Разбитое сердце Алеиды (СИ), стр. 49

Мариса долго ворочалась в кровати в тщетных попытках забыться сном. В голове вихрями крутились мысли об Асанте, Алеиде, амулете, Шелруде, и даже о Бьянко, который в её голове носился между столов у Радужного водопада, потом прыгнул в воду, а когда вынырнул, то вдруг лицо его стало человеческим. Мариса в десятый уже раз перевернулась на другой бок и открыла глаза. «Это невыносимо, я не могу спать», — подумала она, смотря как сладко рядом спит девушка фея, а на губах её улыбка. Должно быть снился Бард, поющий ей о любви в райских уголках Долины Лунного Света.

Мариса шумно выдохнула, нисколько не сомневаясь, что даже если захочет, то Эви она сейчас точно не разбудит. Она поднялась с кровати и накинула на себя плащ, надела сапоги. Её мысли стали тише, но всё ещё жужжали как пчёлы.

Девушка вышла из спальни и направилась вниз. Ей захотелось вновь увидеть Радужный водопад. Какой он в ночи? Или сфера над головой не даст этого увидеть? Уж больно красив этот водопад! Вода переливается всеми цветами радуги. Недаром его называют Радужным.

У дверей дворца стояла стража, но они без труда пропустили Марису, когда та объяснила своё появление. Она попросила разрешения посетить водопад. Ей дали добро и девушка направилась в сторону водопада. Уже издалека она услышала течение водного потока. Он приятно ласкал слух и успокаивал нервы.

Мариса подошла очень близко. Радужный водопад сиял, но сфера над головой уже светила не так ярко. Её свет стал приглушённым. Так в детстве было у неё в комнате, когда мама укладывала дочку спать и включала ночник. Мариса улыбнулась и присела на небольшой камень, торчавший из воды. Она вдруг поняла как скучает по маме и папе, по Сильви, по дому и саду, по новогодней атмосфере и украшениям. И вместе с тем, ей нравилось в этом мире.

— Двоякое чувство, правда? — услышала она за спиной мелодичный голос Оруэллы. Обернулась. — Восхищает и пугает одновременно. Этот бурный радужный поток воды. Сильный, стремительный, но такой прекрасный.

— Госпожа Оруэлла, — Мариса хотела вскочить и поклониться предводительнице Светлых, но та показала рукой, что не стоит. Оруэлла села рядышком с Марисой. Поиграла длинными пальцами по воде.

— Быть далеко от дома, совершенно в другом мире, это ведь, наверное, очень тяжело и пугает? — она улыбнулась, не глядя на Марису. Девушка убрала прядку каштановых волос, что выбилась из косы, немного подумала.

— В чём-то вы правы. Я пришла из мира, где магии и волшебству места нет. По крайней мере в известном вам смысле. На самом деле я начинаю привыкать у чудесам. Меня влечёт ко всему необычному в вашем мире.

— Например, к этому водопаду? — Оруэлла взглянула на Марису с ноткой лукавства во взгляде. — Или к обаятельному Асанту Алгауту, который, как я поняла, волей случая встретился на твоём пути?

Мариса покраснела. Она и не знала, что её чувства к молодому человеку так заметны со стороны. Но ведь и Эви догадалась.

Она рассказала Оруэлле о встрече с колдуньей, о поезде, об Асанте и Бьянко и обо всех приключениях, что случились с ними в Долине Лунного Света и Эллуре. Возможно и не стоило, но Мариса чувствовала: Оруэлла неплохая женщина, не коварная, и она не желает Марисе зла. Вот только о том, что Алеида ФэйрЛэндгрот (как же сложно это выговорить) — суженая Асанта, Мариса умолчала.

— Да, уж… Многое вы пережили, и ещё многое предстоит. Но как говорят в вашем Обычном мире, всё, что ни делается, к лучшему, правда?

Оруэлла похлопала Марису по плечу. Как много знала эта женщина!

— Вы знаете разные языки, так? — полюбопытствовала она с интересом. — Но как это? Откуда вы знаете так много?

— Я люблю получать знания, поэтому у меня в арсенале много языков. В том числе и ваши из Обычного мира. Очень много. Я знаю ваши устойчивые выражения, особенности языков и даже, порой, понимаю, юмор. Хотя с нашим он не особенно расхож.

— Вы знаете много языков из Обычного мира?

— Да, — улыбнулась Оруэлла и произнесла несколько фраз на итальянском, немецком и португальском.

— Вау! А английский у вас отличный.

— Ваш английский язык у нас называется охикоа, то есть общий. Так уж случилось, что многие народы магического мира на нём изъясняются.

