Сделка с драконом, или Целительница его сердца (СИ), стр. 46

Мне хотелось большего. До нестерпимой, сладкой боли хотелось его целиком, и взамен отдать ему себя. Одно движение, и полотенце упало на пол.

Не разрывая поцелуя, Дерек подхватил меня на руки. Мгновение, и моя спина коснулась прохладной простыни. Он чуть отстранился, навис надо мной, и в золотистом полумраке спальни я увидела его глаза, потемневшие, полные такого обожания, что внутри все переворачивалось.

Сквозь глубокое, неровное дыхание прорвался его хриплый шепот, отозвавшийся внутри меня новой вспышкой:

— Люблю тебя, Лиси…

Потянула его на себя, растворяясь в нахлынувших ощущениях, желание становилось с каждой секундой все более острым. Хотелось принадлежать ему. Ему и никому больше.

Глава 60

Три месяца спустя

Я стояла у стойки медпункта и перебирала карточки пациентов. Утро выдалось на удивление тихим. Феликс отлучился по делам, пробормотав что—то про «заседание» и «справедливость восторжествует», а мне выдалась возможность спокойно разобрать записи.

Многое изменилось за эти три месяца. Союз Целителей, слава богам, от нас отстал. После истории с миссис Хартвелл и разоблачения Эдвина, который, как выяснилось, не только подделывал диагнозы, но и покрывал делишки Себастьяна, проверяющие предпочли сделать вид, что никаких претензий ко мне у них никогда не было. Мы даже создали небольшой Фонд помощи для тех, кто не мог позволить себе лечение. Часть денег дал Дерек, часть собрали благодарные пациенты, и теперь мы могли лечить не только в медпункте, но и оплачивать лечение в госпитале для самых тяжелых случаев.

Себастьяна все же посадили в тюрьму. На допросе под зельем искренности выяснилось, что он и правда выслеживал Дерека и сделал из меня приманку. Так что Дерек отделался штрафом за порчу имущества фермеров, а вот Себастьян лишился свободы. Так же его имущество распродали, чтобы покрыть многолетние долги по алиментам всем его четверым детям. Зои, узнав о похождениях мужа, подала на развод, и теперь, по слухам, уехала к матери на побережье.

Дерек лишился возможности оборачиваться. Проклятие ушло, а с ним, видимо, и драконья ипостась. И пока мне так и не удалось восстановить его связь со зверем, но сам Дерек, кажется, не слишком переживал на этот счет. Говорил, что дракон достаточно отравил ему жизнь, и сейчас он совершенно счастлив просто быть собой.

Дверь распахнулась, возвращая меня к реальности из воспоминаний. В медпункт влетела миссис Грэймур, ведя за собой Ники. Гипса на его руке уже не было, кость срослась отлично, но вот зато нос раздулся до размеров небольшой сливы и подозрительно краснел.

— Леди Алисия! — запричитала миссис Грэймур, подталкивая сына к стойке. — Нам, наверное, нужно остаться жить в вашем медпункте! Это же не ребенок, а ходячее бедствие! То руку сломал, то в крапиву свалился, то ухо простудил, а теперь! Вы только посмотрите, нос в улей засунул!

— Я только попробовать хотел… — прогнусавил Ники, разглядывая пол.

— Попробовать! — всплеснула руками его мать. — А вышло, что пчелы тебя попробовали!

Присела перед мальчишкой, осторожно осмотрела пострадавший нос.

— Ничего страшного, миссис Грэймур. Обычная аллергическая реакция. Сейчас дам микстуру и отек спадет через пару часов. А ты, Ники, пообещай мне больше не совать нос куда не следует.

— Обещаю, — с готовностью прогнусавил он.

— Вот видите! — миссис Грэймур покачала головой, но уже без прежнего отчаяния. — И что с ними делать? Мальчишки все такие! Вечно что-то придумывают, куда-то лезут…

— Это точно, — я улыбнулась, протягивая ей пузырек с микстурой. — Зато мужчины из них вырастают бесстрашные.

— Мужчины — это выжившие мальчишки! — рассмеялась она, и тут ее взгляд стал каким-то особенно теплым: — А что же вы, леди Алисия, не планируете своих деток? С таким-то мужем…

Я отвела взгляд, чувствуя, как уголки губ сами собой ползут вверх.

— Очень хочу, миссис Грэймур, такого же славного мальчугана.

