Сделка с драконом, или Целительница его сердца (СИ), стр. 19

— Основа избавления от проклятия — безвозмездный дар наивысшей ценности. — Я помешала зелье и обернулась к нему. — Вы должны отдать то, что для вас действительно важно. То, с чем вам по-настоящему тяжело расстаться.

Змей долго смотрел на меня золотистыми глазами. Потом медленно заполз назад в сейф и прикрыл за собой дверцу.

— И что это значит?

— Это он обдумывает, — пояснил Феликс. — Для ростовщика безвозмездно отдать что-то ценное — это примерно как для дракона добровольно расстаться с сокровищницей. Процесс небыстрый.

— Главное, чтобы процесс все-таки начался, — вздохнула я и вернулась к подготовке приемной.

Работы было много. Пока я расставляла флаконы и разбирала инструменты, Феликс обосновался на стойке и щедро делился мудростями ведения бизнеса. О пунктуальности, о важности доверия клиентов и еще о множестве вещей, о которых я прежде не задумывалась. На мой вопрос, откуда он все это знает, кот сообщил, что у него когда-то тоже было свое дело, достаточно успешное, но это все, что он готов сообщить.

Незаметно стемнело. Улица за окном опустела, фонарщик зажег газовые рожки, и желтые огни отразились в чистом стекле витрины. Пора было домой.

По дороге я попыталась выяснить у Феликса, был ли он когда-то человеком. Кот ответил, что его прошлое не касается работы на меня, он чист перед законом и обществом, и это все, что важно знать. Больше ничего не удалось вытянуть за всю дорогу. У ворот поместья он снова сообщил мне о делах и отправился в противоположную от поместья сторону, туда, где горели огни.

Сбежал, как и вчера. Я понимала, что и у него должно быть личное время, но все же было любопытно, что за дела у него вообще могут быть.

Поправив сумку с зельями, я неспеша направилась к дому, решив пойти через парк, долгой дорогой. Воздух был прохладным, чуть влажным. От земли тянуло запахом травы и приближающейся осени. В окнах поместья еще горел свет.

Я надеялась, что леди Нойлард уже отправилась в свою спальню, сталкиваться с ней совершенно не хотелось. А еще очень не хотелось, чтобы Эдвин воспользовался своим положением целителя моей свекрови и явился в поместье проведать пациентку. Впрочем, вряд ли он рискнет: после сегодняшней встречи с Дереком, Эдвин явно испуган.

Мысли сами собой возвращались к сегодняшнему разговору. Его слова до сих пор жгли где-то внутри, хотя я сотни раз говорила себе, что мне должно быть все равно. Он просто хотел уколоть побольнее, найти оправдание бегству. И ведь нашел. Теперь в его глазах я была обманщицей, которая водила его за нос. А то, что он бросил меня ради выгодной партии, когда узнал, что в столице мне ничего не светит… это, значит, не в счет. И это проклятое кольцо… Нужно было срочно его вернуть, я бы это непременно сделала раньше, если бы знала адрес его проживания.

Я тряхнула головой, отгоняя неприятные мысли. Хватит. Завтра новый день. Завтра я наконец начну работать.

Развернулась лицом к дому, последние огни в окнах погасли, значит можно возвращаться в дом. Сделала шаг и в этот момент краем глаза заметила движение.

Силуэт. Мужской. Вынырнул из тени дома и скользнул вдоль стены, будто не желая быть замеченным.

Это же… Дерек! Без пиджака, в одной светлой рубашке, рукава которой небрежно закатаны до локтей. Но направился он не к парадному входу и не к воротам, где ждал экипаж. Он свернул к лесу.

Сердце дрогнуло и забилось где-то в горле. Что-то было не так.

Я подхватила подол платья и бросилась следом, не думая о мокрой траве, о том, что туфли скользят и того и гляди слетят. Ветки хлестали по ногам, но я не останавливалась, пока не настигла его у самой кромки леса.

— Дерек!

Он развернулся резко.

Лунный свет упал на его лицо и он показался слишком бледным. Губы плотно сжаты, брови нахмурены, а глаза… глаза сияли драконьим золотом!

— Алисия… — Голос его прозвучал хрипло, низко. — Иди в дом. Пожалуйста.

Он отступил на шаг. Взгляд зацепился за алое пятно на его левом плече.

