Гимн шута - 24 (СИ), стр. 39

Это требовало осмысления. Если помощник прав, то уровень автономности вполне выводил главу недавно образованной Ветви на уровень Игроков. И сейчас в голове хозяина кабинета звучали два вопроса: «Как допустили?» и «Как пропустили?».

— Я слушаю, — подбодрил помощника Дмитрий Яковлевич.

Кондрат перевел дыхание и продолжил:

— Насколько мне известно, около полугода назад Юсупова Виктория Львовна…

Тут помощник сделал небольшую паузу, давая сюзерену осмыслить услышанное.

— М-м-м-м, — попытался припомнить тот. — Дочь?

— Родная сестра нынешнего Главы, — поправил господина Кондрат. —

— Так вот, Виктория Львовна вошла в состав Ветви Павла Анатольевича. Насколько мне известно, в девушке пробудился Дар уровня «гений». Юсуповы, прознав о «прорыве», естественно, попытались вернуть её в лоно семьи. Однако на данный момент не добились значительных успехов.

Хозяин кабинета остановился посреди помещения. Серьезная заявка.

— Это впечатляет, — наконец подытожил он, оглянувшись на помощника. Мол, все?

Тот лишь качнул головой. И, получив дозволяющий взмах руки, продолжил.

— Насколько мне удалось выяснить, молодой человек владеет значительным количеством управляющих пакетов предприятий нескольких Малых кланов. Часть из них уже оказались в зависимости от главы Ветви вплоть до вассалитета. Пусть оный еще и не оформлен официально. Также в его портфеле блокирующие пакеты акций большей части транспортных компаний Архиповых в Приуралье и медиа холдинга «Империя». Имеется непроверенная информация и о других активах, явно превышающих демонстрируемый Павлом Анатольевичем статус.

— Вассалитет? — переспросил Дмитрий Яковлевич, и в голосе его послышалось удивление. — Он умудрился поставить в зависимость несколько кланов, даже не оформив это официально? Это… необычно.

Волконский ещё раз прошёлся по кабинету и вернулся за рабочее кресло.

— На данный момент это вся информация, которой мы располагаем.

Несколько секунд в помещении стояла нехорошая тишина. Наконец, хозяин кабинета нахмурился.

— И это доклад? — сухо спросил он.

В словах Кондрата не было практически никакой конкретики. Вероятно, «по не подтверждённым данным», «может быть»… Всему этому не место в аналитике, которую кладут на стол сюзерену.

— Действующий статус опричника затрудняет сбор данных о молодом человеке, — пояснил помощник.

Дмитрий Яковлевич вздохнул. О данном обстоятельстве он успел забыть. Вернее, до сего момента считал вопрос чисто техническим. Однако нынешний статус молодого человека требовал срочного пересмотра.

— Так зачем ему Михаил Павлович? — вновь повторил свои слова хозяин кабинета.

— Вероятно, деньги, господин.

Кардинал в очередной раз поморщился, получив на конкретный вопрос эквивалент «я не знаю».

— Ему может быть известно о «чёрной кассе»? — прямо спросил он.

В этот раз помощник молчал куда дольше.

— Не думаю, господин, — наконец выдал заключение Кондрат. — Скорее всего, Павел Анатольевич использует уже бывшего спикера Правления для давления на своего дядю. Во всяком случае, руководство моего контакта предполагает наличие у Михаила Павловича компрометирующих данных на нынешнее руководство клана.

Дмитрий Яковлевич резко хлопнул ладонями по столу. Ситуация начинала бесить своей неопределенностью.

— Так почему же он не отдал их нам? — раздражённо выдохнул хозяин кабинета.

На этот вопрос у помощника ответа не было. А потому он просто застыл, глядя прямо перед собой, чтобы не вызвать еще большего гнева сюзерена.

Однако тот не отводил взгляда от соратника.

— Возможно, молодой человек просто не знает о вашем интересе к бывшему спикеру.

Хозяин кабинета вновь откинулся на кресло. Это звучало логично, черт побери.

— Мне предложить Павлу Анатольевичу выкуп за голову Михаила Павловича.

Дмитрия Яковлевич задумался. Деньги у него были. И немало. Но он никогда бы не собрал столько ресурсов, если бы платил полную цену за то, что можно взять себе с меньшими затратами.

