Как кабачок меня убил и я стала истинной двум принцам (СИ), стр. 22

Кассиан медленно разжал руки. Отец протянул ладонь и крепко сжал его плечо.

— Ты хороший повар, сын. И делай свою работу хорошо, раз выбрал ее сам, а остальное переживу.

Кассиан ничего не ответил, но отвел взгляд, на пару секунд потеряв вид серьезного и опасного ассасина. Все-таки, кем бы ты ни был, а слова родителей важны всегда… И то, что они приняли твой выбор — тоже.

Старший Рейн попрощался с нами, отдельно кивнул Мирель. Аграфена проводила его до ворот и некоторое время стояла на дороге, пока всадник не скрылся за деревьями. Видать, будет скучать. Ну ничего, пригласим в гости.

Кассиан смотрел следом дольше остальных. Потом глубоко вдохнул, развернулся и пошел к кухне.

— Все. У меня там соус остывает, и если кто-нибудь поставит в него грязную ложку..!

Я улыбнулась. Да, наш повар способен за это снести голову.

После дороги я собиралась хотя бы немного отдохнуть, но Терновый Лог быстро напомнил, что хозяйка у него одна. Тарн принес записи по урожаю, Марта хотела обсудить расписание работников на следующую неделю.

Лорен, конечно, исчез у себя в кладовой. Рейвен тоже испарился, и через час выяснилось, что он уже успел съездить на постоялый двор возле большой дороги и сообщить владельцу о полученном разрешении на торговлю.

Поэтому после обеда я сбежала на кухню просто потому, что там могли накормить впервые за день. Только возле печи ассасина не было.

Марта указала подбородком на небольшое помещение рядом с кладовой, где Мирель обычно работала с матрицами, и улыбнулась.

Я осторожно даже не заглянула, а так, подсмотрела. Мирель сидела за столом, склонившись над металлической пластиной, а Кассиан держал в руках новую печать.

— …лента чуть съедет, знак порвется при закрытии банки, так нельзя, — сказала Мирель тихо.

— Лорен спрашивает, можно ли менять размер ленты без новой матрицы.

— Можно. Я... Я завтра переделаю край, потом покажу вам, где менять размер.

Я уже хотела уйти, потому что подслушивание чужой романтики даже для меня слишком, но Кассиан заговорил раньше.

— Ты говорила, что решишь, где будешь работать дальше. И что в итоге?

Мирель положила перо и неуверенно подняла голову на ассасина.

— Терновому Логу все равно нужен маг на постоянные партии. Я могу приезжать из города, если госпожа Анна согласится. Или. Или остаться здесь, мне здесь нравится, — все тише и тише говорила магичка.

Кассиан провел пальцами по краю стола, молчал, и, клянусь, еще ни разу не видела, чтобы он так долго подбирал слова.

— Я не совсем об этом спрашивал.

Мирель чуть покраснела, но взгляда не отвела. Ее пальцы медленно сложились поверх лежавшего пера.

— Ответишь, Мирель?

— Я не уверена. То есть, вы… Вы всегда рядом. Но с другими разговариваете легко, а рядом со мной молчите. Я не понимаю… Не очень понимаю.

Кассиан медленно поднял руку и коснулся пальцами ее щеки, а я затаила дыхание, мысленно умоляя, чтобы он не напугал ее.

— Это означает, что мне хочется тебя поцеловать уже несколько дней.

Она приоткрыла губы, потом неожиданно взялась пальцами за край его рубашки. Кассиан посмотрел на ее руку и наклонился. Поцеловал нежно и осторожно — в жизни бы не подумала, что может так.

Мирель сначала сидела неподвижно, потом придвинулась сама и ответила. Ее ладонь поднялась с рубашки на шею, пальцы коснулись рыжих волос, и вот тут я уже узнала ассасина.

Он обхватил ее за талию и притянул ближе. Поцелуй стал глубже, Мирель тихо вдохнула ему в губы и крепче сжала ткань на плече.

Я улыбнулась, мысленно ликуя, и уже действительно собиралась уйти, чтобы не мешать, но под столом раздалось знакомое кудахтанье.

Кассиан оторвался от Мирель, они оба посмотрели вниз. Аграфена стояла между сапогами ассасина, держа в клюве дорогую ленту для печатей.

