Клан Волка. Компиляция (СИ), стр. 350
Сирена Железного Бутона завыла ещё громче и с надрывом, а может, мне показалось. По всей третьей башне вспыхнули красные огни, они замигали, подавая сигнал тревоги не только всей охране тюрьмы, но и тем, кто был на материке.
В небо ударили заклинания Маяка Спасения.
Над Бутоном взорвались ослепительные зелёные вспышки — это значило, что тюрьма не просто атакована, а терпит бедствие и призывает всю мощь приграничных войск империи на своё спасение.
Срезанный частокол рухнул, и наша колесница ворвалась во внутренний двор, где был вход в третью башню. Справа и слева меня по прежнему прикрывали Бахадур и мой отец.
В то же время остальные колесницы хаотично разлетелись в разные стороны и начали закидывать остров и саму башню бомбами. Часть бомб Кика Гамзо снабдила звуковым эффектом. Когда они взрывались и крушили всё вокруг, то выдавали ещё и волчье рычание. Такое, что закладывало уши.
— Пусть обгадятся от страха! — так сказала Кика.
Никто, конечно, не обгадился, но паника всё равно началась. Прогрохотало и прорычало на всю округу. Казалось, даже океан вздрогнул и поднял волны.
В ответ по нам ударила вся мощь Железного Бутона.
Снизу в нас метнулись сотни таранных волн, несущих заряды, ядовитые иглы, жреческие молитвы и специальный отравляющий газ. В бойницах сверкнули вспышки, и в один момент ударили тысячи зарядов заклинаний, мерцающие ядра полетели со всех сторон.
Но тут подоспел мой отец.
Он вскинул руки, его глаза вспыхнули красным огнём фагнума. Мощный удар телекинеза оборвал полёт ядер и отправил их обратно в бойницы.
Воздушные маги успели развеять отравляющий газ.
В то же время Бахадур прямо с колесницы отправил потоки холода вниз и ударил ледяными копьями. Он сыпал ими сверху и метко целился в каждого охранника, но особенно в Жрецов, чтобы их заткнуть. Потом он соскочил с повозки прямо над полем битвы и побежал по ледяным пластинам, которые замораживал в воздухе.
Увидев это, воздушный маг Рой, что управлял моей колесницей, даже открыл рот.
— Это что, тот убогий крот?..
Подземный маг нёсся по воздуху, держась на высоте без Сферы Эфира, а на одном лишь Цуо и ловкости. В него били заряды заклинаний, но бронированная чешуя выдерживала удары.
Бахадур устремился к стене третьей башни, всё выше и выше. Он лавировал между ядрами заклинаний, летящих из бойниц, и подбирался к стене всё ближе. И вот уже около самой цели его всё-таки сбило ядром.
Раздался взрыв.
Бахадура отшибло в сторону, и он полетел вниз.
Рой молниеносно отдал приказ другому воздушному магу, и тот рванул на помощь старику.
— Дай ему Эфир!!! — рявкнул Рой.
Тело Бахадура тут же подхватило вихрем, старик развернулся и снова заморозил льдину, на этот раз только одну. Он встал на неё, как на летающую доску, закрепил ноги и подал знак воздушному магу.
Они поняли друг друга без слов!
Очередной поток воздуха подтолкнул Бахадура, как на волне. Старик ловко покорил её и начал снова продвигаться вверх к башне. Его скорость была огромной, ледяная доска виртуозно скользила по вихрям, и за считанные секунды Бахадур успел заморозить почти все бойницы на стене. Одну за другой, он покрывал их толстенным ледяным панцирем, который так просто не пробить даже огнём.
— А он хорош!!! — в восторге заорал Рой. — Где ты взял этого крота, Колид?!
— Под землёй! — крикнул я, стараясь не отвлекаться на его восторги.
Сверху отлично было видно, как к третьей башне стягивается охрана с других четырёх островов — именно этого я и добивался. Пока не подоспела подмога с материка, Железный Бутон бросил на борьбу со мной все свои силы. Возможно, они надеялись захватить меня в плен или уничтожить, а для этого все средства хороши.
Ну что ж.
Настало время действовать, ведь это была всего лишь разминка.
Я переглянулся с отцом, который летел на соседней колеснице. Мы кивнули друг другу и оба одновременно воспользовались Сферой Небытия, чтобы переместиться с боевых повозок прямо во внутренний двор тюрьмы.
