Сделка с Демоном, или Хвостатая проблема (СИ), стр. 3
Мы с сестрами были совсем другими. Зверь был одной из наших особенностей, а не передающимся через укус проклятием.
Тем временем Викто́р встал и неспешно обошел вокруг стола. Меня обуял дикий, первобытный страх, когда он приблизился ко мне, припечатывая к месту тяжелым взглядом. Такого острого чувства угрозы я не испытывала никогда в жизни.
______________________________________________________________
Если вам понравилась книга, добавьте ее в библиотеку и подарите звездочку, а также вы можете подписаться на автора, чтобы получать уведомления о розыгрышах и скидках. Для вас это секунда времени, а для автора — теплая обратная связь, греющая сердечко)))
Это можно сделать с компьютера или телефона. См. скрины ниже.
Добавить книгу в библиотеку и поставить ей звездочку "Нравится" можно по ссылке:
https:// /shrt/tCun
С компьютера
С телефона
Подписаться на автора можно по ссылке: https:// /shrt/tC2n
С компьютера
С телефона
Благодарю!
Глава 3. Как хочется сбежать!
О божечки, как хочется сбежать! Сейчас я отмотала бы время вспять и попросту не вошла в эту дверь!
Но я застыла: приросшая к месту добыча перед финальным прыжком крадущегося хищника.
Стальные глаза, сурово обозначившиеся скулы, взгляд рентгеновский: ощущение опасности нарастало как лавина, пока не поглотило каждую клеточку и не превратило меня в жертву, неспособную на сопротивление.
И в то же время по венам несся жгучий огонь, оседая тяжестью между ног. Соски затвердели до боли, в глазах темнело.
Как он это делает? Это его дар — зачаровывать и гипнотизировать женщин? Или я взволновала себя сама, встретив настолько привлекательного мужчину, что мое тело впервые в жизни чувственно отреагировало?
Но мне ведь нельзя испытывать ничего подобного, так уж заведено. Ведьмам похоть в принципе несвойственна.
Нам с младенчества прививали равнодушие к плотским удовольствиям и к мужчинам, потому что секс в буквальном смысле отнимал часть нашей магии.
Одаренные ведьмы и особенно главы рода сознательно хранили девственность всю жизнь, замуж выходили лишь младшенькие и посредственные. Обязательно за ведьмаков, чтобы сила ковена крепла и увеличивалась, а не рассеивалась.
Весь мой мир строился на Силе, которую необходимо беречь и приумножать, а не раздаривать кому ни попадя. В ход шло все: строгое воспитание, осуждение и контроль.
«Ты же не шлюха, а ну-ка застегни пуговицы на блузке. Отрастила титьки она, понимаешь ли».
«Что за мода носить такие низкие джинсы, что из них задница торчит? Хочешь, чтобы тебя отымели в какой-нибудь подворотне»?
«Никаких мальчиков, думай об учебе. Не трать Силу на парней, они все хотят только одного».
«Ты же не хочешь кончить так, как твоя мать-вертихвостка? Макияж — смой. Юбку лучше надень длинную и на размер больше, она формы скроет».
Мы с сестрами рано остались без матери. Нас воспитала бабушка, всю жизнь запугивая последствиями легкомысленного поведения.
Если ведьма нарушала правила и не дай бог влюблялась в человека, ее изгоняли из ковена и лишали всех прав. Часть высвободившейся после ее ухода магии распределялась между оставшимися членами.
В моей семье я была старшей и самой одаренной ведьмой до того, как бабушка заболела, и я стала терять свои способности. Я никак не могла подвести сестер и поддаться чарам какого-то мужчины. Особенно демона. Это означало бы подписать себе смертный приговор.
Придя сюда, я угодила в двойную ловушку. Уйду — потеряю все. Останусь — вполне возможно, потеряю себя.
Если только не возьму себя в руки и не сосредоточусь на цели.
Викто́р Азавель, тем временем, остановился прямо передо мной, и меня окатило волной его приятного одеколона с нотками бергамота и цитруса. Этот мужик еще и пахнет потрясающе, за что мне эта пытка.
Демон возвышался надо мной на целую голову. Буравил пристальным взглядом, будто считывал малейшую реакцию или даже мысли. Глаза посверкивали в полутьме. Жуть какая.
Я зашипела, ощутив неожиданный прилив утраченных сил, когда его горячие пальцы сомкнулись на запястье. Отшатнулась прочь, но он не позволил вырваться.
— Стой смирно! — брови сдвинулись к переносице, хватка усилилась, вены прожег огонь. — Я проверю тебя.
Он говорил, как врач. Владелец фармацевтической компании наверняка и образование соответствующее имел. Так что я постаралась расслабиться.
Пальцы уверенно нашли пульс, колотящийся с бешеной скоростью. Что обо мне подумает Азавель? Что я психованная истеричка? Боже, я срочно должна успокоиться…
Виктор застыл и просто молча считал. А я безуспешно пыталась взять себя в руки и дышать ровно.
Осторожно опустив взгляд, я убедилась, что моя кожа светится изнутри красным. Тот же огонь вспыхивал в серых глазах на протяжении целой минуты, которая показалась мне вечностью.
А затем пальцы скользнули вверх по руке. Мягко надавливали и ласкали, чересчур приятно и интимно, вызывая во мне то же двойственное чувство опасности и удовольствия, от которого хотелось сбежать на край света и забыть об этой встрече как о страшном сне.
Я собиралась отпрянуть, не выдержав сексуального напряжения, но Азавель уже перехватил мою руку чуть пониже локтя и резко перевернул, удерживая меня на месте. Вскрикнув от неожиданности, я потрясенно ощутила накатывающую волну перевоплощения.
Виктор будто нашел кнопку на моем теле, «включающую» умирающую ипостась: вся кожа покрылась светлой с темными полосками шерстью, ладонь приняла округлую форму лапы. Острые, загнутые коготки вылезли из подушечек, уши заострились и поднялись на макушку.
Я никогда еще так не обнажалась перед чужаком, никогда не позволяла себе испытывать ничего подобного. Я словно стояла голой, а Викто́р смотрел на меня, как проголодавшийся лев на аппетитную антилопу.
Мой облик изменился лишь частично, но уже и этого оказалось достаточно, чтобы все мое естество само потянулось к источнику силы: Викто́р Азавель в самом деле способен оказался вернуть мой дар!
Если это так, я смогу остаться в семье! Готова ли я заплатить цену, которую он озвучит?
— Да ты не простая кошка… — прошептал мужчина так горячо и хрипло, что мое сердце провалилось в пятки.
И добавил с неподдельным восхищением, наклонившись ближе.
— С этого нужно было начинать, сладенькая моя.
Глава 4. Это будет дорого стоить
Улыбнулся, разглядывая серые полоски на фоне белой шерсти, слегка покрывшей кожу — до полного преображения мне не хватало силы.
— Ирбис? — предположил Викто́р. — Я еще не встречал подобных тебе. Только слышал. Говорят, женщины-кошки — самые похотливые существа на свете, секс из вас так и прёт!
Аромат его парфюма внезапно усилился, окружая меня подавляющей аурой. Дыхание стало прерывистым, а глаза вспыхивали в ритме участившегося сердцебиения. Для полноты образа хищника Викто́ру не хватало лишь облизнуться.
Я никогда еще не становилась объектом такого откровенного вожделения. Мы с сестрами привыкли одеваться и вести себя скромно, избегая внимания противоположного пола.
Как же так вышло, что малознакомый мужик буквально пожирает меня глазами, словно я какая-то секс-модель?