Клан Волка. Компиляция (СИ), стр. 84
Да, я прочитал предупреждение, но всё равно решил записать эти знаки в ячейки атласа. Способность телепортироваться свободно, а не по строгим маршрутам, была мне нужна, как воздух.
От ошибок меня должна была уберечь тщательная подготовка и тренировка, а пока я убрал атлас и решил, что для начала стоит подождать более безопасного варианта покинуть Академию — разрешения Канцелярии.
Моё нервное ожидание наконец закончилось.
Лёва вернулся быстро, но по его виноватой роже я сразу понял: с братом не вышло.
— Игнат очень возмущался, — с порога признался он. — Сказал, чтобы я больше так не делал. Что мелкие дела студентов Канцелял-лии не касаются. Извини...
Он замер у порога, будто боялся, что я настолько разозлюсь, что начну его бить.
— Спасибо, Лёва, — ответил я. — Ты хотя бы попытался.
Он даже опешил от моих слов и снова воодушевился.
— Мы что-нибудь пл-лидумаем!
От него воодушевился и я.
В голову пришла идея. Сложная и рисковая, но чем больше я крутил её в мыслях, тем чётче она оформлялась в неплохой вариант побега из Академии.
— Лёва, мне нужна твоя помощь. Ты должен кое-что проконтролировать.
Тот открыл рот. Кажется, о помощи его никто раньше не просил.
— Конечно, Кил-лилл!
Моё имя в его исполнении вызвало желание поморщиться, но я отмёл это ощущение. К нему предстояло привыкнуть.
— Итак, я кое-что сейчас сделаю, а ты... — Я задумался, подбирая верные слова. — А ты будешь наблюдать. Если я исчезну и не появлюсь, то сразу беги к учителю Галею. Если не найдёшь его, то ищи Мичи Хегевару, он Страж. Он поможет. И не медли, понял? Зови Галея сюда и говори, что я использовал... э... знаки Бытия и Небытия. Понятно?
Физиономия Лёвы вытянулась.
— Зачем тебе Небытие? Это опасно. Его используют только искусные Мастел-ла Мателий.
— Знаю, но мне нужно потренироваться прямо сейчас. Сделаешь?
— Ух! — выдохнул он, закивав. — Это так кл-луто! Люблю всякие опасности! Конечно, сделаю!
По моей спине неожиданно пронёсся холодок.
Волнение всё же взяло верх, хотя никто не толкал меня на риск. Я сделал бы это и без просьбы Мидори о встрече. Просто она ускорила моё решение.
Я отошёл к дальней стене комнаты и определил себе маршрут телепортации до двери. Лёва шагнул к своей кровати, зорко наблюдая за мной.
— Ну поехали, — прошептал я и быстро начертил знак Небытия перед собой — спираль со стрелой внутрь.
Нарисованный символ обозначился в воздухе еле заметным облаком. Затем я опустил ладонь вниз, направляя знак себе под ноги, ну а потом наступил на него.
Последнее, что я услышал перед тем, как перестать существовать — Лёвин возглас:
— Уо-о-о-у-у-у-у-у!!! Мамочки-и-и-и-и-и!..
Это было странное ощущение.
Будто исчез не я, а всё вокруг меня. Ничего не осталось: ни комнаты, ни Лёвы, ни даже моего тела. Всё поглотила бесконечная белизна, чистый лист, совершенно стерильный простор.
Ничего. Ноль. Отсутствие всего.
Но при этом самого себя я осознавал. Ощущения тоже никуда не делись. Волнение, страх, растерянность — это первое, что я испытал. Всё же не каждый день попадаешь в Небытие.
Спасибо тебе, любимый атлас... а теперь верни меня обратно.
Я представил себе точку около двери, которую наметил до этого, и поднял невидимую руку, чтобы нарисовать спираль со стрелой наружу. Не знаю, что именно у меня получилось, ведь я не видел ни своего пальца, ни того, что рисую.
Но стоило мне завершить стрелу, как белое ничто вокруг меня исказилось и потемнело, а потом появился туннель, в конце которого явилась та самая дверь.
Меня потащило к ней с бешеной скоростью.
И в этом жутком полёте по туннелю моё тело начало материализовываться. Руки обретали плоть, становясь более чёткими, а дверь всё приближалась... приближалась... приближа-а-а-а-а-а-а-а...
Раздался грохот.
