клыки, подняв верхнюю губу, и сказал:

– Вы не войдете. Что вы там забыли? Будете прорываться? Или поговорим здесь – или катитесь к чертовой бабушке!

Том издал разочарованный стон.

Данди процедил сквозь зубы с тем же неприязненным выражением:

– Спейд, как бы вам не заиграться. Вам долго сходило с рук и то и это, но вечно так продолжаться не может.

– Попробуйте меня остановить, – с вызовом ответил Спейд.

– Так я и сделаю. – Данди заложил руки за спину и приблизил свое лицо к лицу частного детектива. – Ходят слухи, что жена Арчера изменяла ему с вами.

Спейд засмеялся.

– Звучит так, будто вы сами это выдумали.

– Значит, ничего подобного не было?

– Ничего подобного.

– Еще говорят, – сказал Данди, – что она пыталась получить развод, чтобы выйти за вас, но он ей развода не дал. Было такое?

– Нет.

– А еще поговаривают, – не сдавался Данди, – что именно из-за этого его прикончили.

Спейд, похоже, слегка удивился.

– Ну, тут вы хватили через край, – сказал он. – Не стоит пытаться припаять мне все убийства одновременно. Ваша первоначальная версия о том, что я укокошил Тёрсби, потому что тот убил Майлза, разваливается, если вы обвиняете меня в убийстве Майлза.

– Вы не можете утверждать, что слышали, как я обвинил вас в убийстве кого бы то ни было, – сказал Данди. – Это вы сами так говорите. Но предположим, что я обвинил. Вы могли прикончить их обоих. Такое вполне можно представить себе.

– Угу. Я мог убить Майлза, чтобы заполучить его жену, а потом Тёрсби, чтобы повесить на него убийство Майлза. Чертовски замечательная схема, ну, или я ее сделаю таковой, когда найду кого пришить, чтобы повесить на него уже самого Тёрсби. И как долго, вы полагаете, мне придется продолжать в том же духе? Собираетесь отныне сваливать на меня все убийства в Сан-Франциско?

Том сказал:

– Хватить ломать комедию, Сэм. Ты сам знаешь, черт бы тебя побрал, что нам нравится все это не больше, чем тебе, но мы должны выполнять свою работу.