— Нет. Даже не вздумай!

Курица рванула к двери, Кассиан вскочил, едва не опрокинув стул, а Мирель закрыла лицо руками и рассмеялась. Мне пришлось отойти от двери, пропуская преступницу и несущегося следом повара.

— Аграфена! Выплюнь! Я тебя сегодня кормил!

Что ж… Романтика в этом доме такая.

Эпилог

Несколько недель спустя я проснулась от того, что кто-то очень тяжелый лежал у меня поперек ног. Сначала честно решила, что это Рейвен. Потом этот кто-то довольно закудахтал, и все встало на свои места.

Я открыла глаза. Разумеется… Аграфена сидела у меня на коленях и внимательно смотрела в лицо.

— Доброе утро. Кто-то из этих двоих тебя впустил?

Справа Рейвен сонно пошевелился и натянул одеяло на плечи. С другой стороны Лорен лежал на животе, уткнувшись лицом в подушку. Вчера они приехали затемно после пяти дней в столице, успели только поесть, помыться и добраться до спальни. Разговоры мы отложили до утра. А вот все остальное приятно-соскучившееся никто откладывать не собирался.

Аграфена переступила лапами и клюнула край одеяла, снова привлекая внимание.

— Ну уже все, милая, все, они живут в моей кровати.

— В прошлый раз лежала на моем дорожном плаще, — глухо произнес Лорен, не поднимая головы.

— Ты не спишь?

— После того как курица прошлась по спине? Нет.

Я вытянула ноги и осторожно сдвинула ее на свободный край кровати. За окном уже было светло, со двора доносились голоса работников и скрип колес. Терновый Лог давно просыпался раньше нас, особенно теперь, когда производство работало каждый день.

За несколько недель многое изменилось. Просто до неузнаваемости, учитывая то, что принцы все-таки иногда уезжали в столицу по делам государственной важности.

Во дворе появился отдельный навес для возвратной тары. Старую кладовую Лорен окончательно превратил в склад, а затем каким-то образом за пять дней отсутствия успел договориться о строительстве второго помещения. Рейвен нашел покупателей в двух городах и один раз вернулся с заказом такого размера, что Кассиан не разговаривал с ним до ужина.

Но это не помогло. Мы стали расширять и кухню — теперь стройка не затихала, и штат работниц тоже пополнился под управлением ассасина.

Мирель приезжала на несколько дней каждую неделю, а в остальное время оставляла подготовленные матрицы и инструкции. Виоланта была здесь раз или два в месяц и передавала заказы из столицы, разрабатывала новые этикетки.

И да.

Аграфена была на каждой.

— Вставать надо, — пробормотала я, хотя двигаться совершенно не хотелось.

Рейвен перевернулся на спину и потянул меня к себе.

— Мы пять дней исполняли государственный долг. Терновый Лог может дать еще полчаса.

Его ладонь легла на мою талию, но Лорен уже поднялся и сел на кровати. Волосы рассыпались по плечам, на спине остались красные следы от моих ногтей, и я очень старательно смотрела в сторону окна.

Потом сбросила одеяло и встала. Рейвен тут же поймал меня за бедро и притянул обратно на секунду, поцеловал в живот через сорочку, потом отпустил.

— Теперь можешь идти руководить хозяйством.

— Спасибо за разрешение, ваше величество, — поклонилась шутливо.

— Если закончили целоваться, нам нужна хозяйка! — крикнул со двора Кассиан.

Во дворе стояли Тарн, Марта, Кассиан и несколько работников. Все смотрели в одну сторону. Я проследила за их взглядами и увидела двух мужчин, которые несли от огорода огромный кабачок.

Нет.

Нет-нет-нет.

Он был чудовищным!

Толстый, длинный, зеленый, с кожицей, уже начавшей грубеть. Его несли вдвоем, уложив на старую ткань, и относились к происходящему настолько торжественно, что мне стало нехорошо.

— Что это?

Тарн расплылся в улыбке.

— Первый большой из нового урожая, госпожа! Мы специально его не снимали, ждали, пока совсем вырастет.

Работники все-таки положили кабачок на длинный деревянный стол. Он занял почти половину поверхности, и мне стало еще хуже. Ужасно… Боги. Понятия не имею, что за магия над ним поиздевалась.