— Нет! — Я упрямо шагнула к нему, воспользовавшись предлогом. — Ты ранен! Я могу помочь, я же целитель, дай мне просто…

— Не нужно! — Он выставил правую руку вперед, словно ставил между нами невидимую стену. — Уйди. Прошу тебя. Только не ты. Только не… сейчас.

По его шее, из-под ворота рубашки, прокатилась волна чешуек. Глаза изменились, в них полыхнуло золото, и зрачки вытянулись вертикально, разрезая радужку.

Он оборачивался.

И… Я знала, что нужно делать. В теории. Оборот можно остановить.

Мысленно потянулась к магии, она отозвалась теплой волной, прокатившись по венам и замерев на кончиках пальцев, а в следующее мгновение я рванула прямиком к Дереку.

Глава 26

Сейчас каждая строчка из учебников стала до боли реальной. Если зверь берет верх над сознанием, значит, он взволнован. Его нужно успокоить. Иначе Дерек не вернет контроль.

— Лиси… Нет!

Я не дала ему договорить. Прижала ладонь к его груди, туда, где под рубашкой билось сердце.

И меня накрыло болью. Пронзительной, яркой.

Она прокатилась по венам огненной волной, выжигая все на своем пути. Я задохнулась, но не отпустила его. Не могла. Потому что сквозь боль я чувствовала его.

Дракона.

Он метался, словно зверь в клетке. Тревога. Ярость. Тоска. Все смешалось в один клубок рваных эмоций, и рана на плече полыхала багровым пятном в этом хаосе, подстегивая дракона, не позволяя ему успокоиться.

Сила целителя откликнулась мгновенно. Мягкая, теплая волна, струящаяся по венам. Я выдохнула, и магия хлынула через кончики пальцев, прокатилась по коже Дерека. Наши жизненные потоки сплелись, и я почувствовала, как моя энергия перетекает в него, уменьшая боль от ранения.

Но дракон все еще рвался на волю.

Виски сдавило, будто на голову надели железный обруч и начали затягивать. Перед глазами поплыли темные пятна. Я вцепилась в его рубашку, чтобы не упасть, и… запела.

Колыбельную. Ту самую, которую пела мне мама, когда я была маленькой. Про звезды на небе, про тихий сон, про покой. Голос звучал тихо, но достаточно четко в ночной тишине.

И зверь услышал. Тревога отступила, словно волна, откатывающаяся от берега. Дыхание Дерека выровнялось.

Я распахнула глаза и встретилась с его взглядом.

Золото погасло. Зрачки снова стали круглыми, человеческими. Но глаза… В них было столько. Столько невысказанных эмоций, что я не могла дышать. Боль. Облегчение. Что-то еще, чего я не могла назвать, но что заставляло мое сердце биться так, будто я пробежала полпути до своей деревни только что без остановки.

— Ты… — начал он, но я покачнулась.

Ощутила, как силы покинули меня. Ноги подкосились. Мир плыл перед глазами, и единственное, что удерживало меня на ногах — это его рука, перехватившая меня под локоть.

— Ты все такая же упрямая, — прошептал Дерек.

Его голос был хриплым, усталым, но в нем звучало что-то… теплое. Почти нежное.

Он начертил в воздухе знак. Голубоватый портал вспыхнул перед нами, и прежде чем я успела что-то сказать или возмутиться, Дерек втащил меня в светящийся круг.

Мир качнулся. Холодок магии обжег кожу, и в следующее мгновение мы стояли в спальне.

Дерек выпустил меня из объятий. Я пошатнулась, но удержалась на ногах. Боль отступила, на смену ей пришла решительность. Нужно не упустить момент. Поспешно сняла сумку с плеча, слава богам, она со мной, и принялась копаться в зельях, перебирая флаконы дрожащими пальцами.

— Это я-то упрямая? — выдохнула я в ответ Дереку лишь бы что-то сказать. — Ты на себя посмотри!

Нет. О проклятии говорить не время, сейчас главная задача — стабилизировать состояние. И залечить рану, чтобы она больше не беспокоила.

— Точно как настоящие муж и жена, — сдавленно ответил Дерек.

Я замерла на секунду, сжимая в руке флакон с антисептиком. Всего два слова. Но почему-то внутри все дрогнуло. Или это просто последствия магического истощения?