Истинный зельевар. Том 2 (СИ), стр. 34

И вот наступил момент кульминации. После произнесения заклинания и плевка в котёл, зелье начало испаряться в виде торнадо, которое к вершине закручивалось в сторону зельевара и расширялось. Когда всё зелье испарилось, между Леонелем и котлом появилась зеркальная поверхность портала диаметром в пару метров. Он с опаской шагнул внутрь. За ним последовала Аква.

Портал привёл их в какой-то лес.

— Где мы? — оглянулась по сторонам Аква.

— В лесу, — Леонелю сейчас больше был интересен портал, чем собеседница. Он не спускал с него глаз, стараясь выяснить, как долго тот продержаться.

Поняв, что парню не до поисков ответов на важные вопросы, Аква отошла от него и принялась раздеваться. Аккуратно сложив одежду, она превратилась в дракона и взлетела в небеса.

Когда она через несколько минут вернулась назад, то застала довольного муженька.

Драконша превратилась обратно в человека и оделась.

— Милый, ты почему такой довольный?

— А чего мне печалиться? — не сходила с его лица счастливая улыбка. — Портал получился. Ещё и продержался он пару минут. И всё из доступных ингредиентов по большей части из моего тела. Только понять бы, как координаты задавать и сделать зелье с большим сроком работы портала… Ты выяснила, где мы?

— Мы на юге, — развела она руками в стороны. — Точнее сложно сказать. Мне для этого придётся полетать подольше. Но я опасаюсь оставлять тебя одного в незнакомом лесу.

— Я могу превращаться в дракона, — ухмыльнулся Леонель. — Что мне может тут угрожать?

— Ты маленький и не умеешь летать, — покачала девушка головой из стороны в сторону. — К тому же магия у тебя не боевого свойства.

— Я могу плеваться с разными поражающими эффектами.

Леонель натренировал навык превращения слюны в зелье во рту в драконьей форме. Что-то серьёзное он создать так не мог, но простенькие зелья запросто. Взрыв, кислота, воспламенение, слабое исцеление и тому подобное.

— Тебе слюны не хватит заплевать всех врагов, — продолжила давить аргументами Аква. — Да и область поражения у тебя небольшая. Так что я пока останусь с тобой. Вот найдём безопасное место, тогда я тебя там оставлю и полечу на разведку.

— Ладно, — сдался Леонель, понимая, что переубедить драконшу, помешанную на его безопасности, практически невозможно. — Тогда идём. Выберемся из этого леса и поищем признаки цивилизации. Главное — не напороться на местных разбойников или диких зверей.

— От разбойников я тебя защищу, — уверенно заявила Аква, сжимая кулачки, от которых пошёл лёгкий парок. — А звери… Я чувствую, что тут в основном мелкая живность. Ничего страшного.

— С разбойниками я и сам теперь справлюсь. Аква, раз тут живность неопасна, так может…

— Нет! — твёрдо сказала она. — Сначала безопасное место, потом разведка.

— Хорошо, — окончательно сдался зельевар.

Они двинулись в направлении, которое Аква, с высоты своего краткого полёта, определила как наиболее перспективное для выхода из лесной чащи. Леонель шёл, постоянно оглядываясь и прислушиваясь, его рука то и дело тянулась к сумке с зельями. За последнее время его нервы изрядно потрепало, что давало о себе знать. Каждый шорох казался угрозой. Паранойя росла как на дрожжах.

Когда деревья начали редеть, Аква по каким-то своим критериям сочла местность безопасной. Она провела разведку, оставив спутника обедать захваченной с собой едой.

После возвращения драконша снова вернула себе человеческий облик и показала направление. Вскоре они вышли на просёлочную дорогу. К заходу светила впереди показались первые признаки жизни — дымок из труб и частокол невысокого, но крепкого с виду поселения.

— Похоже на рабовладельческий рынок, — опытным взглядом окинула окрестности Аква, указывая на большое скопление людей за частоколом и укреплённые ворота с охраной. — Видишь колодки и клетки? Определённо, это то, что мы ищем.

— Слишком удачно, — сердце Леонеля ёкнуло.

