Системный тактик 3 (СИ), стр. 24

Ренн взял коробку под мышку. По его лицу нельзя было понять, ждал ли он спора, но следующие слова звучали как заранее определённая граница:

— Сегодня вы будете наблюдать, господин Даллос. И чтобы не оставлять ложных надежд: командную роль я вам не дам. В показательной группе будет один командир. Господин Морланд уже два года подтверждает право на это место делом. Если вы хотите войти в состав, ищите иную роль.

«Иную роль»? С моей нынешней Силой и Выносливостью по четыре единицы в каждой строке предложение поискать «иную роль» выглядело едва прикрытой насмешкой.

Глава 9

Ренн счёл разговор законченным: коротко кивнул, собрал со стола вещи, сунул под мышку карту и направился к выходу из учебного зала. Только вот я не считал, что разговор закончен.

— Господин Ренн, я понимаю, почему вы отказали, и не прошу менять решение относительно сегодняшней группы. Но могу предложить способ, при котором вам не придётся отдавать под моё управление учеников.

Наставник неохотно остановился. По тому, как на миг окаменели его плечи, я понял: желание выйти за дверь никуда не делось, его удержали воспитание и должность. Уйти посреди обращённой к нему фразы значило проявить откровенную невежливость. Ренн мог считать меня самоуверенным наследником, слабаком и кем угодно еще, но правила приличия соблюдал.

Мужчина повернулся, прижал дощечки к боку и посмотрел на меня с вежливым ожиданием.

У двери задержались Делла и Тевен. Сегодня я сделал достаточно, чтобы разбудить у них слабый интерес: ещё утром оба прошли бы мимо, не замедлив шага, сейчас же Делла стояла вполоборота и держала ладонь на дверной ручке, а Тевен выглядывал из-за её плеча.

Бренн перестал разглядывать карту ущелья и положил линейку поперёк стола.

Альден опёрся ладонью о край столешницы и слушал открыто, без напускного равнодушия, которым лицеисты обычно прикрывали любопытство.

— Продолжайте, господин Даллос, — разрешил Ренн.

— Мы оба знаем, что я не вхожу в число сильных учеников лицея. За оставшееся до отбора время я не обгоню людей, которые годами превосходили меня в силе, выносливости и владении оружием.

Признание вышло спокойным, хотя произносить его при Делле и остальных оказалось трудновато, будто переступаешь через себя. Где-то внутри ещё жил Корбин, привыкший либо скрывать слабость, либо огрызаться на любого, кто её замечал.

Ренн принял сказанное без утешений и без довольной усмешки. Он лишь слегка качнул головой, как наставник, услышавший верный ответ на несложный вопрос.

— Абсолютно верно, господин Даллос. И что же вы предлагаете?

— Я определился с направлением подготовки. После прохождения Арки намерен выбирать между Аналитиком, Командиром и Тактиком, если Система предложит подходящие варианты. Все три пути требуют умения разбирать обстановку, ставить задачи и распоряжаться доступными силами. На предварительном отборе я хочу претендовать на место в демонстрационной группе в этом качестве.

При слове «Тактик» Бренн перестал вращать линейку между пальцами. Делла перевела взгляд с меня на наставника, а Альден едва заметно выпрямился. Но никто из них не засмеялся, и это уже можно было записать в маленькие победы. Несколько дней назад одно упоминание командования из моих уст вызвало бы у половины зала снисходительные улыбки: как же, слабенький наследник решил, что нашёл должность, на которой проявит себя.

Ренн отвечать не торопился. Наставник пожевал губами, чуть поморщился (и стал походить на мопса еще больше) и только потом сказал:

— Арка не обязана предлагать класс, который нравится вам. К тому же вы перечислили разные пути. Аналитик работает со сведениями, Командир получает власть через положение, Тактик связывает решения, людей и ресурсы. Желание занять безопасное место над полем и раздавать оттуда указания не приблизит вас ни к одному из них.

— Я не утверждаю, что заслужил какой-либо класс. У меня есть иная идея: передайте мне учебных големов.

Бровь Ренна поднялась на толщину ногтя. Для него это движение, вероятно, заменяло ошеломлённый возглас и размахивание руками.

