Канцлер-дракон. Её тёмный защитник (СИ), стр. 50

— Сильнее? — я усмехаюсь. — Ты слишком много о них думаешь. У них тоже есть слабые места.

Варрад откидывается на стену, но цепь натягивается, не давая ему расслабиться.

— У меня есть условия, — говорит он. — Свобода мне не нужна, я знаю, что этого не будет. Но я хочу, чтобы мою семью не трогали. Жена, дети не знали ни о чём.

— Твоя жена уже дала показания, Варрад. Она рассказала о твоих ночных встречах, о подозрительных письмах. Так что не притворяйся невинным.

Он бледнеет, сжимает кулаки, но цепь не даёт ему двинуться.

— Ты лжёшь.

— А ты проверь, — пожимаю плечами. — Но сейчас речь не о твоей семье. Назови имя покровителя, и я похлопочу, чтобы твою жену и детей не трогали. Слово канцлера.

Глава 71

Варрад молчит уже второй час, и я понимаю, что он не скажет ни слова больше.

— Ты теряешь время, Эштар, — произносит он, не поворачивая головы. — Я сказал всё, что хотел.

— Ты ничего не сказал, — отвечаю, поднимаясь и отодвигая стул со скрипом по каменному полу, что почти оглушает в тесной камере.

— Этого достаточно. Подумай над моими условиями. А теперь иди. У тебя скоро слушание, канцлер. Не опаздывай.

Он улыбается, а я сжимаю кулаки, чтобы не ответить. Выхожу из камеры, и дверь с глухим стуком закрывается за моей спиной. Стражники вытягиваются, провожая меня взглядами.

Временный кабинет встречает полумраком, за окнами уже полдень, но тучи сгустились, и свет едва пробивается сквозь мутные стёкла. Я сажусь за стол, смотрю на бумаги, которые передам императору, и чувствую, как время утекает сквозь пальцы.

Слушание начинается через час.

Зал заседаний заполнен до отказа. Те же высокие своды, те же каменные стены, что и в прошлый раз, когда здесь судили Марианну, но теперь все взгляды устремлены на меня. Аристократы перешёптываются, занимая места на скамьях для зрителей, дамы прячут лица за веерами, мужчины хмурятся, разглядывая меня с холодным любопытством.

Я занимаю своё место справа от возвышения, где восседает император. Мои стражники остаются у входа, а их синие плащи выделяются среди пёстрой толпы. Капитан, верный человек, кивает мне, и я отвечаю лёгким наклоном головы.

Варрада приводят в цепях, его боевая броня заменена на простую тюремную робу, но он держится прямо, с вызовом оглядывая зал. Его сажают на отдельную скамью для подсудимых, и я чувствую на себе его взгляд, полный ненависти.

Император Рааз-Аштар Хазрад восседает на возвышении, его лицо непроницаемо, янтарные глаза скользят по залу, останавливаясь на мне, на Варраде, на судьях. Он выглядит уставшим, но его голос, когда он начинает говорить, твёрд, как сталь.

— Сегодня рассматриваются два дела, — голос глашатая разносится под высокими сводами, заставляя всех замолчать. — Первое обвинение верховного канцлера Дэйнара Эштара в укрывательстве изменницы и использовании её для личных целей против империи. Второе обвинение капитана императорской гвардии Варрада в государственной измене, взяточничестве, контрабанде и покушении на жизнь верховного канцлера. Поскольку обвинения взаимосвязаны, слушание будет общим.

Прокурор, назначенный императором, поднимается и начинает зачитывать обвинения против меня. Сухо, официально, без эмоций. Он перечисляет факты: я нашёл Мистрею Анрих в лесу, не доложил о ней императору, укрывал её в своём поместье под видом служанки, затем помог ей поступить в академию, женился на ней. Всё это правда, и в другой ситуации это выглядело бы как тщательно спланированный заговор.

— Ваше Величество, — голос прокурора становится громче, — канцлер Эштар сознательно скрывал от империи особу королевской крови, что является прямым нарушением закона о престолонаследии. Он использовал её дар для укрепления своей власти, а затем, женившись, ввёл её в круг высшей аристократии империи. Это не могло быть случайностью. Это был расчёт.

