Измена. Отпуск с мачо (СИ), стр. 30
Когда приезжаем в отель, иду переодеваться к себе. Мы идем ужинать в какое-то супер-пупер место, по словам Тима. Я в предвкушении перебираю платья. Усталости в теле ни грамма.
Ловлю видео от Оли. Запускаю, смотря одним глазом. На экране Егор, выглядит он неважно: под глазами синяки, нос перебинтован, на шее медицинский воротник, глаза, как у побитой собаки. Господи, боже…
– Ириш, – говорит он чужим сломленным голосом, смотря в камеру, – прости меня, пожалуйста. Я понял и осознал, какой сволочью был, – с усилием моргает. – Я поступил с тобой очень плохо, и я раскаиваюсь, любимая моя женщина.
Нервно сглатываю, сажусь на кровать и беру в руку телефон. Делаю звук погромче.
– Всю оставшуюся жизнь я буду корить себя за свой поступок, – продолжает он. – Я изменял тебе с Ликой и Лизой. И клянусь, кроме них, больше никого не было. Знаю, что тебе больно. Знаю, что ты с другим, потому что нуждалась в утешении. Что на меня нашло? Чего мне не хватало? Не знаю, наверное, понял, что уже стар. Мне 43. И всё хорошее уже позади. У моих друзей бурная интимная жизнь, и мне тоже захотелось ярких ощущений. Я глубоко об этом сожалею, родная моя! А девчонки… они поднимали мою самооценку, когда я обнимал их на глазах у всех. Я давал понять окружающим, что в свои годы могу позволить себе 20-летнюю красавицу. Простишь меня? – делает глаза кота-попрошайки. – Я тебя жду, приезжай скорее. С Лизой всё кончено. Ребенка больше нет. За машину тоже прости, куплю тебе новую – подороже, самую лучшую, на какую укажешь пальцем. Помнишь, ты Тойоту хотела, а у нас денег не хватило? Теперь хватит. Я найду, в лепешку расшибусь, но куплю тебе Тойоту. Только, пожалуйста, прости меня и вернись ко мне, любимая.
А чего я реву?
Да потому что вот сейчас испытала пресловутый катарсис!
Не тогда, когда чужой Дэвид останавливал кровь, а сейчас, смотря видео, на некогда любимого человека, который предал.
Нет, я ни за что не вернусь к бабнику. Но мне приятно получить то, о чем я мечтала – раскаяние, мольба, страх в его глазах.
Включаю еще раз и слушаю, ловя кайф.
Егор унижен, раздавлен, болен. Он больше не нужен ни Лизе, ни Лике, ни тем более мне! Старый развратник, которого жизнь чувствительно щелкнула по носу. Приятно посмотреть на него. И я смотрю снова и снова, как одержимая.
Это дело надо отметить винишком!
Кстати, на ужин Тимофей обещал мне ядовитую рыбу – фугу. Надеюсь, я не отравлюсь и еще потанцую на осколках жизни моего бывшего супруга.
Глава 33
Я решила не показывать видео от мужа Тимофею, чтобы он не нервничал лишний раз. Тим предсказал мне, что Егор сменит тактику. Так всё оно и случилось.
– Чего ты такая довольная? – интересуется мой мачо, приглядываясь ко мне.
Мы сидим в чудесном ресторане, в котором царит уютная и спокойная атмосфера. Нет шумных гавайских танцев, не рябит в глазах от ярких костюмов, не закладывает уши от живой музыки. Сдержанно и аутентично. Играет приятная мелодия, и мне хочется танцевать. Вытаскиваю Тимофея на танцпол и прижимаюсь к нему всем телом.
– Ого, чего ты творишь? – обескуражено смотрит мне в глаза.
Он мгновенно твердеет в паху. Обожаю его молниеносную реакцию на меня. Так упоительно и нежно в его сильных руках.
– Я хочу тебя, – шепчу ему на ушко.
– Ирка… – нервничает он, поглаживая мою открытую спину. – Ну-ка быстро говори, что такое? Ты меня бросить собралась?
– Дурачок, зачем мне тебя бросать? – треплю его за ушко. – Я люблю тебя и хочу быть с тобой.
– Муж после аварии просится назад? Говорит, что всё осознал?
Потрясающая интуиция!
Молча киваю в ответ, и он крепче прижимает меня к себе, словно боится, что я сбегу.
– Не отдам тебя, поняла? Не отдам ему.
– Не отдавай ни в коем случае, – шепчу ему в губы. – Я твоя.
