Клан Волка. Компиляция (СИ), стр. 169

— Вот это взгляд, господа-а-а! Ух! Он будто стреляет мне в голову!.. Поглядим, что будет дальше! Но скажу сразу, что такой тактики защиты от Светового Слома мы ещё не видели! Слабый резерв почти не даёт защиты от Света и Боли! Но наши ребята совсем непросты, как я и говорил!..

Что он ещё там говорил, я уже не услышал.

В небе оглушающе прогудела сирена, а затем на весь остров объявили милым женским голосом:

— Команда Юрия Лисина выбывает из турнира! Первый курс, средне-сильная группа! Причина: срочный вызов Целителя! Ожоги глаз!

Следом снова проорала сирена, и прозвучало следующее объявление:

— Команда Ольги Шиловой выбывает из турнира! Первый курс, средне-слабая группа! Причина: срочный вызов Целителя! Ожоги глаз!

Я переглянулся с остальными.

Значит, не только мы отхватили атаку Светового Слома, но и другие. И, похоже, выбыли как раз те самые команды первокурсников, что шли сразу за нами.

— Всё. Надо идти, — сказал я, оглядев уставшие лица, — у нас не так много времени. По дороге в себя придёте.

Отряд без возражений двинулся дальше, к следующему отрезку маршрута.

Покинув наконец злосчастную рощу, мы вышли к пологому склону. Внизу, в небольшой ложбине, блестела пойма ручья, и чтобы продолжить маршрут, надо было просто перейти на другую сторону, подняться на пригорок и следовать вдоль русла.

Казалось бы, что может быть проще? Можно было даже не останавливаться и идти по прежней схеме, но у самого склона я остановил команду.

— Перегруппируемся и рассредоточимся по двое. Лёва, Исидора, идёте первыми. Эд и Тарас, страхуете, но на расстоянии.

Для разведки территории я выбрал из группы самых низкорослых, вёртких и малогабаритных ребят. Если иметь дело с заклинаниями, то лучше, чтобы в цель было сложнее попасть издалека.

С заклинаниями я имел не слишком долгие отношения, но успел повидать немало коварных атак, от паралича до сплошного града и смертельной ловушки. Любое из них ничем хорошим для нас не закончится.

При этом я отлично понимал, что избежать их тоже не получится, поэтому стояла задача минимизировать потери и пройти отрезок хотя бы вразнобой. Тут всё будет зависеть не от слаженности команды, а от навыков каждого в отдельности.

Что Лёва, что Исидора не раз такое репетировали, как и вся группа.

На тренировках нас так лихо забрасывали атаками, что порой казалось, нам вообще не выйти с полигона живыми. Акулина не скупилась на самые дорогие и жёсткие заклинания, вплоть до высокоранговых, поэтому сейчас группа знала, как действовать.

Все следили за тем, как пройдут первые, и ждали наготове.

Я тоже наблюдал и сразу же заметил разницу в том, что было на тренировках, и что происходило сейчас.

Лёва постоянно косился на Исидору и будто старался прикрыть её собой, а ведь они должны были идти на небольшом расстоянии друг от друга, но Лёва наоборот всё теснее жался к девушке.

Она рукой чуть отталкивала его в сторону и что-то шептала.

— Какого чёрта ты творишь? — процедил я. — Отойди от неё, придурок.

Лёва, естественно, меня не слышал и продолжал изображать рыцаря-защитника.

Голову бы ему оторвать!

Только я об этом подумал, как вдруг Исидора вместе с Лёвой... исчезли. Исчезли, будто их не было никогда!..

— Не понял... что за хрень... — прошептал рядом Андрей Котов.

Следом запаниковали остальные, а Платон Саблин вообще дёрнулся вниз со склона, но я ухватил его за плечо.

— Стойте на месте! Не двигайтесь, мать вашу! — Затем крикнул уже тем, кто пошёл следом за Исидорой и Лёвой: — Эд! Тарас! Замрите! Ни шагу больше!

Команда застыла на месте, кто где стоял.

— Что это вообще? Куда они исчезли? — с тревогой спросил Егор-Глыба.

— Это какое-то мощное заклинание, и теперь... — начала Бородинская, но я перебил её, пока не началась паника.

