По следам, стр. 5

Бизнес-джет, который мы забронировали на эту поездку, уже был забит нашими людьми, когда мы подъехали. Иногда мне кажется, что легче купить свой личный самолет. Но иностранных заказов у нас не так много. Я собираюсь это исправить и вывести нас на другой уровень.

— Завтра утром собери всех дома. Устроим совместный завтрак, и придет наш нотариус, зачитает папино завещание, — сказала я Михаилу, который сидел рядом со мной, но взгляд мой был устремлен в иллюминатор.

— Мы и так знаем, что там, — не отвлекаясь от каких-то бумаг, проговорил он.

— Да, но я хочу увидеть их лица, когда они поймут всю ситуацию, — я обвела глазами самолет и попыталась проанализировать, кто может быть против смены власти. Кто-то тихо беседовал, кто-то занимался работой, кто-то спал.

— Они не пойдут против тебя. Мы не допустим возражения по твоей кандидатуре.

Из-за разницы во времени и долгого перелета я чувствовала себя выжатой. Было единственное желание — помыться и лечь спать. Как вариант, лечь спать в ванной.

Заезжая на территорию нашего особняка, я с облегчением выдохнула. Он достался нам от моего прапрадеда, который родился тут и построил большую империю. Территория была обширной: главный дом с двумя крыльями с высокими окнами, в которых отражалось небо. Белый камень стен, темная черепица крыши, строгие колонны, пара летних домиков для персонала, старый фонтан, заросший сад и даже полузаброшенная оранжерея, которую мы давно не использовали.

Но главное — этот дом теперь был базой. Не просто жильем, а местом, где все работало на одну цель.

Окончив водные процедуры, я по обыкновению проверила телефон.

Несколько сообщений от Джона. Мы с ним познакомились не так давно на подпольных боях. Он был красив, спортивен и отлично трахался. Мы с ним встречались пару раз в неделю, чтобы удовлетворить наши потребности. Не более. Кажется, этот наивный дурачок думал, что мы с ним действительно парочка. Пока мне это не мешает, может думать все, что хочет. Не ответив на его сообщения, я пошла просматривать соцсети. Не могу сказать, что я их веду, но аккаунты есть. Закрытые, конечно. В интернете можно найти огромное количество информации, не прилагая никаких усилий. Люди любят выставлять все напоказ. Когда-то я хотела чувствовать себя обычным подростком, который ведет соцсети и каждые выходные ходит на вечеринки. Встречается с друзьями и мальчиками. У меня была пара интрижек, но дальше это никуда не приводило.

Со временем я потеряла ко всему этому какой-либо интерес, хотя странички остались. Возможно, где-то в глубине души у меня была призрачная надежда на обычную жизнь, которая не давала мне избавиться от них.

На экране появился симпатичный парень, на вид старше меня на пару лет. Он заразительно улыбался на какой-то тусовке. Его волосы были в беспорядке, кожа загорелая, а глаза блестели радостью жизни. Под его фоткой было пару тысяч лайков и столько же восторженных комментариев. Я смотрела на него как завороженная, сердце забилось чаще. Он притягивал как магнит. И так же сильно раздражал своим желанием жить даже через экран телефона.

Быстро закрыв приложение и удалив его из вкладок, я перевернулась на бок и попыталась выкинуть его фото из головы. Но когда я закрывала глаза, его заразительная улыбка сама появилась в голове.

Встала я позже всех. Идя по просторным коридорам, залитым солнечным светом, я размышляла, как теперь будет протекать моя жизнь, пока за углом не послышались знакомые голоса Михаила и Анатолия. Они о чем-то тихо переругивались и спорили.

— Они будут возникать, — голос Анатолия звучал глухо, с нотками усталой обреченности. — Как мы будем это останавливать?

Я замерла, прижавшись к стене.

— Если бы был сын — было бы легче... — Анатолий тяжело вздохнул. — Не потому, что она хуже. А потому что они видят в ней маленькую девочку и многие будут в это тыкать.

— Мы поможем ей всем, чем сможем, — ответил Михаил наконец. Голос его звучал твердо, но без лишнего пафоса, так, как говорят мужчины, когда обсуждают рабочие вопросы. — Тот факт, что она не пацан, делает ее уязвимой.

