Предначертанная королю Пустых (ЛП), стр. 17
— А Страж? — сумела выговорить я. — Что, если они меня не выпустят?
— Не позволяй им тебя остановить. Найди способ.
Он отпустил меня, но его прикосновение и слова придали мне смелости. Я выпрямила спину, расправила плечи и повернулась лицом к темноте.
— Найду, — пообещала я.
На этот раз в моих словах не было ни капли лжи, когда я поднималась обратно к Священному дворцу, всё ещё ощущая тепло его ладони на затылке.
It was the dinner hour, and I hoped no one noticed as I slipped into line — Не помывшись и не переодевшись к вечерней молитве, я всё равно пришла. Я села на дальнем конце стола, подальше от своего обычного места среди танцовщиц. Весталки сновали из кухни и обратно, разнося тарелки с безупречно отмеренными порциями. Впервые я смотрела на всё словно со стороны и замечала, насколько вся моя жизнь пропитана ритуалами и распорядком. Всё происходило так, как происходило всегда, без малейших изменений. Неужели именно этому я себя отдала? Жизни, в которой мне указывают, где сидеть и когда есть, а я следую правилам, придуманным людьми, умершими много веков назад?
Мысли вернулись к свитку, который я оставила в Королевстве Пустых Эйрена. К списку имён. Моей кровной линии, где все женщины были танцовщицами. Что это означало? Был ли у Верены вообще хоть какой-то шанс стать Ведущей Танцовщицей? Я была уверена, что эта родословная имеет значение, а я — последняя в ней. Это что-то значило. Возможно, гораздо больше, чем я понимала, а значит, здесь я была важна. У меня была власть.
Меня обвинили в убийстве, потом оправдали и приставили охрану. И всё же никто даже не спросил, где я сегодня была. Все слишком увлеклись зрелищем и сплетнями вокруг прибытия Священной Матери в наш тихий город. Тот, кто стоял за происходящим, выбрал меня удобной виновницей, но им было необходимо, чтобы через две недели я станцевала. Значит, до следующего полнолуния они вряд ли решатся что-то со мной сделать. Наверняка я могла позволить себе попросить вернуть мне собственные покои. Могла позволить себе говорить со стенами и каждую ночь ускользать танцевать с Королём Пустых. Если мне разрешат после ужина оставаться одной, возможно, всё получится.
Я поднялась, оставив половину ужина на тарелке, и никто не остановил меня, когда я подошла к одному из Стражей.
— Отведи меня к командиру Тиберону.
Страж под Покровом махнул рукой, и я пошла за ним. Мы миновали всего несколько комнат и оказались там, где командир Тиберон ужинал в компании других мужчин. Обычно он не оставался в Священном дворце, но как руководитель расследования должен был находиться здесь, пока убийцу не найдут и не казнят.
Увидев меня, он поднялся и нахмурился.
— Газель.
— Командир.
Он указал на свободное место, но я отказалась лёгким движением руки. Я чувствовала на себе любопытные взгляды его спутников, однако смотрела только на него.
— Я пришла узнать, как продвигается расследование и каково теперь моё положение во дворце.
— Продолжай. — По его лицу ничего нельзя было понять.
— Как вам прекрасно известно, я не совершала ни одного из этих злодеяний, а до ночи полнолуния осталось две недели. Мне нужно готовиться, танцевать, тренироваться, и я хотела бы делать это без лишних помех. Я прошу вернуть мне мои покои. Пусть Страж стоит снаружи, если это необходимо. После ужина я хочу уходить к себе, чтобы меня оставляли одну и я могла медитировать и готовиться.
Тиберон нахмурился.
— Твоя безопасность превыше всего. Ты не сделаешь ни шага по дворцу без Стража рядом. А чтобы защитить тебя — даже от самой себя, если понадобится, — на ночь тебя будут запирать в комнате.
— Тогда решено.
— Решено.
Небольшая победа, но мне хватило и её. Своя комната, пусть и запертая. Меня должно было мучить чувство стыда за это тихое предательство всего, что я знала. Поэтому я повернулась к выходу, прежде чем он успел прочитать измену у меня на лице.
Его голос остановил меня на пороге.
— Священная Мать прибыла в город и сейчас встречается с советом. Когда сочтёт нужным, она придёт сюда посмотреть на твой танец. Советую постараться ей угодить.
Это прозвучало как угроза. Я оглянулась через плечо, и страх поднялся во мне волнами.