— Это не заклинание, но вы с этим сталкиваетесь каждый день в Академии. Это соляной знак Небытия. Его Архитекторы ставят на ступенях лестницы. А здесь этих знаков много, всё вокруг ручья ими изрисовано, по всему склону и по обоим берегам, скорее всего. Знаки как-то вложили в землю, и когда на них наступаешь, срабатывает Небытие.

Яков Вьюгин с ужасом посмотрел на склон, плотно покрытый травой.

— И как их разглядеть, чтобы случайно не наступить?

Я помрачнел.

— Разглядеть можно, но мы убьём на это кучу времени, раздвигая траву. Предлагаю сделать иначе. Я пойду первым и буду мечом резать землю, чтобы нарушить рисунок знака, а вы пойдёте за мной шаг в шаг.

— А дальше что? Тут же всё в этих знаках!

— Пойдём по ручью, прямо по его руслу. В воде знаки Небытия не действуют.

— Откуда ты знаешь? — Котов нахмурился.

— Он вообще-то Мастер Материй... — напомнила Нора Аверьянова.

Но тут влез Платон Саблин.

— А как же Исидора? Мы же её тут не бросим!

(судьба Лёвы его, конечно, не интересовала)

— Никто бросать её не собирается, — ответил я, давя панику на корню. — Надо сначала понять, куда их перенесло. Обычно Мастера Материй используют знаки Небытия и Бытия на короткие расстояния, поэтому смотрите внимательно, они должны быть где-то рядом.

Не сходя с места, все принялись оглядывать округу с холма.

Я понимал, что вряд ли с пропавшими случилось что-то серьёзное, но предчувствие беды всё же появилось.

Через несколько секунд Римма Аверьянова, что стояла ближе к краю плато, с которого открывался вид на море, вдруг закричала:

— Они та-а-а-а-ам! Смотрите! Они внизу-у-у-у!

Девушка показывала с высоты плато на воду.

— Стойте на месте, — сказал я всем, а сам отправился к Римме, стараясь наступать на камни, а не на траву.

Пропавших я увидел там, где совсем не ожидал: на торчащем из моря скалистом рифе, метров за двести от берега.

— Вот дерьмо! — вырвалось у меня. — Их перенесло за лагуну, прямо на риф!

— Так пусть плывут обратно, — бросила Бородинская.

— Исидора так и не научилась сносно плавать, даже в бассейне.

— Зато я хорошо плаваю и помогу ей, — тут же предложил Платон Саблин. — Зверев же тоже хреново плавает, он её утопит, если сам сначала не утонет.

Я глянул на него и нахмурился.

— Уверен, что справишься?

Тот кивнул.

— Брат не даст соврать, я отлично плаваю. Крошка Исидора даже моргнуть не успеет, как будет на берегу.

— Ладно. С плато спустим тебя на верёвке, тут крутой склон. Остальные пока доберутся до ручья. И не геройствуй без надобности.

Пока Платон готовил верёвки для спуска, я быстро проинструктировал остальных, как быстрее и безопаснее добраться до ручья. Вместо меня первым вызвался идти осторожный и аккуратный Яков Вьюгин.

Я же оставил с собой ребят покрепче: Егора-Глыбу, Андрея Котова и Раду Бородинскую.

Остальные начали медленное продвижение по склону к ручью. Яков мечом резал землю перед собой, тщательно проверяя, не оставил ли хоть один сантиметр нетронутым. Отряд шёл за ним след в след.

Тем временем Саблин начал спускаться к морю по практически отвесной скале. Мы держали основную верёвку и две страховочных.

Он спускался быстро и профессионально, будто только этим и занимался.

— Какой красавчик, — оценила Бородинская, глядя на него сверху.

— У тебя все красавчики, Радочка, — усмехнулся Егор-Глыба.

Та поморщила нос.

— Пф-ф, мальчики. Никто из вас, олухов, меня не достоин. Я ищу птицу высокого полёта, и это точно не вы.

— Ну-ну, — многозначительно и мрачно бросил Котов. — Обратила бы лучше внимание на Эда.

— Он всё время молчит и скучный! — рассмеялась девушка.

— Да нормальный он...

— Эй, может, потом всё это обсудите? — нахмурился я, не сводя глаз с Саблина.

Тот был уже на середине склона.

Все смолкли, сосредоточившись только на спуске, рифе и лагуне.

— Смотрите! Сейчас что-то будет! — вдруг крикнул Яков, останавливая продвижение к ручью и показывая дальше.