Осколки грёз, стр. 61
К тому времени, как я подошла к своему месту, вновь прозвенела сирена. В этот раз парни играли намного оживленнее. Видимо, такие обстоятельства открыли в них второе дыхание. Чего нельзя было сказать о снисходительном судействе.
Один игрок из команды соперников специально врезался в защищающегося под № 9, отчего «Шрамы» получили неоправданное решение в два штрафных очка возле своего кольца. Скорее всего, именно по этой причине их тренер взял тайм-аут. Глазами искала на поле Стэнли. Картинка вокруг рябила от большого количества людей и прожекторов. Как только его фигура стала отчетливее, заметила, как он начал разжигать драку с другим парнем, как я поняла, сыном тренера. Похоже, что это не сулило ничего хорошего.
«Как же он мог не заметить, что ведет мяч двумя руками? Команда “Шрамов” вновь теряет мяч из-за своей глупости», – проговорил комментатор.
Внезапно на поле началась настоящая стычка. От неожиданности я подпрыгнула с сиденья и закрыла рот руками. Стэнли бросился на одного из соперников, хорошенько прописав ему в лицо, а затем стремительным бегом направился к судейскому столу.
– Уроды! Разуйте глаза!
«Что же ты творишь?..» – отчаянно прозвучал голос в моей голове.
Парни ринулись вслед за ним. Все это выступление казалось мне запланированным. Получается, Стэнли сам затеял эту игру?
– Отпустите меня! Пусть все узнают об этом!
Возмущения публики и парней на поле звучали фоном, когда я заметила, как Стэн схватился за сердце и стал задыхаться. Спортивный врач сразу подбежал к нему, чтобы помочь покинуть площадку.
«Какие страсти, друзья. Давненько не видел подобных зрелищ на соревнованиях. Игрок под № 4 получает технический фол и удаляется с игры. Кажется, что эти победные минуты для “Шрамов” были последними на сегодня», – ехидно пропел мужской голос в микрофон.
– Не думала, что прилечу за несколько тысяч миль ради того, чтобы разочароваться, – недовольно отмахнулась Хизер.
Сложно было не заметить мой взбешенный взгляд. Подруга тут же умолкла и продолжила есть попкорн. Мия же смотрела на меня жалостливыми глазами, в то время как Райан уже был готов бежать на подмогу, но я, не задумываясь, остановила его.
– Да пошло оно все! – не выдержав, рявкнула я и направилась на поиски медицинского кабинета. Толпы болельщиков преграждали всю видимость не только на самой площадке, но и в коридоре. Пара человек даже чуть не задавили меня собой. Ненавижу людные места.
Долго бродить по огромному зданию не пришлось. Крики Стэнли были слышны на весь третий этаж.
– Да как вы не поймете! Мне срочно нужно обратно, меня ждет команда! – не унимался он.
– Вы все еще неважно себя чувствуете. Пару секунд назад у вас случился обморок. Не хочу, чтобы ответственность за вашу жизнь лежала на моих плечах, – послышался спокойный мужской шепот.
– Мне плевать, я ухожу. Во мне нуждаются парни, разве вы хотите, чтобы я подвел их?
– Стэнли, прекрати! – Я попыталась прикрикнуть на парня, отчего он даже вздрогнул на месте. – Тебя отстранили за попытку сорвать матч и потасовку с игроком другой команды. Мне жаль.
Взгляд Стэнли говорил сам за себя. Все мечты, цели, планы, которые он строил так долго, разрушились в один миг. Безнадежность кружила вокруг него, как нимб, который боялся выпустить Стэнли из своих оков и дать хотя бы на пару минут глоток свободы.
Ближайшая стена потерпела удар волной. Одна из перчаток, что еле болталась на его руке, медленно слетела на пол, оголив темно-красные вмятины и пятна на кистях. Воздух словно перекрыли в легких.
«Неужели все настолько плохо?» – прозвенело в моей голове.
Стэнли заметил мой обеспокоенный взгляд и, молча подняв с пола перчатку, направился обратно в игровой зал.
Злость кипела в жилах и подначивала меня догнать его и потребовать объяснений.
– Ничего не хочешь сказать мне?
В ответ он промолчал. Я повторила вопрос снова, но ничего не изменилось.
– Да что с тобой вообще происходит?
Резкий поворот заставил мои ноги подкоситься. Казалось, что в опустошенном коридоре я слышала его прерывистое дыхание и стук сердца. Стэнли снова ударил первое, что попало под руку. Жалостливый крик оглушил меня на некоторое время.
