Разбитое сердце Алеиды (СИ), стр. 58

Днём они шли, не делая привалов, а к вечеру останавливались, разжигали костёр и присаживались возле него греться. Ночи были холодными, несмотря на обилие вулканов в Амодиффе и жаркого дневного воздуха. К ночи воздух всегда становился холодным. Такой уж был тут климат.

А ещё ужасно хотелось есть. Все просто изнывали от голода и жажды. Но если жажду с помощью Эви, сил которой хватало наколдовать пресную воду (правда немного), они время от времени могли утолить, то голод не получалось никак.

Сегодня вечером, когда сделали привал, Бьянко сложил лапки перед Эви в мольбе и проговорил:

— Ну хоть что-нибудь. Хоть кружечку горячего шоколада.

Эви пыталась, но сил наколдовать что-нибудь съестного не хватало.

— А на поляне ты вызвала магию, — проворчал Асант, обходя поляну в поисках хоть парочки каких-нибудь грызунов. Ох, Мариса готова была съесть тушку гризы, лишь бы хоть как-то заглушить позывы желудка.

— Да, но тогда был критический момент. Всем грозила гибель, это меня подстегнуло, — в отчаянии вскричала Эви.

— Нам и сейчас всем грозит гибель от голода, — снова вставил реплику недовольный мистер Алгаут.

Эви с обидой посмотрела на него. В итоге все вновь легли спать с пустыми животами.

Асант стал невыносим. Он почти не разговаривал с Марисой, только изредка вставлял едкие, обидные фразы. Мариса злилась на него, но в ссору не лезла. Асанту было не по душе спасать Туина Шохога, а Мариса настояла. Вот он и бесится. Неужели по-прежнему ревнует? Разве он имеет на это право? Или он так ненавидит Шохога, так сильно не доверяет ему, что готов оставить тёмным эльфам на растерзание в огненном замке, даже когда они заберут осколок? Между тем, Туин не задумываясь закрыл Марису от острого копья дарка. Это что-то да значит. Девушку только одно смущало: зачем Туин осматривал её спину? Она никому об этом не сказала. Но Асант измучил Марису своей хмуростью и недовольсвом. Сколько можно? У них общая цель. Они все в опасности, ведь гарпии или эти мелкие, но злобные человечки дарки могли снова напасть. А он ворчит, уходит всегда вперёд и никого не ждёт. Даже Бьянко удивлялся поведению друга и был им недоволен. Пару раз они даже поцапались. Но так, ничего серьёзного. Мариса чувствовала, что долго такое поведение Асанта не выдержит. Она может взорваться в любую минуту и высказать ему всё, что думает.

Сейчас Асант не заметил как Мариса проснулась. Она поднялась на ноги, но он так и не поднял головы. Делает вид, что ему плевать.

Девушка покинула их пристанище, чтобы пойти размять ноги. Она посильнее укуталась в плащ. Когда отошла от костра изо рта пошёл пар. Вот как холодно было! Они словно вновь попали в Эллуру. Но только ночами. Днём была нестерпимая жара и все скидывали верхнюю одежду.

Мариса прошлась по поляне и зашла за деревья. Побродила между широкими стволами незнакомых исполинов, затем прошлась дальше вглубь леса. Холодный воздух заставил поёжиться. Мариса прислонилась к стволу дерева и прикрыла глаза.

Возникла мысль, что она шла по дороге перемен. И больших. Но что-то внутри подсказывало ей: эта дорога станет ещё длиннее и принесёт не мало сюрпризов. Как хороших, так и плохих.

— Что ты тут делаешь? Ушла далеко от костра. Это небезопасно и очень глупо, — услышала она позади недовольный голос Асанта.

Раз уж они остались наедине, Мариса наконец решилась высказать Асанту и своё недовольство.

— Знаешь, мистер хмурис, — начала она, развернувшись, но вдруг краем глаза заметила среди густого, ночного леса вдали проблески. Яркие оранжевые всполохи зажглись прямо перед их глазами и Мариса забыла всё, что хотела сказать Асанту. — Смотри.

Она указала в сторону виднеющихся огней. Асант, стоявший боком к тому месту, повернулся. Брови сошлись на переносице.

— Пойдём-ка, — он схватил Марису за руку и вместе они помчались к самой кромке леса. Очутившись на краю, оба замерли. Их путешествие подошло к концу. Перед молодыми людьми предстала чёрная равнина. Её пересекала раскалённая лава, что текла из вулкана, на котором возвышался огромный каменный замок. Эти ручейки походили на вены, наполненными кровью. Как пройти по равнине, если повсюду трещины, по которым текут реки лавы?