— Это очень удобно для меня, — Мариса засмеялась, предводительница Светлых вторила ей, глаза блеснули огоньком.

— А теперь я хочу поговорить с тобой серьёзно, Мариса Грант, — Оруэлла перестала улыбаться, лицо её утратило беззаботное выражение. Между бровями пролегла складка на манер Асанта. Мариса напряглась, гадая, о чём желает поговорить Оруэлла. Было немного не по себе от её столь внезапной смены настроения.

— Я слушаю вас, — тихо, но твёрдо ответила девушка из Обычного мира.

— Ты рассказала мне про Эви, про фею, что путешествует с тобой и о том, что с ней случилось. А я хочу рассказать тебе о ней то, что ты не знаешь, то, что не знает даже она сама. Вернее я не расскажу, я покажу тебе. Ты ведь сблизилась с ней, так? Вы сдружились?

Мариса кивнула. Очень было любопытно послушать, что у Оруэллы есть сказать об Эви. Девочка не знала откуда она родом и кто её родители. Её нашла Омбриэль на берегу реки. Так может быть Оруэлла знает что-то о семье девушки?

— Возьми мою руку, я проведу тебя по омуту жизни, и ты узнаешь тайну рождения Эви, — Оруэлла протянула белую ладонь и Мариса коснулась её. Ладонь предводительницы была прохладной, но гладкой и нежной. Как только Мариса коснулась Оруэллы, вокруг неё всё закружилось. Водопад, камни, на которых они сидели, пещера стали удаляться и Мариса очутилась в совершенно другом месте. Ноги её оказались на твёрдой чёрной земле, а не на ледяном полу пещеры. Оруэлла по-прежнему держала её за руку.

— Не отпускай мою руку, иначе связь разорвется и ты не успеешь увидеть.

Мариса сжала ладонь Оруэллы крепче.

— А теперь смотри…

Мариса огляделась вокруг. Они находились в лесу, вдаль уходила дорога и виднелись очертания города. Она увидела широкую реку и большой красивый замок бежевого цвета с красной крышей, башнями и широкими окнами. От замка поперёк реки лежал мост, а дальше, расположился сам город и городские ворота. Мариса как в реальности видела людей, которые сновали по городской площади и улочкам, вымощенным гранитной брусчаткой. Жители занимались своими ежедневными делами, суетились, работали, заходили в торговые лавки, покупали товары, расходились по домам. В общем жили своей обычной, размеренной жизнью. Город и его окрестности были прекрасны, а Долина за городом ещё прекрасней. Повсюду зеленели пышные кроны деревьев, благоухали цветы, насыщенные краски преобладали здесь. Особенно зелёный цвет. Всё вокруг утопало в зелени.

— Шелруд, — прошептала Мариса, поняв, куда они попали. — Это ведь Зелёная Долина, о которой мне рассказывали Асант и Бьянко?

— Верно, но смотри дальше, вон туда, — Оруэлла указала на лесную дорогу, ведущую к городу. По ней шли двое молодых людей. Мужчина с белыми волосами и белоснежной кожей, и женщина с рыжими волосами, зелёными глазами. Оба очень красивые и счастливые. Это было видно сразу. За спиной женщины серебрились крылышки, а мужчина нёс на руках маленький розовый свёрточек, в котором находился младенец. Маленькая девочка с крылышками совсем как у матери, с едва пробивающимися пушком на голове. Мариса словно вблизи увидела их, совсем рядом, но они её не видели. У девочки были мамины глаза, зелёные, яркие и очень добрые.

— Это родители Эви, и это она на руках у мужчины?

— Да, Ланетт и Вэспер. Мама Эви была феей, а отец… У него наши корни, но он не слишком похож на нас. Родство с нашим народом дальнее. Светлый народ способен читать мысли. У нас сильная магия. Мы способны даже подчинить чужой разум нашей воле. Тот, в чьих жилах течёт хоть капля крови Светлых, обладает огромными магическими способностями.

— Вот откуда у Эви дар чтения мыслей! — Мариса была потрясена.

Вдруг картинка сменилась. Вместо лесной дороги и счастливой пары с ребёнком на руках, она увидела дом, комнату, уютную и маленькую. А у окна стояла колыбелька. Это была спальня маленькой феечки, заботливо приготовленная для неё мамой и папой. Стояла ночь, пели птицы и лёгкий ветерок шумел листвой росшего рядом с окном спальни дерева. Мариса улыбнулась, заглянув в колыбельку. Эви мирно спала в своей кроватке, посасывая большой палец.