Из огня да в полымя. Книга 4 (СИ), стр. 19

Смотрю, там кроме пары стаканов три бутылки нарзана, две из которых уже пусты. Ага, кто бы говорил про хорошо проведённые выходные. Жажда совсем замучила, Анечка? Бывает. У меня причина головной боли другая, только я тебе её не скажу. И сочувствовать не стану, хотя и сердце кровью обливается, едва понял, какие вы несчастные, что Алла Дмитриевна Решетова, генеральный директор консалтинговой фирмы в двадцать шесть лет, что Анна Николаевна Каспарова, директор банковского департамента в двадцать пять, обе наследницы миллиардных состояний. Как же таких бедняжек не пожалеть? Ну, в сарказм, да, в сарказм я умею. Только это не отменяет ведь, что мне очень льстит отношение ко мне их обеих, а особенно начальницы. От неё реально зашкаливающее дружелюбие и даже больше. Блин, даже думать боюсь, к чему это может привести.

Начёт Коржа явный перебор. Сволочь он конечно, лицемер, подхалим, но явно не совсем уж балбес в профессиональном плане. Просто расслабился. Мне его нисколько не жалко, пусть бы получил пинка под зад и летел над нашей любимой Москвой дельтапланом, да я ж вроде как считаюсь его поручителем. И с тем дармоедом, ну, с котёнком, что будет, когда кормилец работу потеряет? Не знаю даже, как поступить. Опасности Сергуня не представляет, это ясно, работать при надлежащем контроле тоже может. Но нужно ли мне за этого прохвоста вступаться?

— Спасибо, — отказываюсь от её предложения хлебнуть минералочки. — Мы только-только с Олегом чай попили. А выходные нормально прошли. Ездил с друзьями на Клязьму рыбу удить.

— Ты рыбак? — удивилась Анна Николаевна. — Что ещё я про тебя не знаю? И что, реально интересно? А кто те друзья?

Не долго думая, вкратце рассказал начальнице и о друзьях, и о нашей поездке, в середине рассказа почувствовав эмпатией нарастающую зависть. Сил моих больше не было терпеть очередные спазмы в голове, поэтому менталом больше не пользовался, иначе наверняка бы подслушал, что госпоже Каспаровой очень бы хотелось вместо пафосного, дорого-богатого мероприятия, посвященного её дню рождения, прокатиться с нами.

И точно, она мою догадку косвенно подтвердила.

— В следующий раз меня с собой зови, — сказала приказным тоном. — И какие планы у тебя на этой неделе? Хочу в зоопарк тебя пригласить Мне тут по случаю пару билетов подогнали. — напомнила про мой ей подарок. — В какой день удобней?

— Да в любой, собственно, — отвечаю с улыбкой. — кроме сегодняшнего. Сегодня мы с Олегом в ресторан пойдём, его первый трудовой доход отмечать. А ещё я хотел попросить — ну, помнишь, я про права говорил? — отгул для сдачи экзамена по вождению в автошколе.

— Не вопрос, — легко согласилась Анна Николаевна. — А на среду тогда рассчитывай, что поедем зверушек смотреть. Так, с этим ясно. Теперь по Капролактаму. Свяжись по контактным телефоном с этим — как там эту дыру? — Мухосранском?…

— Мухинском, — поправляю, успешно пряча внутри обиду за свою вторую родину.

— Да, с ними. — кивает. — Договорись, когда они смогут тебя принять и показать всё на месте. Не хочу я брать в работу эту мелочь без примерных представлений, как то всё будет выглядеть на земле. Заявка на небольшую сумму, но кто там этих деревенских поймёт, может им и такая сгодится для распила? Планируй на следующей неделе отправится в ту глушь, раз уж уговорил меня ввязаться в то дело. Мазями всё ж стал пользоваться? — склонила голову к плечу. — Лицо в этот раз получше выглядит.

— Забыл про них, — ответил честно. — Просто меньше мордой к солнцу был повёрнут. Да там и тень хорошая.

— Понятно, — усмехнулась. — Хорошо, раз кофе уже попил, то иди делами дальше занимайся. Это я посмотрю. Если найду неправильно оформленное, тебе конец. — она шутит, я точно знаю. — Да, Алла с тобой хочет поговорить. Звонила? Сама поднимется, к ней в офис идти не нужно.