— Вот оно, — прошептала Мариса и мурашки прошлись по её руке. Асант это заметил и сжал ладошку девушки сильнее. — Это он, так? Замок тёмных?

— Думаю, да. Вряд ли тут есть другие такие, — вполне серьёзно, без тени сарказма ответил мужчина. — Нужно сказать остальным. Чтобы пробраться в замок нам необходимо, как ты видишь, преодолеть эту равнину. Она вся в трещинах, и там жарко как в аду. Не сомневаюсь в этом.

Сомневаться и не приходилось. Если ты идёшь рядом с огнём, то холодно тебе явно не будет.

— Достань часы, — попросил Асант.

Мариса сунула руку в карман и вынула часы на цепочке. Открыла их. Ослепительно яркий свет заставил зажмуриться на мгновение. Его луч указал прямо на вулкан.

— Да, нам предстоит нелегкий путь, — тихо произнес Асант и они с Марисой взглянули друг на друга.

Как они будут преодолевать этот путь, никто из них не имел ни малейшего понятия.И вдруг раздался радостный крик:

– Тут есть ручей!

Глава 50 Вынужденное расставание

Вокруг них пылал огонь. От лавы шёл дым, поднимаясь вверх и рассеиваясь где-то под небосводом. Воздух обжигал кожу. И это они всего-то спустились с горы на равнину. Мариса скинула плащ, когда его кончик загорелся, попав в огненный поток реки. Ручей, что нашла Эви, позволил путникам напиться свежей пресной воды и поймать рыбу. Её пожарили, рискуя спалить всё вокруг: в воздухе витал почти невыносимый жар от равнины. Но теперь друзья не изнывали от голода. От этого было чуть легче.

— Не снимайте одежду до голой кожи, иначе обгорите, — предупредил Асант, когда увидел как Бард расстёгивает пуговицы на рубашке. — А ты спрячь свои крылышки, Эви. Насколько я знаю, они не восстанавливаются, если сгорят полностью.

Эви тут же убрала серебристо-зелёные крылышки от греха подальше.

— Нам не пройти тут, — застонала Мариса. Свет часов как и раньше указывал на огненный замок. Мариса спрятала руку в карман брюк, когда воздух обжёг её пальцы. Чего доброго ещё часы расплавятся. Лучше убрать их подальше. А дорогу они итак знают. Вот только как преодолеть эту бушующую огненную реку, она не понимала. Издалека всё выглядело удручающе, конечно, но когда они приблизились, то стало понятно: им не перейти равнину по земле. "Думай, думай", - говорила она себе.

— Ай, фрррр, — зарычал Бьянко и все обернулись. — Эта лава меня убьёт.

Асант покачал головой. Нахмурился.

— Твоя шерсть не выдержит таких температур. Ты ведь не мотэл, и тебе лучше остаться здесь. Подождёшь нас в лесу, — решительно сказал он. Бьянко и хотел возразить, но не смог. Умирать не входило в его планы.

— Так как мы туда попадём? - Эви глядела на огромный вулкан с шипящей лавой. Дым становился гуще, а хлюпающие звуки вызывали дрожь. — Если по земле никак?

"Думай, думай, Мариса", - заставляла Мариса работать мозг. И вдруг...

— Мы попадём туда не по земле! — торжественно объявила Мариса и друзья с интересом уставились на неё. — Мы перелетим по воздуху!

— Что?

— Как?

— У тебя крылья появились?

Мариса улыбнулась. План её был прост.

— Помните, что Шохог сказал о гарпиях?

Эви поморщилась. Она не придала тогда значения тому, что Шохог им поведал об этих существах, а Мариса запомнила.

— Он сказал, что это жадные и мерзкие существа, — поведал Бард, вспоминая. — Любители разрывать плоть когтями, передвигаются на уродливых ногах и с помощью крыльев!

— Точно! А ещё они обожают запах крови. Летят на него как бабочки на огонь. Ну или любят его как Бьянко горячий шоколад, — довершила Мариса, улыбаясь.

— Постой, ты хочешь приманить гарпий кровью, чтобы они подхватили нас и унесли в замок? — Асант уставился на Марису как на сумасшедшую. — И это мне говорит девушка из мира, которому чуждо даже существование таких тварей, уж тем более план, как их приманить!