Химера растительного происхождения 1 (СИ), стр. 44
— А дом-то какой?
— На третьей улице, седьмой.
— А-а, знаю. Сейчас мужиков позову, часика за два доставим. Даже не сомневайтесь!
— И дрова не забудьте!
— С вами забудешь, — рассмеялся плотник. — Всё привезем, не переживайте.
После мебельного склада мы отправились в посудный, где Анна лично набрала для меня всякого: от котелков и сковородок до кружек-мисок, вилок-ложек, досок и ножей. Это тоже мы не стали забирать сразу, пока что лишь отложив в сторонку. Полина Ильинична, дама в возрасте, заверила, что сейчас всё аккуратно уложит по корзинам и в течение часа всё принесут мальчишки.
Затем мы наведались к Михалычу и там набрали свежего текстиля, включая даже фартук и тряпки для пыли и пола. Ведра, тазик и швабру тоже взяли у него.
Это мы унесли домой уже сами, причём Анна безо всяких просьб помогала нести, потому что я сама могла нормально лишь ковылять. И вроде бы немного расходилась, но всё равно ощущала себя избитой и переломанной уткой, ковыляя, хромая и стискивая зубы каждый раз, когда надо было шевелиться.
Последним складом, куда мы отправились, был продуктовый. Им заведовал могучий мужчина с чёрной бородой и таким пронзительным взглядом, что я враз ощутила себя мелкой бестолковкой, но Анна вела себя с ним бойко и доброжелательно, а сам Митрофан Филиппович выдал нам всё чётко по списку, который висел тут же — на стене склада.
Мне, как взрослой особи женского пола, полагалось на неделю три кило самых разных овощей, полтора кило фруктов, два кило крупы, два мяса и так далее. Так как в доме в принципе по продуктам был голяк, овощей мне выдали с запасом, чтобы не получилось «две картошки, морковка, лук», а чуть больше и разнообразнее. Не забыла Анна и про масло, и про соль-специи, и про яйца, и про многое другое. Сахара тут не было, местные подслащивали чай и выпечку медом, так что и баночку с медом мне тоже дали.
Получилось несколько корзин, но их нам просто так не отдали, крикнув двух крепких мужчин, которые всё это донесли до моего дома.
Следующие несколько часов прошли в приятной домашней суете. И даже как-то боль в мышцах на задний план отступила!
Со склада привезли мебель и Анна ловко командовала мужиками, которые беспрекословно её слушались, таская всё, что нужно, по местам. Шторы тоже они мне вешали, как и таскали воду из колонки. Сама Анна показала мне, как правильно топить печь, и на что в принципе обращать внимание. Где хранить дрова, а где готовую еду, чтобы сразу не прокисла. Оказывается, на кухне имелся полноценный погреб, куда можно было спускать те же яйца, мясо и овощи, чтобы не переживать за их сохранность.
— Ну… — выдохнула она шумно, когда всё было разложено и развешано по местам, а мы с ней попили чаю с её пирожками. — Как-то так. Ты не бойся за помощью обращаться, слышишь? На обед-ужин заглядывай, я всегда с запасом готовлю. Уж на тебя-то котлеток всегда наделаю, мне несложно. И пирожков настряпаю, и рагу натушу. Договорились?
Было ужасно неловко, но я кивнула, после чего Анна ушла, надавав ещё кучу житейских советов, а я, наконец, осталась одна.
И шумно выдохнула…
Что ж… Здравствуй, взрослая жизнь, да?
Тихонько хмыкнув, помыла кружки и накрыла остатки пирожков полотенцем, чтобы не черствели. После этого поднялась наверх, в спальню, и аккуратно разложила-развесила одежду. Книги отправились на комод. Корзину с рукоделием отнесла вниз, в свою будущую мастерскую.
Ещё раз прошлась по комнатам, отмечая, что в гостиной пустовато и по идее не помешали бы ещё два кресла, картина и ковер, но… Зачем мне вообще гостиная? Захочется общения, сама пойду в гости к той же Юле. Так всем будет проще.
Снова захандрилось, подступила апатия. Хотелось просто свернуться клубочком, спрятаться под одеялом и уснуть. И чтобы когда проснулась, всё оказалось сном.
Всё.
Но нет, это всё правда. И не получится ни спрятаться, ни сделать вид, что этого нет.
