Иночас, стр. 40
Глори в изумлении открыла рот.
– СМОТРИТЕ!
Она указала на мужчину в самом центре этой толпы. Это был домовладелец Паклер. Он никому не помогал, а просто стоял, дергая себя за жиденькие волосенки, и волком выл, оплакивая принадлежавшие ему дома, подпорченные водой.
– ЭЙ, ТЫ!
Глори набрала дыхания, чтобы выкрикнуть что-то ярко-красное, но Спица повернул ее голову в сторону Петельного моста.
– НАМ НАДО ЧЕРЕЗ МОСТ! ПРЯМ БЫСТРО!
– ОГО! – вскрикнула она. Сам мост еще держался, но могучие старинные блоки, с обеих сторон прилегавшие к набережной, те, что никому из людей даже не сдвинуть с места, на их глазах пошатнулись и рухнули на дорогу, как тюки сена. Поток воды закружил, нападая на постамент без статуи.
Глори повернулась к Спице. В ее глазах отражался страх, но в них же отчетливо читалось: НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ. Хватаясь за фонарные столбы и стволы деревьев, они медленно продвигались в сторону Петельного моста.
Дойдя, они забрались на нижний блок постамента, предназначенного для памятника Мастеру Шарпу, здесь вода доходила им до щиколоток. Спица влез еще выше и посмотрел вдаль на Интингтонскую тюрьму. Видны были только ее очертания, там, где стены закрывали звезды между облаками. Взгляд Спицы скользил вдоль берега реки, пока не наткнулся на бледную точку. Это было лицо. И оно единственное двигалось в сторону моста, а не от него.
– Па? ПА? – Спица бешено замахал руками. В это мгновение его ударила по голове пара черных крыльев. – СОРОКА? СОРОКА! ЭТО ПА! ЭТО Ж ТОЧНО ПА!
Ди-Ди повернулась в противоположную сторону, высматривая дорогу домой.
– ГЛОРИЯ, НАМ ПОРА.
Стоявшая одним блоком ниже Глори потянулась и дернула мальчика за брючину. Она завопила, перекрикивая рев речной воды:
– ИДИ, СПИЦА! ВОЗВРАЩАЙТЕСЬ С ПАПОЙ ДОМОЙ!
Ее голос, хоть и был сильным, отливал такой ледяной синевой, что Спица бухнулся на колени. Наклонившись, он большим пальцем стер слезы, катившиеся по лицу девочки, а потом смахнул и свои.
– Только доберись в целости и сохранности, СЛЫШИШЬ МЕНЯ? – сглотнула Глори. – Ты же однажды еще вернешься? Пролезешь через этого своего куриного бога?
Спица бросил стремительный взгляд на третью арку дрожавшего моста.
– Не знаю, – ответил он, и на этот раз он действительно не знал, ведь куриный бог мог не выдержать натиска воды. Спица крикнул как можно громче:
– Я ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ЗАБУДУ!
– В этом я тебе, пожалуй, помогу. – Она зубами растянула шнурок на своей сумочке, достала из нее зеленую тряпичную куклу и, поцеловав ее, положила обратно. А потом сунула сумочку Спице в карман. – ВОЗЬМИ! Каждый раз, когда будешь слушать историю моей Долли, ты будешь чувствовать, как много она для меня значит. Она знает мои самые заветные тайны, и поэтому я хочу, чтобы она была у тебя. Пожалуйста, не забывай меня.
Ди-Ди обняла сестренку.
– НУ И ЧТО? Да, мне двенадцать лет – и у меня есть кукла, – без тени смущения заявила Глори. Стесняться теперь не было никакого смысла.
Когда Спица заговорил, его голос дрожал и срывался:
– Дома я прям сразу начну кой-что для тебя создавать, такое прекрасное, знаешь, какое еще никогдашеньки-то не делал. И я уж найду способ, ну, передать это тебе, вот что. Так или иначе.
Спица поднял глаза к черному небу, где тревожно кружила Сорока.
– А еще никогда не забывай, Спица… – Глори положила на затылок неудержимо трясущуюся ладонь и высоко подняла подбородок. – Ты все можешь.
– Мы. Мы все можем.
Глори взглянула ему прямо в глаза и улыбнулась.
– Пока, Спица, по…
И голос ее сорвался.
Ди-Ди поцеловала Спицу в лоб, как старшая сестра, и прыгнула обратно в воду. Борясь с чудовищным течением, она помогла спуститься Глори.
Та ни на секунду не отрывала взгляда от Спицы.
– ПОДОЖДИ!
Он спрыгнул с постамента и заключил ее в самые теплые в мире объятия, несмотря на то, что сам промерз насквозь.
