Расставание по согласию. Книга 1, стр. 3
«Точно сон, – убеждала я себя. – Просто дурной сон». Как мог оборотень вроде Се Чжо завладеть Секирой Паньгу? И с чего бы ему желать моей смерти? Муж и жена один день – сто дней благодати, а мы прожили вместе пятьсот! Развелись, и что с того? Это же не повод для убийства…
Мысли в моей голове еще путались, когда я повернула голову и увидела сидящую рядом фигуру в черном. Се Чжо. Мой бывший муж.
От него веяло стужей, в глазах застыла смертельная угроза, а в руках он небрежно вертел древнюю секиру, точь-в-точь как душегуб из страшных легенд, что рассказывают за пределами Куньлуня.
Я ахнула от ужаса, подскочила и отползла где-то на чжан, прежде чем замереть, настороженно уставившись на Се Чжо.
Он оглядел меня без всякого выражения и, слегка склонив голову, тихо пробормотал:
– А я уж думал, ты так и умрешь.
Что это значит? Он беспокоился, что я слишком долго была без сознания, или сожалел, что не умерла окончательно? Спросить я не осмелилась. После развода нрав Се Чжо стал для меня загадкой. Раньше, пусть он и был холоден, немногословен и требователен, я все же могла уловить его настроение: рад он, огорчен или недоволен, собирается вспылить или просто дуется – я легко это чувствовала.
А теперь… Казалось, он наглухо заколотил и без того узкую дверь, связывавшую его с внешним миром, да еще и повесил на нее тысячу замков. Я не могла разгадать ни его мыслей, ни его чувств. Словно… словно мы только что познакомились.
Он больше ничего не сказал, лишь отряхнул одежду и встал. Обуреваемая сомнениями, я тоже поднялась, но в тот же миг в голове помутилось, руки и ноги ослабли, будто из них вынули все кости. Я не удержала равновесие и снова села. Се Чжо взглянул на меня, но не стал вмешиваться. Раньше, стоило ему увидеть меня на земле – неважно, упала ли я во время тренировки или просто отдыхала, – он подходил, молча протягивал руку и ждал, пока я послушно вложу свою ладонь в его. Подняв меня, он ворчал: «На земле холодно».
Что ж, теперь мы бывшие супруги, так что обижаться и жаловаться не на что. Я скривила губы и осталась сидеть.
– Куда ты меня притащил? – оглядевшись, спросила я. Место казалось одновременно знакомым и чужим.
– На вершину Куньлуня, – ответил он.
Я удивилась еще больше. Мы ведь и так были на вершине Куньлуня. Но где же тот черный разлом? А установленный им магический барьер? Где бессмертные, которые собирались растерзать его за то, что он посмел тронуть Секиру Паньгу?
Я с недоумением посмотрела на Се Чжо. Он встретил мой взгляд, помолчал и наконец объяснил:
– Пятьсот лет назад.
«Пятьсот лет назад»? Это название какого-то места на Куньлуне? Я задумалась, и вдруг осознание пронзило меня ледяной стрелой.
– Пятьсот лет назад?!
Я ошеломленно уставилась на него, затем мой взгляд медленно, цунь за цунем, сполз вниз и остановился на зажатой в его руке и с виду почти бесполезной секире. Наконец я разглядела узор на лезвии. Тот самый узор, который все небожители Куньлуня с детства запоминали и рисовали в школе – орнамент божественной Секиры Паньгу.
– Ты… ты что, Секирой Паньгу расколол не небо, а…
На его губах наконец-то появилась слабая усмешка: презрительная, полная иронии и пренебрежения.
– Верно. Время.
Я замолчала, охваченная паникой. Кажется, все эти пятьсот лет я прожила в браке неизвестно с кем, раз совершенно ничего не знала о силе собственного бывшего мужа. «Се Чжо… Что же он за оборотень такой?!»
– Ты… Как ты смог удержать Секиру Паньгу? – начала я, но мой голос становился все тише. – Как ты, будучи оборотнем, смог использовать божественный артефакт, расколоть время… да еще и меня с собой прихватить?..
Каждое из этих деяний было в тысячи раз сложнее предыдущего… А Се Чжо проделал все это играючи. Я впала в ступор от потрясения. Тем временем Се Чжо с невозмутимым видом провернул в руке Секиру Паньгу: та мгновенно обратилась в луч света и исчезла в его рукаве. Вы только поглядите, как для него это просто!