Затем — отголосок Лёвиного выкрика:
—...чки-и-и-и-и-и-и-и-и!
И моё тело впечаталось в дверь, будто шло на таран.
Грёбанная дверь!..
Хорошо, что она не проломилась, потому что была дубовой и толстенной. Плохо, что дубовым и толстенным не был я. Боль прокатилась по костям, грудину отшибло, а про подбородок я вообще молчу. Мне показалось, что я расхлестал себе физиономию и выбил передние зубы.
Пока Лёва орал от удивления, я сполз по двери на пол и выдохнул, уперев руку в стену.
С лица на паркет закапала кровь, но я всё ещё не до конца себя ощущал, будто сознание никак не могло встать на прежнее место.
Ко мне подскочил Лёва.
— Вот это да-а-а-а! Это было... было... о-о-о-о-о! — Он опустился на пол рядом со мной и схватил за плечо, разглядывая моё разбитое лицо. — Как ты это сделал?
— Как последний идиот... надо было лучше прицелиться... — буркнул я, всё ещё наблюдая, как на полу в лужицу собирается кровь, капающая с моей разбитой рожи.
— Тебе нужен Целитель, — заволновался Лёва. — Пошли в школьную больницу, она по пути в Дал-лдив, идти недалеко...
— Никаких больниц. Вообще никто не должен знать, понял? Если проболтаешься...
Можно было пригрозить: «Если проболтаешься, тебе крышка», но вместо этого я сказал:
— Если проболтаешься, я погибну.
С такими, как Лёва, нужно было разговаривать иначе и давить на другие чувства.
Тот чуть рубашку на груди не порвал, уверяя меня, что никому не скажет.
— Да ты что! Никому и никогда!
Я еле поднялся с пола, сходил в ванную, смыл кровь с разбитого носа и промокнул полотенцем ссадины на подбородке, после чего вернулся в комнату и встал на то же место, с какого начал телепортацию.
— Попробуем ещё.
Лёва кивнул, серьёзный и непоколебимый. Если честно, я не ожидал от этого коротышки такого рвения мне помогать.
— Я слежу. Давай ещё, пока не получится.
«Ещё» было испробовано много раз.
Я определял себе разные точки прибытия: то на кровати, то на середине комнаты, то на ковре и подальше от мебели. Правда, это не уберегло меня от ударов.
Моё тело испробовало на твёрдость стулья, тумбы, столы, спинки кровати, стены. Да и дубовая дверь пару раз встречалась. Я таранил всё подряд, пропахивал пол то плечом, то лопатками и затылком. Порой при выходе из Небытия у меня подкашивались ноги, и я перекатывался по полу кубарем, пока не врезался то в мебель, то в стены.
Наверное, со стороны это выглядело весело и глупо.
Но никто не смеялся.
Что Лёва, что я оставались серьёзными и сосредоточенными.
— А ты попл-лобуй пл-ледставить своё появление иначе, — неожиданно предложил Лёва. — Будто это не просто точка комнаты, а ещё и то, за что ты можешь ухватиться, чтобы не упасть.
Лёва снова удивил меня дельными мыслями.
И вот четырнадцатая попытка телепортироваться без травм увенчалась успехом. Находясь в Небытие, я представил не только определённую точку комнаты, но ещё и добавил туда что-то вроде упругой сети, которая остановит моё движение, а потом исчезнет.
Ведь если задуматься, Небытие позволяло создавать в воображении всё, что угодно, пока я из него не вышел.
Удара не случилось.
Да, я еле устоял на ногах, отпружинив назад при появлении, но зато не протаранил всё на своём пути. Метод Лёвы сработал.
Мы переглянулись и улыбнулись друг другу.
— А теперь попробую проскочить отсюда вниз, прямо на аллею, — сказал я.
— О нет-нет! Это слишком далеко! И заметить могут!
— Не заметят. Встреть меня внизу, за елями.
Лёва не стал больше спорить и выскочил из комнаты. Любопытство победило. Ну а я, выждав минут десять, снова отправился в Небытие.
Было страшно.
Правда, страшно. Одно дело, когда ты телепортируешься на несколько метров, а другое — когда с высоты сотен этажей вниз.
И снова меня поглотило белое ничто.
Дыхание замерло на вдохе, пространство исказилось... потемнело... сузилось до туннеля...
Секунда.
Вторая.
Меня потащило внутрь туннеля, прямо к высоченным елям. Сердце пропустило удар.