Глава двадцать шестая
Спица оторвал руку Па от фонарного столба, за который тот отчаянно цеплялся. Он намотал один конец веревки, заменявшей ему ремень, вокруг трясущегося отцовского запястья, а второй – вокруг своего собственного.
– ДЕРЖИСЯ ИЗО ВСЕХ СИЛ!
– СПИЦА, ИСПОЛЬЗУЙ ПАРАПЕТ! НА СТЕНУ!
Спица ботинками нащупал под водой стенку, которая тянулась вдоль моста. Он схватился за парапет и крепко держался, пока его папа выбирался из бурного потока воды, что доходила ему до пояса. Оттуда они вскарабкались на самую высокую точку Петельного моста.
Там, над третьей аркой, они остановились, тяжело дыша.
Твердый камень задрожал под их ногами. Еще одно предупреждение.
Спица перегнулся через парапет и посмотрел на яростную реку, которая всей своей мощью неслась к ним навстречу. Он не смог сдержать вздоха изумления. Река вздымалась, как дышащий великан, заглатывая целиком опоры моста и захлестывая арки. Он указал на толстую деревяшку, которая торчала из стены моста. Ровно под ней располагался куриный бог – необходимый им потайной лаз.
– БАЛКА, ПА! ВИДИШЬ?
Его отец кивнул. Им предстояло опасное предприятие, в этом они не сомневались, но оба знали, какая награда их ждет в конце пути. Единственное место на свете, которое они могли назвать домом.
Без лишних слов они перелезли через парапет и спрыгнули вниз на балку. Спица сел на нее, свесив ноги по сторонам и прижавшись спиной к вибрирующим блокам моста, и посмотрел вниз. До куриного бога воде оставалось каких-то несколько дюймов, и с каждой волной она врывалась внутрь, заливая пустую комнату над аркой.
– СПЕРВА НОГИ! – крикнул мальчик в ухо отцу. Он прикрыл ладонью папин кулак. – ДЕРЖИСЯ КРЕПКО. КРЕПЧЕ!
Для верности Спица сплел ноги под балкой, на которой сидел.
– ВПЕРЕД! – скомандовал он.
Отец изогнулся и, схватившись одной рукой за балку, свесился вниз. Он размахивал ногами, задевая воду и пытаясь достать до ушка в курином боге. С третьей попытки ему это удалось. Он отпустил руку и повис на веревке, обмотанной вокруг запястья сына, стараясь пяткой нащупать упор. В тот момент, когда кожа на Спицыной руке уже начала лопаться, его отцу удалось пролезть в дыру в курином боге.
– СЫНОК! – закричал он.
Спица стоял на деревянной балке с оборванной веревкой, все еще намотанной вокруг кровоточащего запястья. Он следил за Сорокой, которая кружила в темном небе, то взлетая, то опускаясь там, где мост выходил на Швейную набережную. На пустом постаменте толпились люди и смотрели в воду. Лишь один человек не терял времени и отчаянно спешил вброд прямо к бушующей стихии.
– ГЛОРИ!
Ее глаза горели решимостью. Спица перевел взгляд на реку. В свете фонарей, которые мерцали на набережной, он увидел, как костлявые пальцы, покрытые кроваво-красным лаком, цепляются за блоки первой арки. На поверхности мелькнуло бледное лицо. Женщина жадно хватала ртом воздух, но спустя мгновение вновь исчезала в черной воде.
– Па, тама миссис Скор! Ну, хозяйка лавки, где работает Глори!
– Ничего не выйдет, сынок. Ты не сможешь ей помочь, – невнятно крикнул отец, когда очередная волна захлестнула потайной лаз. – Тебе нужно прыгать ко мне И ПРЯМО СЕЙЧАС!
Спица посмотрел на Глори. Она уже добралась до самой реки и прижалась к обломкам подпорной стены. Ди-Ди тянула ее за руку, но не могла заставить повернуть назад.
– ПЛЫВИТЕ КО МНЕ, МИССИС СКОР! – кричала Глори, срывая голос. – Я ВАС ТУТ ПОЙМАЮ! – И девочка протянула в ее сторону деревянную руку.
В глазах миссис Скор плескался дикий страх. Она мотала головой, раз за разом глотая воду, кашляла и отплевывалась, а потом снова скрылась под водой.
– МИССИС СКОР! ПЛЫВИТЕ! ВЫ СМОЖЕТЕ! – кричала Глори.
Спица буквально рвал на себе волосы, наблюдая, как Глори перелезает через подпорную стену и бросается прямо в свирепую волну. Ди-Ди опасно перегнулась через остатки стены и чудом успела вцепиться в платье сестры.