Измена. Отпуск с мачо (СИ), стр. 10
– Не хочу слышать никаких «но». Завтра в 8 утра после завтрака мы едем на вулкан. Я хочу показать тебе одно красивейшее место, – говорит он и убирает руку.
Господи, я хочу увидеть вулкан, но боюсь общества Тима. Точнее боюсь себя, своей реакции на него. Не хватало ещё, чтобы пляжный мачо разбил мне сердце. Оно и так ранено, в нём торчат острые осколки от чудовищного предательства мужа.
А Тим, он такой настойчивый. У него сильные руки: обнял, прижал; и ты вся растекаешься, как подтаявшее мороженое.
– Не принимаешь отказов, да? – усмехаюсь.
– С какой стати тебе отказывать, Ир? Ты одна, я один. Мы можем замечательно провести время. Чего ты боишься?
Влюбиться! Вот чего я боюсь. Но ему ни за что не скажу, типа я такой тёртый калач, и меня ничем не взять.
– Ты слишком торопишься, – говорю я.
– Жизнь коротка.
– Не философствуй.
– Ладно. Ты мне нравишься, я чувствую в тебе родственную душу. Так лучше?
– Опять не то, – морщу носик.
– Вот же вредина, – хватает меня за нос двумя согнутыми пальцами, и я айкаю. – Ирка, я хочу тебя трахнуть, – говорит Тим проникновенно, – так лучше?
Божеее, это звучит непристойно, но под моей кожей оживают муравьи. Они ползут по рукам, пояснице и ногам… Капец!
– Я хочу иметь тебя долго и страстно… – продолжает он.
– Замолчи, пожалуйста!
– Зато правду сказал, – пожимает плечами.
– Это ценю, но, Тим… я не могу. Пойми меня. Я сейчас нахожусь в стадии развода, мой муж меня предал, завел себе молодую любовницу, сделал ей ребенка.
– Понимаю, – берет меня за руку и успокаивающе гладит. – Пойдем в мой номер. Я готов тебя выслушать.
– Нет, я не хочу плакаться тебе в жилетку.
– Хорошо, мы поговорим о чем-нибудь другом.
– Я устала и хочу побыть одна.
– Строптивая ты, Иришка. Ладно, оставлю тебя в покое, но завтра…
– Хорошо, хорошо, – перебиваю, – завтра мы поедем на вулкан. Я согласна.
– Вот и отлично. Тогда спокойной ночи?
– Споко… – и его губы на моих губах мешают мне договорить. Да что он творит?!
Колочу его в грудь, а ему хоть бы хны – присосался ко мне, как пират к бочонку с ромом.
Его рука нагло скользит от моей поясницы к ягодице, и я возмущенно отдираю его руки от своей задницы.
– Вкусная ты, Иришка, – говорит он, выпуская меня из своих объятий.
Он тоже вкусный, но… Тысяча «но»!
– Какой же ты нахал! – покачиваю головой.
– Я знаю, – самодовольно усмехается. – Но ещё нежный, ласковый и умелый.
– Хватит себя рекламировать! – нервно смеюсь.
Я начинаю привыкать к его дерзостям, и не ровен час сдамся. Преданные женщины способны на многое. Можно, например, отомстить мужу вот таким циничным способом – трахнуться с красивым мужиком на отдыхе, чтобы ему было больно.
Я знаю, что Егор будет в бешенстве. Он жутко ревнив, и я давно с этим смирилась – не позволяла левым мужикам даже флиртовать со мной. Сейчас об этом жалею, правда. Перестал ревновать, потом вообще обесценил. Надо было держать его в тонусе. Нет, я сейчас не пытаюсь взять вину измены на себя. Ещё чего! Хотя говорят, что жены тоже виноваты на 50% в таких случаях. В чем моя вина, я пока не знаю.
Несладко придется его любовнице Лизке, ой как несладко. Он же замучает её своей ревностью. Думаю об этом со злорадством. Так и ей надо! Эта сука прекрасно знала, что Егор женат. Тут не прокатит отмазка, что обманули её.
– А как ещё мне тебя заинтересовать? – спрашивает Тим.
– Ты уже сделал достаточно.
– И? Заинтересовал? – вздергивает острую бровь.
– Не до такой степени, чтобы я запрыгнула к тебе в постель с лёту.
– Значит, где-то допустил ошибку, – наигранно расстраивается.