— Священная Мать приехала и для того, чтобы расследовать убийства?
— Да. Скоро мы получим ответы. Обещаю тебе.
Во рту пересохло, когда я вспомнила всё, что видела, и то, чем поделилась со мной Верена. Я резко кивнула и вышла из комнаты. Страж тут же пристроился следом.
ГЛАВА 15
— Ты сдержала слово.
Эйрен поднялся из бархатного кресла и отложил книгу.
Сегодня на нём была белая рубашка с расстёгнутым воротом, из-под богато украшенного жилета выглядывали пышные рукава. Чёрные брюки плотно облегали ноги, и, глядя на него — красивого, безупречно одетого, настоящего короля при собственном дворе, — я вдруг смутилась.
Что до меня, всё прошло именно так, как я рассчитывала. Я ушла к себе, а потом перерыла платья в поисках чего-нибудь подходящего. Надеть платье для танцев и отправиться по тайным проходам между Священным дворцом и Королевством Пустых казалось почти порочным. Я никогда не отличалась непослушанием или бунтарским нравом, и всё же внизу живота разливалось покалывающее предвкушение, неистовое желание идти дальше, броситься в эту тьму, в этот шанс — чем бы он ни оказался, — и снова испытать эйфорию от танца с ним. Искушение медленно затягивало меня, и понемногу я начинала понимать, что уступаю ему.
Я стояла перед ним, опустив руки вдоль тела, и нервно теребила пальцами короткий край красной юбки. Она едва доходила до колен. Волосы я оставила распущенными, мягкие волны спадали по спине, и их привычная тяжесть странным образом успокаивала.
— Как ты и предложил, я нашла способ.
Он улыбнулся, и у меня перехватило дыхание. Впервые я увидела его улыбку, но на долю секунды блеснувшие белые зубы придали ей вид коварного оскала. Мгновение — и всё исчезло, прежде чем я успела понять, не показалось ли мне. Он шагнул вперёд, будто собираясь прикоснуться ко мне, но передумал и опустил руку.
— Пойдём в зал.
Стены сдвинулись, и там, где прежде ничего не было, открылся проход. Старая магия. Древняя. Та же самая, которую я призывала, произнося его имя в Священном дворце. Я пошла рядом с ним, всё больше интересуясь его силой, его королевством. Его дом был лабиринтом туннелей и дверей, которые открывались и закрывались по его воле, а я чувствовала себя гостьей, способной приходить и уходить лишь тогда, когда он этого пожелает. И если быть честной с собой, мне хотелось большего.
В соседнем помещении мы снова оказались на сцене. Он подошёл к пианино и положил тонкие пальцы на клавиши.
— Играй, — приказал он.
Сначала я подумала, что он обращается ко мне, но пианино заиграло само. Полилась мелодия, будто на скамье сидел невидимый музыкант и извлекал звуки из клавиш.
— Помнишь? — спросил Эйрен, подходя ко мне.
Конечно. Всего вчера мы танцевали вместе после того, как покинули лагуну. Я подняла руки над головой, чувствуя, как вокруг меня скользит невидимый ветер, а магия уже готова хлынуть внутрь.
— Помню.
— Хорошо. Повторяй за мной.
Я послушалась, следя за ним, пока мы двигались в унисон — поднимали руки, поворачивались, танцевали. Магия перебирала мои волосы, словно пальцами, а я впитывала её, жадно принимая яркие нити жизни, расцветавшие в воздухе. Потом он уже направлял меня: ладонь легла на талию, поправляя каждое движение, он чуть выше поднял мои руки, выпрямил ногу. Я резко вдохнула, когда его пальцы скользнули по обнажённой коже бедра, и по мне прошёл разряд — яркий, мгновенно отозвавшийся внизу живота.
Чувства нарастали вместе с танцем, пока я не закрыла глаза и не позволила ему полностью меня захватить, впустила эту страсть в самую глубину себя. Движения, которым он меня учил, одновременно казались знакомыми и чужими, и мне снова приходилось напоминать себе, что нужно раскрываться, забыть всё, чему меня учили прежде, и сосредоточиться на новом. Танец был долгим и сложным, наполненным непривычными, ни на что не похожими движениями. Он ощущался так, словно я отдавала всю себя, поклонялась чему-то прекрасному, чему-то любимому. Совсем не так, как привычный ритуал. А потом Эйрен вдруг исчез, и я осталась одна — кружилась, взлетала в прыжках, летела сквозь темноту.