Капитали$т. Часть 8. 1994 (СИ), стр. 50

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросил я.

— Да, — ответил он. — Собственно, у меня два дела. Первое — наличка. Мне как-то не по себе становится от того, что у меня лежит такая куча бумаги. В конце концов, а вдруг пожар? Кое-что мы раскидали, но этого недостаточно. К сожалению, я мало кому могу доверять.

— А почему вы доверяете мне? — спросил я с любопытством.

— Есть две причины, — улыбнулся он. — Первая — я не вижу, чтобы тебя интересовали деньги. Если человек помешан на деньгах, это заметно.

— А вторая? — не удержался я.

— Весьма необычные обстоятельства нашего знакомства. У меня действительно неплохая память и я очень хорошо помню все его обстоятельства. Короче, давай по делу…

— Давайте, — согласился я. — Что нужно делать?

— Возьми сколько-нибудь налички на хранение. Потом подумаем, что с нею делать. Может, тоже вложим…

Я вопросительно посмотрел на него.

— Сколько?

— Хотя бы пять-шесть… У тебя же есть место, где хранить?

— Пять-шесть чего⁈ — не понял я.

Он снисходительно посмотрел на меня.

— Тонн, конечно. Хотя бы, пять-шесть…

Шесть тонн рублевой налички⁈ Я попытался сообразить, сколько хотя бы примерно это будет, и не смог. Это будет много. Возможно, это сильно больше, чем-то, что лежит у меня в офшоре…

— Везите, — махнул я рукой. — Только конспирация.

Он кивнул.

— Привезем. В ближайшее время. Готовься встречать. И еще один вопрос у меня есть… На Кавказе, кажется, началось? Я что-то такое регулярно читаю в газетах.

— Началось, — сказал я безразлично. — И не закончится еще долго-долго…

— И ничего нельзя сделать? — спросил он.

А вот это — интересный вопрос. Чисто теоретически, сделать было можно, еще и как. К осени девяносто четвертого оппозиция Дудаеву набирает силу — эти ребята объединились и потихоньку прессуют Дудаева, который, по слухам, фактически заперт в Грозном. Кроме того, сильные чеченские диаспоры в Иордании и Турции тоже склоняются в сторону оппозиции. Но будет сделана ошибка. Очень серьезная — штурм Грозного, при котором силы оппозиции будут фактически разгромлены, захвачены в плен русские танкисты и вообще — Дудаев получит потрясающий пиар и народную поддержку. А потом уже будет еще один штурм Грозного — новогодний, и тоже с результатом, который сложно назвать хотя бы удовлетворительным…

Существует ли правильное решение проблемы Дудаева и компании? Сложно сказать, опять же — чисто теоретически… Оппозиция не идет на штурм, режет логистику и закрывает в Грозном Дудаева и его сторонников. Продержится ли он сколь бы то ни было долго? Сможет ли успешно контратаковать? Все это покрыто «туманом войны». Но если бы получилось… Чечня возвращается в правовое, экономическое и политическое поле России. Минус две чеченских «кампании», не погибнут тысячи и еще тысячи не останутся калеками, сохранятся города и села… А еще — не будут потрачены миллиарды бюджетных денег, которые можно направить хоть на поддержку малого бизнеса, хоть на выплату зарплат…

— Я не знаю, можно ли здесь что-то сделать! — сказал я с некоторым даже отчаянием. — Подобные решения принимают всего несколько человек, которые никого в этом мире не станут слушать. Они сделают так, как посчитают нужным, как захотят.

— Сколько продлится эта история? — спросил он.

— Больше десяти лет, — ответил я с мрачной решимостью.

— Десять лет… — повторил он. — И даже немного больше… Знаешь, Алексей… знать будущее, конечно, интересно, но впредь я пожалуй воздержусь от подобных вопросов. Я же обычный человек, которому нравится верить, что в будущем все будет хорошо. А знание того, что в будущем все будет плохо — очень мешает. Тогда все теряет смысл.

— Отлично знаю, — сказал я.

А он сидел и мрачно смотрел на пустой стакан чая, словно пытался разглядеть в нем лики грядущего…

Глава 26

У Сергея Пантелеевича Мавроди не получилось стать олигархом номер один, хотя все данные для этого были. У него не получилось в «моей» реальности, не получилось и здесь, Дорогое Мироздание явно не хотело его в этом качестве. Очередной принципиальный для Дорогого Мироздания вопрос. Мавроди не нужен.