В зале поднимается шёпот, и я слышу, как леди Ашита, сидящая на скамье для зрителей, шепчет леди Мирре: «Как они могут?» Но я не оборачиваюсь. Сейчас важно только то, что я скажу в свою защиту.

— Что вы можете сказать? — император смотрит на меня с холодным, едва уловимым любопытсвом во взгляде.

Я поднимаюсь, чувствуя, как напряжены плечи, как сердце колотится ровно, спокойно. Я не позволю им увидеть мою слабость.

— Ваше Величество, я не отрицаю фактов. Да, я нашёл Мистрею Анрих в лесу. Да, я укрывал её в своём поместье. Но я никогда не намеревался использовать её против империи. Она была больна, без сознания, и я не мог отдать её на казнь не разобравшись. Когда я понял, кто она, я предложил ей выбор. Остаться служанкой или умереть. Она выбрала жизнь.

— Удобное объяснение, — кривит губы Варрад, и его голос эхом разносится по залу.

Я игнорирую его, продолжая смотреть на императора.

— Впоследствии, когда её дар проявился, я обратился к вам за разрешением обучать её в академии. Вы дали своё согласие, Ваше Величество. Её происхождение не было тайной, и камень Верности подтвердил её чистоту. Я не имел злого умысла, и моя жена не шпионка.

— А как же то, что её семья пыталась убить вас и императора? — вмешивается один из судей, пожилой мужчина с острым взглядом.

— Её семья действовала самостоятельно. Моя жена не имела к этому отношения. Более того, я лично уничтожил её отца и брата, когда они напали на нас в день свадьбы.

Я достаю из саквояжа бумаги, которые собирал всё это время, и раскладываю их на столе.

— У меня есть доказательства, что нападение было спланировано заговорщиками, которые до сих пор не пойманы. Варрад был их связным. Он получал деньги и инструкции от неизвестного покровителя, которому служил. Вот письма, счета, показания свидетелей.

После моих слов в зале разносится шум. Император поднимает руку, и все замолкают.

— Капитан Варрад, что вы можете сказать в своё оправдание?

Варрад поднимает голову, и в его глазах я вижу вызов и ненависть.

— Я действовал в интересах империи. Канцлер же покрывал врага, женился на ней, ввёл её в высшее общество. Это ли не измена?

Глава 72

— У вас есть доказательства? — император смотрит на Варрада в упор.

— Мои люди подтвердят.

— Те люди, которые уже дали показания против вас? — император усмехается. — Те, кто сидит в камерах и ждёт своей участи? Или те, кто сбежал, бросив вас одного?

— Вы не смеете… — Варрад бледнеет, его губы сжимаются в тонкую линию.

— Я император, — голос Рааз-Аштара режет тишину, и Варрад замолкает. — Я смею всё.

Я продолжаю:

— Ваше Величество, я требую признать мою невиновность на основании того, что все мои действия были согласованы с вами и что моя жена прошла проверку камнем Верности. Что касается Варрада, я передаю в суд все собранные улики, в которых имеются счета, письма, показания свидетелей, а также записи его переписки с неизвестным лицом, которое до сих пор не установлено.

Император берёт бумаги, просматривает их внимательно, страница за страницей. Лица судей напрягаются, в зале стоит тишина, только изредка слышен кашель или шорох одежды. Я чувствую, как по спине течёт струйка пота, но держусь прямо, не выдавая волнения.

— Свидетельские показания против канцлера признать несостоятельными, — наконец произносит он, и его голос звучит как приговор. — Обвинения снять. Дело закрыто.

Я выдыхаю, чувствуя, как напряжение отпускает плечи.

— Что касается капитана Варрада, он признан виновным в государственной измене, взяточничестве, контрабанде и покушении на жизнь верховного канцлера. Приговор будет вынесен после того, как он назовёт имена тех, кто стоял за ним.

Варрада уводят, под моим вззглядом, а я чувствую, как внутри поднимается холодное удовлетворение.

Выхожу из зала, и меня встречают взгляды аристократов. Кто-то отворачивается, кто-то кивает. Леди Ашита подходит, берёт под руку.