Разбитое сердце Алеиды (СИ), стр. 27

— Я не смогу сделать это одна, — с тревогой в голосе прошептала девушка, крепче сжимая руку Асанта. — Мне страшно.

Мужчина покачал головой:

— Ты не будешь одна. Мы сделаем это вместе. Хорошо плаваешь?

- Думаю да, но нужно же задержать воздух.

— Там не очень глубоко. По крайней мере по слухам. Но…

— Очень обнадёживающе, — немного истерично засмеялась Мариса.

— Мяу! — раздалось из-за ближайших деревьев. Появился Бьянко, держа в зубах какого-то грызуна. Тут же выплюнул его. Зверёк быстро ретировался.

— Будете нырять? — спросил он, стараясь не глядеть в воду.

— Будем. Мариса, когда прогрузишься в воду, увидишь то, в чём виновата, но это ты должна преодолеть. Иначе можем не выбраться на поверхность. И, кстати, там обитают русалки. Они хитрые существа. Но не беспокойся, я буду рядом.

— То, в чём я виновата? — переспросила Мариса, не услышав вторую часть предложения. Асант кивнул. Почувствовал дрожь в её руке. — Может ты сам это сделаешь? Без меня?

— Осколок должен взять тот, в чьих руках побежали стрелки часов. Ты справишься. Я верю в это.

Его слова только больше заставили нервничать. Ведь Асант сказал каждый в чём-то виноват. А значит и он испытывает чувство вины. Если он будет занят самобичеванием, так сказать, то сможет ли помочь Марисе? Как бы их обоих не затянуло в сияющий омут озера.

— Бьянко, ты должен быть рядом и если что подхватить Марису.

Кот покосился на воду, но смело кивнул.

— Я не брошу в беде, не беспокойтесь.

— Как это работает? — Мариса не совсем понимала как вдруг она должна увидеть то, в чём виновата.

— Это будут картинки перед глазами, воспоминания, возможно, голоса или что-то ещё. Точно не знаю, я тоже захожу в озеро впервые.

Асант говорил и одновременно снимал одежду. Когда остался в одних только брюках Мариса еле сдержалась, чтобы внимательно с ног до головы не осмотреть красивого мужчину. Ох, не о накаченном, стройном торсе Асанта Алгаута сейчас нужно думать, а о том, как не утонуть в прозрачных, чистых водах озера Вины и достать осколок.

Мариса старалась выглядеть решительно, но чувство неизвестности и вины уже начали её одолевать, хотя она ещё ничего не увидела.

— Вместе, — в свою очередь произнёс Асант, тактично смотря в лицо Марисы, а не на её точёную фигурку в нижней юбке, из-под которой выглядывали стройные щиколотки. Атласное чёрно-огненное платье лежало у её ног, как и туфельки. Мариса выглядела испуганной, хрупкой, словно стекло или фарфоровая кукла. Асанту внезапно захотелось обнять её и успокоить, сказать слова, которые вселят в неё уверенность, помогут поверить, что всё у них получится. Он с трудом поборол порыв.

Мариса нервничала, закусив щёку изнутри.

— Ай, — воскликнула она, когда сильно куснула кожу.

— Знаю, что к этому вряд ли можно быть готовой, но нам пора.

Мариса кивнула. Они взялись за руки и, сделав по глубокому вдоху, прыгнули в воду. В голове Марисы застучала навязчивая мысль пока ноги не коснулись воды. «Асант ведь не увидит то, что увижу я?»

В следующее мгновение оба погрузились в прозрачный омут Вины.

Глава 25 На волосок от смерти

Мариса не знала почему, но она ожидала, что вода будет прохладной. Однако она была как парное молоко, приятно обволакивала тело. Было довольно комфортно и Мариса почувствовала себя легче, уверенней. Она открыла глаза. Их с Асантом руки по-прежнему были сплетены вместе. Мариса умела задерживать дыхание, но не надолго. Ей хотелось верить, что запасов кислорода хватит, чтобы добраться до осколка и доплыть до поверхности. Она посмотрела на Асанта. Он кивнул в направлении осколка. Они вместе поплыли вниз. Было на удивление легко двигаться, словно оба не весили ничего. Беспрепятственно добрались до самого дна. Их руки разжались и Мариса потянулась за осколком. Секунда, и он был зажат в её пальцах. Мариса удивилась с какой легкостью всё получилось. Осталось только выбраться на поверхность и всё! Никакое чувство вины её не терзало. Так просто оказалось достать желанную вещь? Это было до абсурдного смешно. У неё ещё даже не кончился воздух и был запас. И никаких видений!

