Химера растительного происхождения 1 (СИ), стр. 31

Он шумно выдохнул, словно эти слова и формулировки давались ему тяжело, затем коснулся моей руки и слегка сжал ладонь, попутно погладив большим пальцем.

— Ты знаешь, как ученые описывают любовь и влюбленность? Как набор гормонов. У химер в этом плане всё сложнее и глубже. Мы инстинктивно чувствуем оптимальную… пару. Кто-то угадывает её в движениях, кто-то по голосу, кто-то по запаху. В целом принцип влюбленности мало отличается от человеческого, если подумать. Просто у нас это немного более… гипертрофировано. Не нужны недели и месяцы, чтобы присмотреться. Это понятно буквально с первого дня. Я… — он прикрыл свои пугающие белые глаза веками и чуть усмехнулся, — в своём роде ничуть не менее мутант, чем ты. Только это отразилось прежде всего не снаружи, а внутри. В энергиях. То, что местные называют магией. И мне… — он снова тяжело вздохнул, — до сих пор не удавалось найти… пару.

Он снова погладил мою руку большим пальцем и я отчетливо поняла, что это уже не намек. Это прямое заявление.

Я для него пара.

Бред какой…

Нет, я не могу воспринимать это серьезно! Не могу! Просто не могу! В конце концов, ему уже… Сколько там ему уже лет? Дохреналион!

Да он мне в деды годится!

Не знаю, что услышал из моих сумбурных и откровенно шокированных мыслей Архангел, но вдруг помрачнел, убрал руку и встал.

— Я не буду принуждать. Просто хотел, чтобы бы знала. Если тебе интересна эта тема, поговори с Ольгой, она объяснит более… подробно. Анна уже накрывает обед, присоединяйся.

С этими словами он вышел, а вот я не торопилась вставать. Меня так качественно пришибло его откровениями, что минут десять я просто бездумно пялилась в потолок, пытаясь понять, что делать дальше.

Ну, как бы… Мне, наверное, лестно, да?

Или нет?

Не пойму.

Наверное, мне всё-таки… страшно.

А почему мне страшно?

Попыталась разложить по полочкам всё, что услышала от него сейчас, и в итоге сумела кое-как сформулировать главное: я ему не верю.

Но с другой стороны, зачем ему мне лгать? Чтобы что? Затащить в койку? Пф! Вот на что угодно готова спорить, что с его внешностью у него нет проблем с желающими. Хотя бы одна женщина в этом посёлке, но точно не будет прочь с ним… это самое. Переспать, да.

Или тут всё так плохо с женщинами? На каком уровне тут вообще мораль? Все со всеми или только после свадьбы?

Определенно мне нужно поговорить с Ольгой!

И ведь, если подумать, то я не могу его ни в чём уличить. Особенно в извращенстве. Он тупо меня не видит! И если для него главным фактором привлекательности является яркость свечения «души» (ну или что там у всех нас светится?), то он сам сказал, что у меня чуть ли не тройное свечение.

И нет, я не отрицаю того, что любовь — это гормоны. Что любовь — это когда нравится голос, касания, запах. Это нормально. Это… стандарт.

Но вот так сходу и между нами?

Бред какой-то…

Полежав ещё немного и чувствуя, что здравые мысли сменяются новыми опасениями и осознанием, что для меня это неприемлемо, потому что я сама считаю себя чудовищем и для меня это просто гигантский стоп-сигнал, в итоге села, мотнула головой и приказала себе не думать. Просто не думать.

Он не будет принуждать. Сам сказал. Просто хотел, чтобы я знала.

Вот на этом и остановимся. Я знаю.

Пока даже этого для меня будет многовато.

А дальше… Дальше будет видно. Вдруг я действительно со временем научусь контролировать свои мутации? Вдруг?

Тогда и поговорим! Обстоятельно и как взрослые люди!

То есть химеры, да. Химеры.

Глубоко вдохнув и шумно выдохнув, я заставила себя не думать об этом, как о трагедии века. Ну да, нравлюсь мужику. Бывает. Это даже как бы… лестно.

Наверное.

Коротко хмыкнув, качнула головой. Нет, не получается об этом думать именно так. Сейчас для меня это просто дико.

Как бы ещё перестать об этом думать?

О, котлетки!