— Я не понял, чего вы добиваетесь. Объясните своё предложение подробнее, будьте добры.

— После занятия дайте мне стандартный отряд тренировочных големов и задачу, в которой обстановка будет меняться по ходу действий. Я стану управлять ими с наблюдательной площадки. Големы питаются от личных накопителей, мои каналы и тело не получат нежелательной нагрузки. А вы сможете оценить решения, скорость реакции и качество моих приказов, не меняя утверждённого занятия.

Я намеренно предложил провести проверку после общей практики. Потребовать остановить группы, переделать расписание и немедленно освободить для меня двор означало бы положить фамилию Даллосов на стол. Это как орать «да вы знаете, кто мой отец⁈».

— Голем исполняет приказ без страха, не спорит и не имеет собственного мнения. Успешное управление конструктами не докажет, что вы способны командовать людьми, господин Даллос.

— Но покажет, смогу ли я ориентироваться в меняющейся обстановке. Если не справлюсь с големами, просить настоящую группу действительно рано. Но если справлюсь… — я развел руками, давая ему самому додумать.

Тевен вытянул тонкую шею, глядя на меня. Делла всё ещё держала дверь.

Скорее всего, наставник ожидал провала. Перед ним стоял слабый ученик без заметных талантов, который осознал физическую беспомощность и решил объявить себя командиром. Ренн мог согласиться ради короткого и полезного урока: дать мне пять покорных болванов, дождаться неизбежной ошибки и избавить себя от новых просьб до выпуска. Один раз опозорюсь перед группой, пойму своё место и перестану тревожить занятого наставника пустяками — со стороны выглядело именно так.

— Основное упражнение я ради вас отменять или сокращать не стану. Вы наблюдаете его с верхней площадки, не вмешиваетесь и не передаёте участникам советов. Но после завершения я подготовлю вам отдельную задачу, так уж и быть.

Наставник перевёл взгляд на учеников у двери и возле стола.

— Раз предложение сделано при свидетелях, испытание тоже будет открытым. Группа сможет остаться после занятия и посмотреть. Тогда ни у кого не возникнет мысли, будто результат наследника Даллосов оценивали по особым правилам.

Ренн кивнул нам и вышел из аудитории. В коридоре сухо стукнули его каблуки, дверь медленно вернулась на место, и лишь тогда я позволил себе выдохнуть. Половина дела была сделана: я добился возможности публично доказать, что годен хотя бы на управление деревянными болванами. Теперь нужно не опозориться.

К тренировочному двору группа вышла через восточную галерею. Каменные арки пропускали косые полосы дневного света, на плитах лежали вытянутые тени решёток, а из распахнутых проёмов тянуло песком, нагретым деревом и маслом, которым смазывали големьи суставы. Я поднялся на наблюдательную площадку вместе с Ренном и двумя младшими наставниками. Остальные лицеисты спустились по боковой лестнице, дробно застучали подошвами по ступеням и разошлись по полю.

Сверху двор выглядел особенно внушительно. По земным меркам сюда уместились бы два футбольных поля, ещё и осталось бы место для зрительских трибун, однако ровной площадкой лицей не ограничился. Каменные перегородки высотой по грудь взрослому мужчине стояли на утопленных в землю полозьях и образовывали три извилистых прохода, ровно такие, как мы видели на карте. Деревянные настилы обозначали подъёмы и осыпи, окрашенные в синий желоба считались ручьями, а широкие линии с вбитыми по краям белыми колышками — обрывами.

У южной стены ждали шесть учебных големов. Каждый возвышался на два человеческих роста и весил несколько сотен килограммов. Склеенные из тёмных досок корпуса стягивали металлические дуги, на плечах и коленях блестели заклёпки, суставы прикрывали многослойные кожаные накладки. Щиты, которые держали два голема, походили на снятые со столбов воротные створки. Длинные дубины и шесты были обмотаны серым войлоком, уже потемневшим от пыли и пота. Защитный контур ограничивал силу ударов, но полагаться на него не стоило: войлочная головка дубинки не раздробит череп, зато без труда собьёт человека с ног, вышибет воздух из груди или оставит синяк размером с тарелку.