Асант и Мариса переглянулись, оттолкнулись от дна и поплыли обратно. Мужчина намеревался взять Марису за руку, но она отрицательно покачала головой, мол справится сама. Асант поднял большой палец вверх и поплыл вперёд. Вполне обычный жест для человека из её мира, но не для Асанта, родившегося и выросшего в мире магии. Должно быть Бьянко массу информации порассказал другу. Кот много раз был в Обычном мире. Хотя Мариса так до сих пор и не знала историю его жизни. Ну, он же кот. Хотя совсем необычный. Она мысленно усмехнулась, сильнее сжала осколок в ладони. Стала оглядываться по сторонам, стараясь скорее приблизиться к поверхности. Воздух постепенно заканчивался. Но время под водой словно остановилось и воздух ещё был. В её мире он давно бы закончился.

Её окружала удивительно прозрачная вода. Растения, камни, песок на дне, всё было видно до мельчайших деталей. Только странно, что не видно ни одной рыбы. Озеро волшебное, быть может рыба не водится здесь.

До поверхности оставалось совсем немного. Мариса уже предчувствовала как вынырнет из воды и снова глотнёт воздуха.

Асант обернулся. В этот момент Мариса ощутила как вода кругом стала прохладней. Внезапно. Очень быстро. А за щиколотку схватили чьи-то холодные пальцы. Её потянули ко дну. Мариса вздрогнула, повернула голову назад. Её обуяла паника и воздух стремительно начал убывать. Её тянула вниз русалка! Мариса отбивалась изо всех сил, но хватка рыбы-человека была крепкой, а выражение лица её противницы злобным. Мариса в миг разлюбила сказку о милой русалочке Ариэль. Ничего общего с этой оскалившейся фурией она не имела.

Мариса глянула вперёд. Асант спешил к ней на выручку. И тут боль пронзила голову и сердце одновременно. Перед глазами Марисы поплыло, завертелось водоворотом, она ощутила слабость в конечностях. Ей казалось, что пальцы вот-вот разожмутся и выпустят осколок амулета. Она увидела дорогу, уходящую вдаль. Хотелось кричать от осознания того, что ей вновь придётся пережить. Вот улыбающееся лицо её красивой сестры. «Сильви», — пронеслось в голове. — «Нет, Сильви. Не нужно этого делать». Смех прервался, она увидела слёзы на глазах сестры. «Я не виновата», — хотелось крикнуть, но в глубине души Мариса знала, что вина лежит на ней. Всё закрутилось снова, она чувствовала, что дышать уже нечем.

Она снова была на дороге, слышала крики сестры, боль обжигала её тело, рвала душу на части. Кто-то ударил её в бок и она отлетела дальше, на обочину.

— Сильви! Сильви! — кричала Мариса, но сестра не слышала её. Она была без сознания. Ещё один резкий толчок и Мариса желала навсегда закрыть глаза. Её лёгкие вот-вот заполняться водой, но откуда здесь вода? Она лежит на обочине дороги. Внезапная, острая боль пронзила тело насквозь и Мариса осознала, как она виновата перед сестрой. Родители говорили, что в случившемся нет вины их старшей дочери, но Мариса точно знала: они лишь утешают её. На самом деле все знают как она виновата.

Сил не осталось, как и желания жить. Жить с виной на сердце. Это тяжкий груз. Она больше не может закрывать глаза и делать вид, что всё отлично и её семья счастлива. Ей нужно уйти, но уйдёт она, ясно сознавая и принимая свою вину. Мариса закрыла глаза и хотела вдохнуть, чтобы вода заполнила лёгкие. Но вдруг она смогла вдохнуть кислород, вместе с тем почувствовав на своих губах чужие губы. Это прикосновение не было нежным или страстным, оно было почти грубым, настойчивым, голодным. Этот жёсткий «поцелуй» — жизненная необходимость, её спасение, и дарил его не пылкий возлюбленный, а хмурый и насмешливый мужчина с благородной кровью. Её талию обвила рука, с силой вырывая из лап русалки, и только когда вновь почувствовала свободу, Мариса смогла открыть глаза. Она встретилась со взглядом чёрных глаз Асанта. Их губы разомкнулись. Мариса вновь задержала дыхание.