А значит… Подобрала сопли, Майя!
И работать!
Отрывисто кивнув сама себе, я не поленилась взять доску с мелком, чтобы обсудить с мастером возможность поработать в том числе на дому, вышла из дома и внимательно изучила его снаружи, чтобы в принципе понять, где теперь живу, и не ошибиться.
Снаружи дом был кирпичным, добротным, как и всё в этом посёлке. На углу висела деревянная табличка «3–7». Судя по всему, мой новый адрес. Четко оформленного палисадника не было, какой-то простенький самосев из одуванчиков и то ли колокольчиков, то ли чего-то подобного. Зато имелась полноценная ограда, но забор не сплошной, а штакетник чуть выше метра, причём со всех сторон.
Не поленилась, обошла дом, чтобы проверить, как обстоят дела на заднем дворе, и чуть поморщилась. Сам задний двор был меньше, чем у Арха, и соседние участки просматривались только так. Да уж… Топлесс не позагорать!
А с другой стороны, зачем он мне вообще нужен? Разве что иногда на травке полежать.
Коротко хмыкнув, я отправилась в мастерскую по месту своей работы, кивком поздоровалась с Валерием Ивановичем и, не теряя времени, сначала написала ему на доске благодарность за мебель и рабочих, а потом поинтересовалась, можно ли сделать на дверях задвижки, потому что я специально глянула все до единой двери и нашла внутренний запор лишь на входной, причём довольно мощный. А хотелось бы ещё в санузле и спальне!
— А зачем? — озадачился мужчина.
Я тоже уставилась на него с удивлением, не понимая, почему я вообще должна объяснять элементарные вещи, но он с интересом ждал ответа и я, подумав, написала:
«Мне некомфортно без них».
— А-а… — протянул, но, кажется, решил, что я привередничаю. — Ладно, сделаем. Как закончим работу, вместе сходим, гляну.
Вот и договорились!
Повеселев, написала дальше, что хотела бы набрать работы и домой, чтобы было чем заняться по вечерам, если вдруг заскучаю, но при этом мне нужны свои резцы, чтобы не носить эти туда-сюда. И вообще, мне уже резчика первого уровня дали. Так что точно буду тут работать!
— О, это хорошая новость. Ты пока садись, присматривайся, что сегодня делать будешь, а я к кузнецам схожу, задание дам. Давай-давай, не стесняйся. Всё в твоих руках, девонька.
И я села работать. Сложно сказать, сколько прошло времени, но несколько часов точно, ведь пришла я после обеда, но до конца рабочего дня я успела вырезать всего две фигурки — ёжика и сову, причём сегодня на этом работа не закончилась: вернувшийся от кузнецов мастер начал рассказывать и показывать, каким маслом стоит покрывать такие игрушки, чтобы они долго не темнели, не гнили и в принципе были приятного золотистого цвета.
— Ну тут, конечно, всё от случая зависит, — посмеивался он в процессе рассказа. — Детишки, бывают, заиграются — и тютю, нет больше фигурки. Рёв стоит на всю улицу, но дело уже сделано. А масло мы с тобой на следующей неделе варить будем. Всё от и до расскажу и покажу, запоминай. Будет тебе на будущее наука.
Я сосредоточенно кивнула, а потом написала на своей доске просьбу сделать ещё парочку таких досок. Одну, чтобы тут поставить, а вторую, поменьше, про запас. Вдруг куда пойду? Будет удобно носить с собой.
— Сделаю. Сам уже об этом думал. Тяжело, конечно, что в общении ты так ограничена. Но руки не опускаешь, молодец.
Потихоньку за этими разговорами закончился день, и мастер, прихватив сумку с инструментами и заготовками, отправился вместе со мной ко мне домой. Там быстро осмотрел и санузел, и спальню, и в два счета приделал в туалете просто «барашек», причём на деревянный чопик, перед этим просверлив дырочку ручным сверлом, потому что дверь открывалась наружу, а вот в спальне дверь открывалась внутрь и барашек бы тут не подошел. Тут Валерий Иванович приколотил задвижку. Не самую большую и, подозреваю, не самую крепкую, но она хотя бы даст понять окружающим, что я против проникновения на частную территорию.
А вообще по уму можно просто запирать входную дверь.
И почему я не подумала об этом сразу?