Сердце кольнуло. Я сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони.

— Но не хрупкой, — закончил Михаил, и в его голосе послышались нотки, заставившие меня замереть. — Ты видел, что она сделала с тем уродом вчера? Она вела себя как наследница. Она показала силу и теперь об этом будут говорить.

Я стояла за углом, прикусив губу. В груди бились чувства — обида, злость на их сомнения, и благодарность. Благодарность за то, что они здесь. Что они верят. Даже сомневаясь.

Я уже хотела выйти, сделать вид, что ничего не слышала, как вдруг Анатолий заговорил снова

— Я сегодня еще наткнулся на документы… — голос Анатолия стих, но потом сразу же возобновился. — Вихрь, хотел этого для нее. Ей нужно принять решение: либо согласиться, либо отказаться. Все уже оплачено. Он, конечно, молодец, что оттягивал этот момент до последнего, а теперь мы должны рисковать своим здоровьем? Миш, давай ты ей расскажешь, ты сможешь сгладить углы.

— Почему я? — шепотом возмущался Михаил. — Ты у нас умный, ты и объясни ей всё, как есть, и расскажи, зачем это нужно.

— Ага, а я ей так объясню, что она точно не захочет туда идти и еще вдобавок колено прострелит. Ты не помнишь, какой она скандал устроила, когда он ей предлагал это в прошлый раз?

— Что здесь происходит? — я не выдержала и вышла из своего укрытия. Они что-то скрывают и боятся рассказать.

Глава 2 Анна

Мужчины резко повернули ко мне головы, когда я застыла в проходе, сложив руки на груди. Михаил и Анатолий стояли рядом с дверью в столовую, где должно было пройти совещание. Анатолий был того же роста, что и Михаил, но уступал ему в мышечной массе. Его очки идеально смотрелись, подчёркивая черты лица, а безупречно отглаженный костюм — я была уверена, он гладил его сам. Толя — слишком большой перфекционист, наверное, поэтому он и выбрал работу с цифрами.

— Кто расскажет первым?

— Аня… — Михаил запнулся и бросил взгляд на Анатолия, который отрицательно покачал головой.

— Кто-то снова умер? — в горле на секунду встал ком, когда я допустила мысль о смерти бабушки или дедушки.

— Никто. Все живы, — произнёс Анатолий.

— Отец хотел отправить тебя учиться в институт, — спокойно сказал Михаил.

— Мы же обсуждали это. И пришли к тому, что я никуда не пойду, — мой голос звучал ровно, даже холодно, хотя на самом деле мне хотелось их избить.

— Да, мы помним. Но у него была своя цель. Он хотел, чтобы помимо работы у тебя была и студенческая жизнь. Эта учёба поможет тебе вести дела.

— Он оплатил всю учебу и хотел поставить тебя перед фактом, чтобы у тебя не было возможности отказать, — продолжил Анатолий.

Я фыркнула. Это был типичный папа. Он всегда поступает по-своему и не спрашивает, нужно ли это тебе. Учёба в мои планы не входила. Мне предстояло разбираться с поставками и заново завоёвывать авторитет.

— Ну так что? — спросил Михаил.

Они с Анатолием стояли, слегка склонив головы, чтобы смотреть мне в глаза. Мой рост, нельзя сказать, чтобы маленький, явно не был моим преимуществом — особенно в компании мужчин-великанов с горами мышц и ростом под два метра, которые не привыкли наклоняться.

Выполнить последнюю волю отца — единственное, что я могла сделать, чтобы почтить его память. Тогда я ещё не понимала, насколько это усложнит мою жизнь.

Образование — так себе развлечение для девушки из моей среды. Обычно у нас учатся одному: как выгодно выйти замуж.

Но папа смотрел дальше. Он знал: настоящая власть не в кулаках и не в стрельбе. Настоящая власть в том, чтобы понимать внутреннюю кухню бизнеса. Стать ещё сильнее. Несокрушимее. А для этого надо понимать, как работают их чёртовы цифры, законы и отчётности. Где можно нажать, а где лучше промолчать.