Но только в моей изначальной реальности он мирно умер на автобусной остановке от инфаркта миокарда. Здесь же — ему всадили пулю в сердце. Короче, и в том, и в другом случае помер от сердца. Дорогое Мироздание упрямо, этого у него не отнимешь!

Случилось сие печальное событие третьего сентября тысяча девятьсот девяносто четвертого года. Строго говоря, пуль было две — одна в живот, а другая — в сердце. Он приехал на какие-то переговоры в один из центральных ресторанов. Вышел из машины и… Бах! Бах! Два выстрела, оба ранения смертельные, как потом сообщили сотрудники всяких органов. Вообще, довольно странная история, особенно если учесть, что погибшего охраняли спецы из «Альфы»…

В Москве беспорядки. Не такие, как прошлой осенью, но все же вполне ощутимые, и они связаны с убийством Сергея Пантелеевича. Пирамида «МММ» рухнула в одночасье. Миллионы людей потеряли деньги. Кстати, о деньгах… Дорогое Мироздание позаботилось — деньги из центрального офиса «МММ» таинственным образом исчезли. Что же, есть вещи, неизменные во всех мирах…

Вся система «МММ» держалась на одном Сергее Пантелеевиче. Как только не стало Сергея Пантелеевича, не стало и системы. По меньшей мере пятнадцать миллионов человек потеряли деньги — кто-то немного, а кто-то и вполне приличные суммы. Билеты «МММ» превратились в то, чем они фактически и являлись — обычную полиграфическую продукцию. Акции, которые торговались на бирже, тоже обрушились практически в ноль.

У простого народа возник закономерный вопрос — где наши деньги? Простой народ собрался у главного офиса «МММ», где ему никто ничего внятного объяснить не мог. Простой народ пришел в ярость. Он прорвал жидкий кордон милиционеров, которые не особо и препятствовали (многие сами влетели с этим «МММ») и взял здание на Варшавском шоссе штурмом. Здание было слегка пограблено, погромлено, а потом почему-то загорелось. Тушили его долго и основательно, правда без особого толка — центральный офис «МММ» выгорел практически полностью, уничтожив документацию и базы данных. Простой народ, конечно, можно понять. Человек, теряющий деньги, начинает вырабатывать адреналин со страшной силой, это нормальная физиологическая реакция. И «сжечь» этот адреналин можно физической активностью или же специальными препаратами. Народ пошел по наиболее легкому пути и выбрал физическую активность.

В общем, здание «МММ» сгорело, но вопросы у людей остались. Люди хотели денег с процентами, которые обещал Сергей Пантелеевич. И люди отправились к зданию правительства, деньги требовать. Денег правительство не выдало, но зато было выставлено серьезное милицейское оцепление. А народа собралось порядочно — тысяч пятьдесят, и народ все прибывал и прибывал.

Кто-то умный в недрах кабинета министров подал идею — не игнорировать возмущенный народ, а вступить в переговоры. Собравшимся митингующим было предложено выбрать представителей для диалога с властями. Представители были выбраны и отправились на беседу.

В кабмине представителям популярно объяснили, что в стране положение непростое, кризис. И что выдать всем и каждому все потерянные деньги не представляется возможным. Для начала, нужно посчитать, что там осталось у проклятого «МММ», подбить бабки и только тогда уже начать выплаты. В первую очередь — самым нуждающимся. Многодетным мамам, ветеранам и инвалидам. А сейчас нужно не раскачивать лодку, а тихо-мирно расходиться по домам.

Представители поделились полученным знанием с народом, и народ понял все сказанное правильно — денег нет и не будет, вы все лохи дурные. Народ снова пришел в ярость и начал драться с милицией. В этот раз — менее успешно, чем возле офиса «МММ», милиция была мотивирована, драться умела и ее было много. Были применены водометы и слезоточивый газ. Толпу оттеснили, но не успокоили — в городе начались беспорядки, громили магазины, поджигали машины — одним словом, все веселились как могли. С побитыми и ранеными, к счастью, обошлось без жертв.