Она расплылась в улыбке, а потом вдруг засмущалась и замахала руками:

— Ох, что это я с такими вопросами! Простите, леди Алисия, это все мой язык, всегда раньше головы бежит! Пойдем, Ники, нечего нам тут людей смущать!

Они ушли, а я все еще улыбалась, перебирая склянки. Дверь скрипнула, и на пороге возник Феликс с таким видом, словно он только что лично выиграл судебный процесс у целого Совета Целителей.

— Итак, леди Алисия! — провозгласил он, запрыгивая на стойку. — Я только что присутствовал на заседании, где рассматривали дело о порче нашего имущества. Оказывается, ваш горе—женишок мистер Эдвин Кларк нанял какого-то бродягу, чтобы тот написал те самые гадкие слова! Теперь Эдвину выписали штраф и занесут в личное дело! Представляете? В столице ему точно работы не найти!

— Я бы сказала «бедный Эдвин», но не буду, — хмыкнула я.

— И это еще не все! — Феликс поднял лапу. — Идемте скорее, новую вывеску повесили!

Я вытерла руки о фартук и вышла на улицу. Над входом красовалась новенькая деревянная вывеска: «Целительский пункт леди Алисии Нойлард».

— Может, пора заканчивать работать? – зазвучал из-за спины любимый голос, а следом ладони легли на мои плечи, дыхание коснулось виска.

— Какое закончить, лорд Нойлард! — возмутился Феликс. — У нас еще столько пациентов!

— Лиси, — Дерек пропустил слова кота мимо ушей, разворачивая меня к себе, — а если тебя заразят? Тебе же сейчас совершенно нельзя болеть!

Феликс прищурился, переводя взгляд с меня на Дерека.

— Чего это нельзя болеть? Что за тайны? Леди Алисия, вы от меня что—то скрываете?

— Дерек, я еще не сказала ему, — буркнула я, чувствуя, как заливаюсь краской.

— Так говорите уже! — кот нетерпеливо фыркнул.

Опустила руку на живот, еще плоский, ничем не выдающий моего секрета.

— В общем… Я жду ребенка, Феликс.

На мгновение кот замер, но потом его глаза округлились, усы встопорщились, и он выдал:

— Ох! Радость-то какая! — он вскочил на все четыре лапы, заметался по стойке. — Леди Алисия, это же будет у нас новая ведьмочка! Маленькая, рыжая, с характером! Я ее всему научу!

— Что же сразу ведьмочка? Может, дракон, — возмутился Дерек.

— Без разницы, — я улыбнулась, прислоняясь спиной к его груди. — Главное, чтобы здоровый, счастливый и без всяких проклятий!

Эпилог

Два года спустя

— Эвелин Мария Нойлард, немедленно вернитесь!

Притворно строгий голос леди Амадеи донесся из гостиной, но в ответ раздалось звонкое детское: «Не!» и заливистый смех. Мою полуторагодовалую дочь так просто не напугать!

Тихо, стараясь не выдать своего присутствия, я перешагнула порог, сжимая в руках поднос с яблочным пирогом, и замерла, сдерживая смех.

Посреди гостиной развернулась настоящая погоня!

Леди Амадея Нойлард, некогда воплощение выдержки, чопорности и безупречных манер, подобрав юбки, пыталась догнать мою дочь. А Эвелин, маленькое рыжее бедствие в кружевном платьице, с босыми пятками и торжествующей улыбкой, удирала от бабушки, сжимая в пухлом кулачке розовый носочек.

— Эви, милая, ну бабушка тебя просит! – леди Амадея остановилась. — Пол холодный, нужно надеть носочки!

— Не-е-е! — дочка мотнула головой и зашлепала босыми ногами по полу прочь от бабушки.

Малышка только выучила слово «нет», поэтому сейчас у нее на все был один ответ.

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

Сейчас леди Амадея совсем не выглядела строгой или чопорной. Обычно идеальная прическа растрепалась, на щеках играл здоровый румянец, а на синем платье красовались украшения из розовых лент. Наверняка Эви постаралась, наряжая бабушку.

Эвелин тем временем добежала до дивана и ловко спрятала носок под ним, а сама юркнула за кресло.

— Ах вот как, юная леди! Вот я доберусь до тебя!

Из-за кресла послышалось довольное хихиканье, а бабушка нагнулась, пытаясь выудить пропажу.