К счастью, стол был снова накрыт невероятно обильно и я нашла на нём не только котлетки, за которые была готова продать Анне не только душу, но и всё остальное, включая рога и когти, так что обед удался. Тем более Архангел вёл себя привычно невозмутимо и ни на что такое больше не намекал.

Вот и молодец.

После обеда за мной зашел Глеб и мы отправились к плотникам, где следующие четыре часа я постигала непростую науку работы с деревом. Удивительное дело, но я как-то сразу всё понимала с первого раза. Более того, я «чувствовала» древесину. Степень просушки, сучки, микротрещины и даже наличие следов присутствия короеда. Наверное, это из-за того, что во мне есть генный код лианы. Ну или просто я вся из себя такая молодец!

Помимо прочего мне невероятно понравилось изучать варианты креплений, была в этом какая-то своя завораживающая магия — способность соединять деревянные чурбачки между собой без единого гвоздя.

Сам Валерий Иванович, старший плотник посёлка, тоже был приятным в общении мужчиной. Немного ворчливым, но по-доброму, без издевки. Быстро принял меня, как свою персональную ученицу, и охотно раскрывал нюансы и секреты плотницкого дела. Показал инструменты, рассказал, как они называются и для чего используются. Похвастался специальными резцами по дереву. С интересом проследил, как я пытаюсь вырезать узор по дереву прямо когтями… Похмыкал и подсказал пару уловок.

В общем, что я хочу сказать? Вторая половина дня мне понравилась намного больше первой!

Ну а когда ближе к вечеру за мной зашел Глеб, чтобы проводить обратно в дом Архангела, словно я была ребенком (или это был намек на конвой?), Валерий Иванович деловито ему сообщил:

— Есть чуйка у девки. При должном желании отменным плотником будет. Мне тут бабоньки давно плешь проели, что красивостей им на прялках и прочем не хватает. Если поставим руку, Майя будет им эти красивости наводить. Сашку ко мне ещё отправь, художника. Пусть завтра с самого утра нарисует мне на доске всякого разного, будем пробовать художественную резьбу.

— Сделаю, — пообещал ему Глеб, а когда мы с ним вышли на улицу, спросил уже у меня: — Самой-то хоть понравилось? Хочешь этим заниматься?

Я так активно закивала, что мужчина рассмеялся.

— Отлично. Идём. Ты, кстати, разминалась, как я говорил?

Озадачилась, не сразу сообразив, о чем он сейчас говорит.

— Разминала мышцы, чтобы завтра не болели?

И мне бы соврать, кивнув с умным видом, но я смущенно качнула головой.

— Майя, не ленись, — нахмурился Глеб. — Самой же легче будет.

Вот тут я уже предпочла кивнуть, старательно изображая паиньку, хотя не уверена, что по мне это было видно.

А когда мы пришли домой, то я очень удивилась, услышав с кухни несколько женских голосов. Даже заглянула туда сразу, не став подниматься к себе, и удивилась ещё сильнее, увидев, что за столом пьют чай не только Анна и её дочь Юля, но и Ольга.

Её я тоже узнала, ведь только утром Глеб показывал мне её на тренировке. Только сейчас женщина была одета в славный зелёный сарафан без рукавов с глубоким декольте, но под него была надета белая блуза с вышивкой, а через плечо была перекинута толстая русая коса, отчего Ольга выглядела, как какая-нибудь классическая боярышня. Невероятно стильно!

— Маюшка, привет! — весело махнула мне рукой Юляша, как всегда улыбчивая и непосредственная. — Доделала твои вещицы, занесла. Слушай, неловко спрашивать, но мама видела в твоей комнате отрезанные волосы. Они тебе нужны?

Озадачившись, отрицательно качнула головой, но не успела задать вопрос, зачем они ей, как Юля радостно всплеснула руками.

— Здорово! Слушай, ты не против, если я их заберу? Шью иногда маленьким девочкам куколки, как вдохновение находит, а волосы из ниток слишком грубые получаются. Я бы их куклам приделывала. Ты не против?

Кивнула, надеясь, что она поймет меня правильно, и Юля моментально просияла.

— Отлично! Вот и договорились. Кстати, знакомься: это Ольга. Она у нас тут за главную учительницу для малышни. Ужасно умная!