У моего отца тоже имелся атлас, и он научился им пользоваться не хуже меня.
Уже через секунду мы оба были уже на земле и немедля бросились в бой. Два Колида атаковали ряды охраны, сметая всё на пути. Отец крушил и громил округу телекинезом. Поднимал в воздух сразу десятки срезанных стальных столбов и обрушивал их на стражей Бутона.
Я же тем временем орудовал мечом и щитом.
Мы специально сеяли хаос и нагоняли ужас на всех, кто нас видел. А нас должны были увидеть все.
Вокруг продолжали взрываться бомбы, рычание почти не прекращалось, воздушные маги специально подхватывали звук Сферой Эфира, усиливали его и эхом распространяли над башнями и в океане.
Это наводило такой ужас и неразбериху, будто на тюрьму со всех сторон разом напала стая исполинских волков.
И вот когда хаос охватил весь третий остров, я подал отцу знак — вскинул руку с мечом вверх. Отец понял, что это значит, и ещё активнее продолжил крушить всё вокруг, отвлекая внимание на себя.
Ну а я снова начертил знак Небытия.
Он должен был перенести меня туда, где никто не ждал — совсем в другую башню...
Эпизод 12
Меня перенесло в то самое место, где я когда-то уже бывал больше года назад. В один из коридоров пятой башни с единственной серой дверью.
Я оказался прямо перед табличкой с надписью:
«ДОПРОСНЫЙ ЗАЛ № 6. Старший инспектор Е. Е. Бык»
Именно тут меня допрашивала сотрудница Железного Бутона, агент под прикрытием Елизавета Бык, которая в Академии изображала секретаря Адриана Коровина, учителя для самой отстающей группы Витязей.
Ни Лиза Бык, ни её подчинённый инспектор Суров, мне были не нужны. Мне нужна была пятая башня. Это было административное здание тюрьмы. Здесь не имелось камер для заключённых и уж тем более для тех, кого собираются казнить.
Самое удобное место, чтобы их тут спрятать, пока наследник Колидов будет всеми силами атаковать третью башню и подставляться под удар.
В этом меня ещё раз убедили слова Горо Исимы про то, что он слышал странное бурление в море именно возле пятой башни. А ведь он ни в чём не соврал: ни в том, где может ждать охрана, ни в схемах башен — ни в чём.
Я шагнул к двери и прислушался — тишина, никого.
После этого нарисовал знак Небытия и перенёсся сразу внутрь зала. Там было пусто, поэтому я сразу же направился к внутренней двери, ведущей в служебные помещения.
По всем коридорам мигали красные тревожные лампы, вой сирен доносился отовсюду, а где-то внизу, на лестнице, слышалось топанье множества ног. Все спешили на помощь третьей башне.
Отлично. Бегите, ребята.
Я выждал, когда топот стихнет, и бесшумно двинулся по коридору, но тут со стороны лестницы раздались негромкие голоса.
— Проверь все залы. Начни с нашего. Живее.
— Есть.
В голом коридоре без ниш и мебели деваться было некуда, поэтому я использовал образ Следопыта, быстро вскарабкался на стену и замер в углу у самого потолка на повороте коридора.
Мимо меня в сторону шестой допросной пробежал человек. Его я узнал сразу: по фуражке, кожаному пальто и длинной косе чёрных волос. В руке он держал трубку-метатель заклинаний.
Это был инспектор Суров.
Самой Елизаветы Бык пока не было видно. Суров пробыл в допросной совсем недолго и сразу же отправился обратно.
— Там пусто, инспектор, — доложил он на ходу. — Проверю остальные.
— Хорошо. Мне не нравится, что он так открыто атаковал третью башню. Это не похоже на Волкова. Он ведь догадывался, что мы его ждём.
— В пятую башню он не полезет, здесь не держат заключенных. Начальник же сказал, что...
— Не болтай! Проверь всё и быстро иди вниз! Жду тебя там!
Опять раздались шаги по лестнице, в этот раз ведущей наверх, и в коридоре всё стихло, но я всё равно не спешил спускаться. Мой Следопыт ощущал присутствие людей.
В прошлый раз я отлично запомнил запах инспектора Лизы, как и запах её помощника. И сейчас они оба были здесь. Лиза так и не ушла из коридора, а Суров громко прошелся по ступеням, а потом бесшумно вернулся обратно.