Посылаю ему игривый взгляд и ускользаю, оставив его в замешательстве. Мне нравится просто флирт, он заставляет женщин чувствовать себя интересными и желанными. Тим буквально соскребает мою растоптанную самооценку с пола. Я рада, что он появился в моей жизни, когда мне было так плохо. В одиночестве, я, наверное, тупо бы здесь спилась. А он сдерживает меня от плохих поступков.
Захожу в свой номер и вдыхаю запах экзотических цветов. Принимаю душ и валюсь в постель. Ноги зудят от ходьбы. Отличная прогулка.
Раздается стук в дверь, неужели Тим? Его настойчивость не знает границ.
– Обслуживание номеров, – говорит женский голос по-английски.
Отпираю дверь, и вижу девушку в цветастой рубашке. В руках она держит двухметровые цветы.
– Это что? – спрашиваю, слегка обалдев.
– Это вам, от мистера Тархуна, – передаёт мне цветы.
От мистера Трахуна, мамочки! Какой внимательный мачо.
– Но у меня даже вазы нет, некуда поставить, – говорю растерянно.
– Не проблема, сейчас принесу.
Девушка достает из кармана юбки открытку и передаёт мне. Ну-ка, ну-ка, что же написал мне мистер Трахун? Тьфу, Ира, да прекрати ты его так называть!
А ничего не написал, в открытке картинка. Горячая картинка занимающейся сексом пары на природе, подозрительно похожей на Гавайи.
Пошляк! Он сообразил, что я не допущу разговорчики о внезапно нахлынувшей любви и меня не взять на абордаж философствованием о жизни. Сменил тактику. Решил надавать на меня сексом – тем, чего мне хватает прямо сейчас.
В этом дико признаваться, но я иду повторно в душ и направляю напор воды себе между ног. Думаю о Тимофее, о его красивом рельефном теле. Оргазм приходит незамедлительно, но он не приносит мне желаемого облегчения.
Определенно этот настойчивый горячий мистер мне нравится!
Глава 11
Просыпаюсь в шесть утра. Для завтрака ещё рано, поэтому надеваю платье-рубашку и иду к океану. С утра серферов еще больше чем днём. Сажусь на песок и наблюдаю за ними, как они ловят волну.
Как это у них получается – устоять на доске? Один из серферов с голым торсом кажется мне смутно знакомым. Высокий и стройный мачо-мен.
Невольно улыбаюсь. Мне, похоже, никуда от него не деться. Не знала, что Тим занимается серфингом. Хотя он вообще мало что о себе рассказывает. Зачем? Ведь я интересна ему только для секса.
Тим каким-то образом проник в мои сны. Проснулась с влажными трусиками. Это вообще никуда не годится! Надо бы дистанцироваться от него, но как? Если уже согласилась ехать на вулкан.
– Доброе утро, Иришка! – Тимофей стряхивает на меня прохладные капли воды, и я визжу.
– Ти-и-м! Прекрати!
– Или ты предпочитаешь вот так?
Валит на меня лопатками на песок и впечатывается мокрыми солеными губами в мой рот. Он весь мокрый, и моё платье моментально промокает. А я лифчик под низ не надела.
– Перестань, прекрати, – пытаюсь выпростаться из-под него, но куда там…
– Обними меня, давай, – просит он.
– Ты мокрый! И тяжелый, как кит!
Смеющийся Тим отпускает меня и жадно смотрит на мою грудь. Ткань намокла, и теперь сквозь нее видны темные ореолы сосков.
– Ты божественно выглядишь, – шепчет мне.
– Всё благодаря тебе, – ворчу и накрываю ладонями груди.
– Не прячь от меня свою красоту, – убирает мои руки.
– Кроме тебя, на пляже полно других мужчин.
– Пусть смотрят. Ведь тебе есть что показать.
Егор бы уже сошел с ума от ревности, если был бы рядом сейчас. Из-за намокшего платья, конечно. Отправил бы меня срочно в номер переодеваться, предварительно натянув на меня свою футболку или рубашку.
– Ты совсем не ревнивый? – вырывается у меня.
С какой стати ему меня ревновать? Чушь.
– Хм.. А что есть ревность? Желание, чтобы человек принадлежал только тебе? Это собственничество. Ревность – это нежелание, чтобы на твою женщину заглядывались другие мужики? А что, у нас за взгляды теперь казнят?
– Выкрутился опять. Ты помнишь, что я говорила тебе за поцелуи? Чтобы ты так больше не делал!
– А я сделал. Потому что тебе это нравится, Иришка, – касается моего носа подушечкой указательного пальца.