– Выйдешь за меня замуж? – сцепляет пальцы с моими в замок.
– Да, – растягиваю красные губы в улыбке, – только разведусь сначала.
– Он будет препятствовать разводу.
– Как-нибудь справлюсь с ним и стану свободной.
– А дети?
– А дети меня поймут и полюбят тебя.
Наши губы встречаются в страстном поцелуе.
– Сбежим? – спрашиваю хитро.
– А как же рыба фуга?
– Как-нибудь в следующий раз, – тяну его к выходу.
Тимофей достает из бумажника купюры и оставляет их на столе. Идём быстрым шагом, словно любовники, сгорающие от желания соединиться телами. Впрочем, так оно и есть – безумно его хочу.
Приходим в безлюдное местечко, и Тим прижимает меня к тощей пальме. Расстегивает ширинку, поднимает мою ногу и прикасается твердой головкой к моей промежности. Отодвигаю край трусиков и позволяю ему войти внутрь. Проскальзывает в меня, и я вцепляюсь коготками в его плечи.
– Аа-ай, сссшшш… – шипит он.
Поднимает мою ногу так высоко, что я в шоке. Я далеко не балерина, но сейчас выделываю такие выкрутасы, что любая танцовщица позавидует.
Спиной ощущаю шершавую кору. Секс под пальмой – это нехилое романтическое приключение. Сюда могут забрести люди, но Тим постоянно начеку – посматривает по сторонам. Мы успеем сделать вид, что просто целовались. Я просто опущу ногу и поправлю платье.
Нога… Она уже у него на плече. Рада за свою растяжку, и любуюсь собой как бы со стороны. Мои трусики промокли, потому что я стекаю вокруг его члена. Влаги и жара чересчур много. Тим раскрыл мое либидо – я готова трахаться с ним дни и ночи напролёт. Всегда мокрая для него. Потому что не могу по-другому. Запал он мне в душу.
С шипением кончает в меня. Не одна я тут перевозбуждена. Поправляю трусы и хихикаю. Он заправляет член в шорты, и очень вовремя – к нам на огонек забредает какая-то парочка. Они испуганно шарахаются от нас в сторону, видимо, пришли за тем же, что и мы – потрахаться возле пальм.
Уже стемнело. Возле мусорного бака, воровато озираясь, снимаю испорченные трусы и выбрасываю их. Оставляем наше укромное место другой развратной парочке и идем гулять по пляжу. Тиму не дает покоя мое безтрусиковое состояние, и он постоянно норовит залезть ко мне юбку. Держу глухую оборону, хотя отбиваться от его настойчивых рук всё труднее и труднее.
Снимаю обувь и бегу по кромке воды босиком, как в первый день приезда. Тим снимает мои бега и дуракаваляния на камеру. Интересно будет потом посмотреть.
Тим покупает гавайское мороженое, которое представляет собой стружку обыкновенного льда с оранжевым сиропом. Эдакий сладкий снежный сугроб. Кормим друг друга с ложечки, пока в горле не начинает першить от холодного угощения.
– Обещай, что ты не вернешься к мужу? – требует Тим, пересаживая меня со скамейки к себе на колени.
– Конечно, обещаю. Он не представляет для меня интереса, как мужчина.
– Хочется в это верить, – утыкается носом в мою шею.
– Я тебе даже больше скажу: он мне противен.
– Это меня радует.
– Хочу только тебя, – кладу ладонь на его пах и нежно сжимаю.
– Ах, Ириска. Щас насажу, доиграешься…
– Все интимности только в номере, – игриво грожу пальчиком.
Столько секса на природе за всю мою жизнь не было, сколько с Тимом на Гавайях. И должна признаться, мне всё понравилось. У меня даже морщины на лице исчезли, удивлялась сегодня утром, когда умывалась. Прям девочка-припевочка. За Олькину сестру старшую примут. Хе-хе! Так что, обломись мой СТАРЫЙ муж, я к тебе не вернусь. Даже близко к себе не подпущу, и не надейся. Выйду замуж за господина Тархуна, но не тебе назло, а себе на радость!
– Ты с кем мысленно разговариваешь? – ревниво интересуется Тим.
– Ой, прекрати.
Вот кто ведьмак – так это Фей. Мысли мои читает постоянно.
– Просто думала о нас с тобой, – изворачиваюсь. Как-то не комильфо признаваться любимому, что в голове разговаривала с бывшим. Это всё катарсис! До сих пор счастлива и парю, словно у меня выросли крылья.