— Не будем спешить, — наконец решил он.

В конце концов, на фоне общего «кона» игры, затраты на организацию пары команд силового решения вопросов не кажутся серьезной потерей.

— Посмотрим, насколько Павел Анатольевич готов защищать свои активы. А договориться — всегда успеем.

Глава 21

— Да он же меня за задницу схватил!

Полный оскорблённой ненависти крик разнесся по небольшой, но довольно многолюдной площади.

Шлёп!

Следом за возмущенным выкриком в ход пошла хлёсткая пощёчина. Мужчина лет сорока в не слишком модном пиджаке схватился за щеку и отступил на шаг, удивленно моргая. Но и этого оскорблённой миниатюрной красавице показалось мало. Она явно решила до конца бороться за свою девичью честь. Короткий подшаг, и её колено врезается любителю потянуть руки к чужим попкам точнехонько в пах. Да так акцентировано, что и Павел невольно поморщился, словно у него разом свело все зубы.

— Сочувствую, мужик, — только и смог выдохнуть про себя Павел, разглядывая корчащегося на земле «извращенца», с которого вместе с крупными очками слетел и налет интеллигентности. Во всяком случае, сквозь зубы он шипел такое, что не в каждом словаре русского мата встретишь.

Потиравшая после пощечины ладонь Настя, задумчиво покосилась на своего «крестника», явно размышляя, не добавить ли еще.

Павел щелчком пальцев привлек внимание напарницы и показал ей кулак. Мол, не увлекайся.

— Поняла, — заверила Мышь, сместившись так, чтобы видеть всю площадь, но при этом контролировать сжавшегося у ее ног от боли мужика.

«Стерва», — покачал головой Волконский. Но тут же отбросил лишние мысли.

Не было у него времени долго сочувствовать попавшемуся филеру. Вместо этого Волконский принялся быстро осматривать толпу. Прохожий в длинном осеннем пальто? Нет, не похоже. Рядом стоит ребёнок. Девушка в тёмных очках? Нет — моторика явно подсказывала, что, несмотря на ясный субботний полдень, она уже успела чуть поднять себе настроение чем-то сорокоградусным или не отошла от весёлой ночи. Парень в серой футболке и олимпийке, окидывавший хмурым взглядом поле боя? Да, похоже на то. Уж больно характерная растерянность проступала в его взоре.

«На объект смотреть надо, дубинушка! Хотя бы краем глаза» — хмыкнул парень, плавно отступая на шаг назад.

Недаром его долго и упорно учили работать в скоплении гражданских. Пользуясь тем, что наблюдателям явно не до него, Павел скользил среди зевак, словно почуявшая кровь акула, разрезающая водную толщу. Его заметили примерно за два шага до цели и даже успели обернуться. Но вот среагировать — уже нет. Лишь распахнуть глаза чуть шире и попытаться уйти в нырок.

Не сработало. Короткий удар в печень и привычный добивающий в челюсть. Павел бил на автомате. На все две секунда. И, пока никто вокруг не понял, что именно произошло, на тело упал бумажник.

— Вор! — громко объявил Павел. — Кошелёк вытащил!

Народ понимающе закивал. Но большая часть вообще не обратила на потасовку внимания. Все-таки нынешняя экзекуция не шла ни в какое сравнение с тем, что произошла минуту назад. И многим было куда интереснее, сможет ли «пиджачок» подняться после такого удара. Да и Настенька привлекала куда больше внимания, чем крепкий парень.

— Расходимся, граждане! — тут же раздался звучный голос прибывших на шум сотрудников полиции.

«Что-то долго!» — оценил Павел.

Чуть больше минуты. А ведь они тут неподалеку «окопались» — опорный пункт полиции находился прямо на небольшой пешеходной улочке, которую местные гордо называли Красноуральским Арбатом. Их предупредили заранее. С предъявлением вызывающих икоту не только среди рядового состава, но и у их командиров, документов.

Сотрудники довольно быстро помогли разойтись собравшимся очевидцам происшествия.

— Я всё видел. Могу засвидетельствовать, — предложил один из зевак с лихорадочным блеском в глазах.