Избранное. Компиляция. Книги 1-12 (СИ), стр. 940

Э. С.: Мир «Книги Нового Солнца» – место вполне узнаваемое, с намёками на Византию и Средневековье. По-вашему, история – череда повторяющихся циклов: то да сё постоянно устаревает и вновь входит в моду?

Дж. В.: Да, но эти циклы не беспричинны. У греков установилась и развилась демократия, поскольку в силу географических особенностей их страны народ вынужденно разделился на небольшие сообщества. Англичане вернули её к жизни, поскольку изобретение хомута покончило с римскими дорогами и Англия также оказалась раздроблена на небольшие сообщества. Мы возродили демократию вновь, а отчего? Из-за схемы расселения по восточному побережью. Конечно, не все греческие города были демократиями, и не все их демократии были хороши, поскольку в мелких, разрозненных сообществах могут устанавливаться не только демократические порядки. Однако, если страна разделена на небольшие, изолированные одно от другого сообщества, демократия – один из наиболее вероятных исходов. У нас, кстати заметить, демократии больше нет. У нас республика, управляемая выборными правителями, а не нами самими.

Э. С.: Избавленная от повествовательного материала и его опорных точек, «Книга Нового Солнца» станет философским трактатом… только чья же это философия? Джина Вулфа или палача Севериана?

Дж. В.: Разумеется, Севериана: книгу ведь пишет он.

Э. С.: В «Цитадели Автарха» Севериан размышляет о том, что все женщины склонны нас предавать… а не возмущались ли воинствующие феминистки по поводу роли женщин в «Книге Нового Солнца»?

Дж. В.: Я думаю, Севериан имеет в виду, что мужчинам хочется быть любимыми сильнее всего на свете, и пусть они порой способны внушить такую любовь, удержать, сохранить её никому из них не под силу. Ну а воинствующие феминистки вряд ли читают меня или каких-то других авторов настолько внимательно. Обычно они разносят меня в пух и прах из-за «отсутствия женщин на руководящих постах», хотя это не так, и из-за подвергнутой пыткам Теклы. А не так уж давно мой литагент передала мне письмо от некоей дамы, редакторши, искавшей романы ужасов без «жестокого обращения с детьми и сцен насилия в отношении женщин». Вот и гадай, что для неё приемлемо…

Э. С.: Хотелось бы вам, чтоб некоторые из ваших книг экранизировали – ну, если оставить в стороне очевидные финансовые соображения?

Дж. В.: Не особенно. Фильмы – вообще формат бросовый, ущербный: будь это не так, киносценарии издавались бы наравне с пьесами. Кроме того, для хорошего романа в кино просто мало места. Пространства. Я бы куда охотнее поглядел на экранизации некоторых из моих рассказов и повестей – скажем, «Детектива в сновидениях», «Марионеток», или «Уэствинда».

Э. С.: Владельцы специализированных книжных магазинов с полными полками киносценариев, пожалуй, кое в чём с вами не согласятся, но гораздо интереснее другое: каким образом публикация киносценариев связана с ущербностью кино как формата?

Дж. В.: Мне кажется, в большинстве случаев сценарии не влияют на качество фильмов почти никак. Причина, думаю, такова: сценарии, хотя и не могут влиять на качество кинофильмов, чаще всего настолько скверны, что удачные фильмы выходят удачными не благодаря сценариям, а вопреки. В противном случае мы, полагаю, видели бы их изданными на бумаге гораздо чаще. Магазинов такого рода, как вы говорите, я не встречал ни разу в жизни… возможно, они и существуют по всей Америке, но мне на глаза до сих пор не попадались.

Э. С.: Ну а, придерживаясь рамок жанра, что вы скажете о фильмах наподобие «Соляриса», «Заводного апельсина», или, скажем, «Бегущего по лезвию»?