Вот уж кому, а Ветренко обязательно нужно быть в каждой бочке затычкой, знать всё, что происходит. Я ещё дверь в кабинет начальницы не успел закрыть, выходя, Олечка начала меня вопросами засыпать. Ну да не на того нарвалась, давно могла бы привыкнуть, что я легко могу в разведку идти. Если что-то не хочу рассказывать, хрен из меня вытянешь. Вот и сейчас делаю хмурый, немного расстроенный вид, машу рукой и удаляюсь без слов. Пусть думает, будто я как тот Корж растоптан.

У Олега до конца рабочего дня остаётся меньше пятнадцати минут, так что, очередную порцию шутливого зубоскальства мы с ним пропускаем. Успеем ещё сегодня вечером о всякой ерунде наговориться. Пока же склоняюсь, уперев руки в стол перед его монитором, и он мне объясняет, почему то или иное выделил красным, в чём вопросы и сомнения. Подводить начальство никто из нас не хочет, поэтому ровно в семнадцать ноль-ноль, Арефьев-младший, ещё раз напомнив, если я не приеду в кабак, то его обижу, выехал в коридор, закрыв за собой плотно дверь.

Открываю папку с файлами и, чтобы непросто так работать, решаю, как это иногда делаю, оставаясь в одиночестве, немного дать отдохнуть ногам от обуви и чуть просушить носки. Хрен знает, во сколько я сегодня домой попаду, и весь день в туфлях — то ещё удовольствие. Так что, глазами в монитор, нога об ногу снимаю туфли, руками носки и начинаю их крутить левой рукой — правая-то мушкой занята. Увлёкся обоими делами — и рабочими, и эргономикой — в итоге не успел вовремя среагировать, когда дверь открылась.

Вообще-то приличные люди вначале стучат, только насколько корректно называть высокое начальство в ранге генерального директора Консалтинг-плюса приличным человеком? Красива обалденно, щедра как эта, ну, не знаю, кто, раз подарила Ролекс, умна чертовски, ко мне относится замечательно, с благодарностью и дружеской любовью, но стучать её так и не научили. Или подчинённый офисный планктон для неё не люди? Так я-то не её офисный планктон.

— Алексей, это ты чего тут за сухую стирку устроил? — удивилась и коротко рассмеялась, закрывая дверь. — Вот не знала. Знаешь, я тебе наверное ещё и стиральную машинку подарю. И только попробуй отказаться. — пригрозила, проходя к окну.

На высоких каблуках, она выглядит как та модель, и юбочка обтягивает крутые бёдра, и грудь у неё на размер побольше, чем у подруги — моей обожаемой начальницы, благодаря которой у меня только аванс двести тысяч рублей. Блин, мне в Мухинске, после того, как мы отстояли рынок от притязаний Карпуши, бригадир одномоментно сорок штук пятитысячными выдал, так я тогда себя почувствовал богатым словно Крис.

Пока Алла Дмитриевна дошла до окна, я успел натянуть носки и надеть туфли. Вот и плюс того, что у меня рожа загоревшая, иначе сейчас бы краской налилась.

— Откажусь, — от смущения у меня вдруг прорезалась наглость. — Есть у меня машинка, Алла Дмитриевна.

— Алла, Лёш. — поправляет. — Мы ж друзья. — она подходит ко мне и, не давая подняться, обжимает за плечи и целует в щёку. — Насчёт машинки я пошутила, но если вдруг, то, имей в виду. Кофе угостишь? Смотрю тут у вас своя чайная " — … вот что я за дура такая? Лёшка мне жизнь спас, а я тут, едва войдя, начала над ним подшучивать. Нет, если б кто из моих сотрудников вот такой вентилятор на рабочем месте устроил, остался бы без премий, надолго, но это же Алексей. Спаситель, да и просто отличный парень, пусть и не такой, как мой Ваня. А Анька дура. У неё под носом такое сокровище. Чего теряется-то?…«. О=о, якобс-монарх, круто » — … фу, гадость какая. И как люди это дерьмо пьют? Как-как, а вот сейчас и попробую…". Давай, готовь.

— Сейчас, — подрываюсь. — Айн момент.

Ух, какой Олег молодец. Пока я был у Анны Николаевны, он наши кружки съездил помыл, а то пришлось бы высокой гостье в пластиковый стаканчик наливать. А она, кстати, залезла в упаковку, взяла один и пошла с ним к столу моего коллеги и, не долго думая, села на него попой, свесив ноги, достала из кармана пиджака сигареты с зажигалкой, закурила и разместила рядом с собой то, из чего люди обычно пьют, чтобы использовать в качестве пепельницы.

— Не переживай, Алекс, — улыбнулась. — У нас в здании великолепная вытяжка. Уже через час никакого запаха и следов не останется. если же кто-то раньше что-нибудь вякнет, сошлёшься на меня.