Теория теорией, но видеть рабов вживую было неприятно. В его прошлом мире рабовладение на протяжении примерно полутора веков считалось дикостью. Но другого выхода не было. Он мысленно перечислил аргументы: это необходимо для выживания, он даст им лучшее будущее, силу, безопасность и свободу по истечении контракта. Это не рабство, а… наём с принудительным трудоустройством. Да, звучало уже немного лучше.

— Надеюсь, на нас не нападут и станут с нами просто нормально торговать, — нахмурился он. — Запомни, здесь мы — богатый маг и его телохранительница. Никаких упоминаний о баронстве, сектантах или о том, зачем рабы нам на самом деле. Я покупаю рабочую силу для своих рудников. Всё просто.

— Поняла, — кивнула Аква, её игривость сменилась настороженной серьёзностью. Она выпрямилась, и в её осанке появилась та самая древняя, хищная уверенность, которая заставляла людей инстинктивно отступать на шаг. — А как же деньги? Мы же не успели продать твои зелья.

— Попробую сторговаться на бартер, — пожал плечами Леонель. — Высокоуровневые зелья лечения — ходовой, дорогой и высоколиквидный товар.

Их встретили у ворот с подозрением, но вид дорогих мантий магистров боевой магии, изготовлением которых зельевар озаботился заранее, как и облачением в них, а также уверенный вид путников заставили стражу пропустить их внутрь.

Рынок оказался именно тем, чего Леонель и ожидал — шумным, грязным и жестоким местом. Воздух пропитался запахом пота и эмоциями отчаяния. Торговцы с хлыстами зазывали покупателей, хвастая «товаром»: крепкими мужчинами, измождёнными женщинами, подростками…

Леонеля затошнило от вида пленников. Ему было противно наблюдать за подобной жестокостью. Внутри у него поднималось чувство протеста в смеси с ненавистью к торговцам «белым деревом». Ему хотелось перебить их всех, освободить рабов и устроить революцию во всех рабовладенческих странах, но…

Работорговцы очень богаты. Это позволяет им нанимать для охраны лучших ветеранов и боевых магов. Поэтому зельевар не хотел нарываться. От одного или нескольких отрядов местных олигархов они с Аквой запросто отобьются. Но если вся охрана торгашей объединится, то шансы на победу резко снизятся. Так что в своей безопасности маг был уверен, а вот в том, что они вдвоём с напарницей совладают даже с охраной рабовладельцев этого рынка, он сомневался. Что уж говорить о целых странах?

Он сосредоточился на своей цели. Ему нужны были не только тупые и безынициативные слуги, пригодные лишь на распашку полей и работу прислугой. В первую очередь ему нужны люди с потенциалом, который он был способен в них раскрыть. Он искал среди рабов тех людей, в чьих глазах ещё теплилась искра — злости, воли к жизни, надежды. Тех, кто не сломался окончательно и не был потомком рабов. Последние не редкость. Как правило, они покорны и даже не думают что-либо менять в своей судьбе. К службе в качестве воинов они в большинстве случаев непригодны.

Его взгляд упал на большую клетку, в которой томились человек двадцать. Среди них выделялся один — высокий, худощавый мужчина с седыми висками, свежим рубцом на щеке и без одного пальца, который он явно потерял недавно. Он не роптал и не просил, а молча сидел, прислонившись к прутьям, и его холодный, оценивающий взгляд изучал окружающих с безразличием обречённого волка. Рядом с ним жался щуплый рыжеволосый паренёк, постоянно что-то бормочущий под нос.

— Кто это? — спросил Леонель у подошедшего работорговца, кивнув в сторону клетки.

— Ох, это, милорд, не самый удачный лот, — запричитал купец, но под суровым взглядом Аквы сразу перешёл к сути. — Остатки банды «Серого Волка». Вот этот самый Волк и есть. Взяли их в плен пару недель назад. Буйные, непокорные. Вся стража от них в синяках и порезах. Парнишка тот — их зельевар-самоучка, болтун и паникёр. Продаю оптом, дёшево, только бы избавиться.

— Зельевар, и дёшево? — вздёрнул брови Леонель. — Два этих слова в одном предложении не встречаются.

— А-а… — махнул рукой купец в сторону живого товара. — Бесполезный мусор. От зельевара там одно название. Первое поколение.