Дж. В.: «Бегущий по лезвию» мне, так уж вышло, понравился очень. По-моему, фильм вышел просто великолепный. Однако в прокате он провалился, отчего всё его великолепие и не внушает мне особого желания увидеть экранизации собственных произведений. К примеру, кукол из «Звёздных войн» я видел немало, и, на мой взгляд, некоторые из них весьма хороши. Но это ещё не повод желать, чтоб в виде куклы изобразили Севериана, раз о финансовом аспекте у нас речь не идёт. Естественно, если кто-то захочет снять фильм по одному из моих произведений и отвалит мне кучу денег, деньги я приму и – наутёк, к поезду, но на хороший фильм рассчитывать вовсе не стану. Хотя, если ошибусь в этом, только порадуюсь.

Э. С.: Покупали ли у вас права на экранизацию какой-либо из ваших книг?

Дж. В.: Нет. Покупали только предварительные опционы на «Пятую голову Цербера» и «Смерть доктора Острова», но самих прав на экранизацию так и не купили. В начале прошлого года «Книгой Нового Солнца» интересовались из «Goldrush Studios» и «Lord and Lady», но с тех пор от них ни слуху ни духу. Правами на игры «по мотивам» вы не интересовались, однако разговоров о них было множество… только до дела опять-таки так и не дошло.

Э. С.: Ходят слухи, будто вы работаете над оперой. Если они верны, о чём будет опера и когда мы сможем её увидеть?

Дж. В.: Идея состояла в том, чтоб сделать оперу из «Смерти доктора Острова». Только в смысле сочинения музыки – а это, сдаётся мне, девяносто процентов работы – я оперу не пишу. Моё дело – либретто, а музыкой занимается Сомтоу Сухариткул. И ужас как далеко всё это до сих пор не продвинулось. В последнем письме он сообщал, что всё ещё работает над музыкальной частью, однако сделали мы куда меньше, чем предстоит сделать, хотя работа (на сегодняшний день) тянется уже четыре года… словом, ждать, затаив дух, не стоит.

Э. С.: Главный вопрос: когда выйдет в свет пятый том «Нового Солнца»?

Дж. В.: Понятия не имею. Закончить её должен где-то в этом году, а затем она отправится в «Simon and Shuster/Pocket»: у них на неё опцион, и они от него не откажутся, хотя прямое отношение к фантастике могут иметь, а могут и не иметь, книгу мою могут купить, а могут и не купить, а если купят, могут издать, а могут и не издать… другими словами, решения почти по всем вопросам принимаю не я.

Э. С.: А ещё что сейчас в работе?

Дж. В.: «Воин тумана». Научное фэнтези, действие происходит в Древней Греции. Как мне сообщили, выпуск романа назначен на октябрь. Ещё «Двери найдутся», роман о параллельной вселенной, завершён в первой редакции. Ещё я недавно закончил рассказ под названием «Шпион за мир», о ликвидации угрозы ядерной войны, но им пока что не заинтересовался никто. Ещё написал «Сказку об империях Листвы и Цветов», историю о Зелёной и Жёлтой империях, которую вспоминает Севериан в «Когте Миротворца».

Э. С.: Позаимствовав идею из «Замка Выдры»: как насчёт завершения беседы коротеньким интервью Джина Вулфа с Джином Вулфом?

Дж. В.: О’кей. Мистер Вулф, что вам сильнее всего не нравится в собственных произведениях? Ответ: что их очень часто не удаётся сделать доходчивыми. Казалось бы, пишешь «X», без обиняков, во всех подробностях, а после редакторы, обозреватели и читатели говорят: так вы же никакого «X» не писали! Я им показываю, что написал, вот здесь, в самом начале двадцать второй страницы, а они говорят: а-а, ну, значит, непонятно написано. Очевидно, написано действительно непонятно, но выражаться ещё понятнее я не умею. Вот, например, по крайней мере дюжина обозревателей утверждает, что у Севериана имеется волшебный меч. А меч вовсе не волшебный, и Севериан даже не думает его волшебным считать! В «Воине тумана» я уж сдался, выдал герою (зовут его Латро) волшебный меч – рубит всё, что угодно.