– Что ты хочешь от меня?
– Стэнли, я пришла просто поговорить. Тебе сейчас нужна…
– Никто мне не нужен, слышишь! Просто оставь меня в покое.
– Я хочу помочь тебе.
– Ты? – Парень усмехнулся. – Чем ты поможешь мне, кроме того, чтобы сказать обычное «все будет хорошо»?
– Я здесь с тобой. Во многом потому, что ты нуждаешься во мне. Но в последнее время ты очень изменился. Разве лечение не идет на пользу?
– Пф, лечение. Ты правда думаешь, что я бы стал этим заниматься?
Его слова эхом отразились в моей голове. Почему я сразу не могла додуматься до этого? Миллион вопросов мелькали картинкой перед моим лицом. Больше всего мне нужны были ответы, которые тщательно скрывались не только от меня.
– Но это могло бы тебе помочь, – единственное, что удалось мне выдавить из себя.
– Я сам не хочу этого, – ядовито отрезал он.
Ком в горле разросся до огромного шара. Слезы одна за другой скатывались по моим щекам. Парень, что пару минут назад мог разрушить все на своем пути, стоял сейчас передо мной с унылым и усталым лицом, по которому потихоньку скатывались соленые капли. Он был сломлен настолько, что боялся проявлять хоть какие-то чувства, кроме злости и ненависти к другим. Стэнли был истоком и продолжателем той мертвой точки в своей жизни, от которой стоило бежать.
Мы стояли друг напротив друга на расстоянии протянутой руки. Казалось, что наши чувства утонули в трудностях, возникших у нас на пути, погрязли в них. Но разве эти самые трудности не нужны для того, чтобы прийти к душевному равновесию?
На мгновение мое тело подалось навстречу Стэнли. Парень обессиленно упал в мои объятия и вжался в мое предплечье. Небольшие мокрые пятна отпечатывались на кофте голубого цвета. Мышцы его рук подрагивали от холода, проникающего через входную дверь. Я укутала его, чтобы согреть.
– Прости меня, Эмили.
– Тише, я рядом.
Внутри все дрожало, будто маленький ураган поглощал весь свет, что болезненно пытался вырваться наружу. Глаза защипало от смешавшейся с водой черной туши. Стэнли расплакался на моем плече, как ребенок, ищущий тепла. Время от времени он тихо всхлипывал. Стэнли пытался ухватиться за каждый глоток воздуха, что рвано слетал с его губ.
Мы простояли так около пяти минут, прислонившись лбами друг к другу. Мои шероховатые от мороза руки коснулись его щек, нежно поглаживая их. Ладонь Стэнли накрыла мою.
– Мне жаль, что все так происходит.
– Мы со всем справимся, – вырвалось у меня прежде, чем он успел договорить.
Постепенно все сидящие в зале выходили в буфет, который был расположен на втором этаже. Команды одна за другой следовали по своим раздевалкам.
Парень скрытно кивнул в сторону сокомандников, и мы молча разошлись, слегка отстранившись, каждый в свою сторону. Краем глаза заметила поникшие лица «Шрамов». Они не выглядели грозными или жестокими, а выражали изнеможенность и апатию.
Последний период был решающим. Однако все в зале понимали, что исход событий сулил только одно. Трехочковые броски в кольцо противника не вызывали былой радости и восторженности со стороны команды школы Леффела. Игрокам оставалось плыть по течению, которое лишь изматывало. Мистер Нельсон всю игру смотрел только в одну точку – на табло с цифрами, где счет стремительно рос рядом с табличкой «Отчаянных парней» и всего-навсего пару раз поменялся у «Шрамов». Минуты на циферблате длились медленнее, чем обычно. Поражение подкрадывалось неспешно, но слишком отчетливо.
Выбросы мяча к концу игры все чаще стали проходить в зоне наших парней. Малейшие движения в защите сопровождались фолами.
– Почему вы не сражаетесь?!
Весь четвертый тайм Стэнли просидел на скамейке запасных. Его заменили одним из игроков, который, судя по всему, был не так хорошо подготовлен. Неоднократно Стэн кричал на парней, пытался не подрывать их бойцовский дух. Но никто не реагировал на него. От безысходности он рвал волосы на голове. В нем до последнего жила надежда на победу, пока остальные в это время уже смирились с поражением.