Вот только ответить он решил на самый незначительный из моих вопросов:
– Я не собирался брать тебя с собой.
– Что ты вообще задумал…
Се Чжо подошел к самому краю горного пика. Под его ногами расстилалось море облаков и бездонная пропасть.
– Фу Цзюся, – позвал он спокойным тоном, но в голосе прозвучала невиданная прежде твердость, – свою брачную нить ты перерезала. А мою… – он слегка повернул голову, – я разорву сам.
С этими словами он шагнул вперед и сорвался с вершины Куньлуня.
– Се Чжо!
Опираясь на ослабевшие руки, я чуть ли не ползком добралась до края. Неужели он решил вернуться на пятьсот лет в прошлое, чтобы спрыгнуть со скалы?! Но едва я приблизилась к обрыву, как налетел дикий ветер. Ци Се Чжо пронеслась сквозь облака под вершиной, и его фигура прочертила в них ясный след, похожий на Млечный Путь – прекрасный и далекий.
Должно быть, я совсем с ума сошла. Оборотень, способный Секирой Паньгу расколоть время и вернуться на пятьсот лет в прошлое, и вдруг разобьется, спрыгнув с горы?
В этот миг, глядя на удаляющийся силуэт Се Чжо, я вспомнила его последние слова и наконец поняла, какую цель он преследует.
Он пришел изменить историю. Хотел помешать нам – тогдашней мне и тогдашнему ему – встретиться и полюбить друг друга. Хотел вырвать нашу брачную связь с корнем. Чтобы мы не развелись в будущем, он решил вернуться в прошлое и не дать нам пожениться…
– Ну что за оборотень… – невольно вырвалось у меня. – У него и впрямь весьма… оригинальный подход к решению проблем.
Вот уж действительно, мастерство и отвага, единство мысли и дела!
Но… что-то здесь было не так. Я потерла подбородок, размышляя.
– Постой! – опомнилась я. – А Секиру Паньгу вернуть?!
Се Чжо принес Секиру из будущего в прошлое. Это означало, что в будущем, пятьсот лет спустя, вершина Куньлуня осталась без нее. Без защиты Секиры магический барьер горы долго не продержится, и нечисть извне хлынет в этот персиковый источник [12]. Бесчисленным юным небожителям вроде Мэнмэн, что выращивают на Куньлуне цветы и травы, будет крайне сложно выжить.
Если Се Чжо хочет разорвать нашу связь – пусть разрывает, это наше личное дело, и он вправе поступать как пожелает. Но, что бы ни творилось между нами, наши разборки не должны влиять на жизни других. Эту черту я пересекать не стану.
– Се Чжо! – крикнула я в безбрежное море облаков, но, разумеется, его было уже не вернуть.
Видя, что его фигура вот-вот исчезнет в бескрайних просторах, я в отчаянии, не обращая внимания на слабость в руках и ногах, воспользовалась техникой управления ветром и бросилась в погоню. Но стоило мне, подобно ему, шагнуть с обрыва, как мое тело камнем рухнуло вниз, пронзая облака одно за другим.
Да чтоб его! Почему тело Се Чжо, также истерзанное разломом времени, сразу приспособилось, а я стала слабой, как калека?!
Провалившись сквозь последний слой облаков, я увидела под собой заснеженные склоны Куньлуня. Гора была усеяна изломанными скалами, кое-где отточенными ветром и снегом до остроты лезвий. Упасть на них с размаху – даже тело высшей бессмертной такого не выдержит. Ни одной целой косточки не останется.
Сохраняя самообладание, я прокусила палец, надеясь силой крови сотворить заклинание, но падала я слишком быстро, и времени на это уже не оставалось. Сияние снега внизу было уже совсем близко. Казалось, столкновение с ним неизбежно.
Вдруг налетевший ветер окутал меня подобно шелковой ленте, пару раз развернул в воздухе и мягко опустил на снег. Переведя дух, я подняла голову.
В небе парил Се Чжо в своем черном одеянии. Море облаков над ним заслоняло лунный свет, отчего его лицо казалось зловещим. Казалось, спасение меня было для него крайне неприятным делом.
Но он все-таки спас.
О других нужно судить не по словам, а по делам. Совсем недавно он грозился меня убить! Ох, мужчины, вечно на уме одно, а на языке другое. Как-никак пятьсот лет вместе прожили! Разве можно так просто убить и бросить? Чувства ушли, но долг остался.