Главный инженер 5 (СИ), стр. 40

— Интересно, — тихо сказал я, надевая куртку. — Только сегодня всё будет не так приятно.

Я вышел на улицу и набрал другой номер. Чтобы поговорить с Аней, мне требовался ещё один человек, и вряд ли они откажет мне в такой просьбе.

Штерн приехал к Артуру ближе к вечеру без звонка. Папку он держал под мышкой так крепко, будто в ней лежали не копии писем, а страховка на случай неприятностей. Секретарь попросила подождать, хотя за матовой дверью было тихо. Артур любил напоминать посетителям, кому здесь принадлежит время. Штерн просидел в приёмной двенадцать минут, отказался от кофе, потом всё же согласился, но сделать успел лишь один глоток.

Артур сидел за широким столом и читал документы. Пиджак висел на спинке кресла, а рядом с телефоном лежала тяжёлая печатка. Он не поднялся и не предложил гостю сесть. Штерн сел сам, положил папку перед собой и подождал. Обычно он начинал суетиться быстрее, но теперь дело касалось его денег, поэтому изображать подчинённого он не собирался.

— Проверки на Смирнова направили, — начал Штерн, когда молчание затянулось. Он провёл ладонью по краю папки и добавил: — Придут пожарные, ещё посмотрят гараж и офис. По счёту тоже попробуют задать вопросы, хотя цепляться там пока не за что. Он недавно зарегистрировался и всё оформляет сразу. Неприятная привычка для человека, которого мы хотим поймать на нарушениях.

Артур дочитал страницу, перевернул её и только тогда посмотрел на гостя.

— Ты приехал сказать, что проверяющие будут проверять? Для этого хватило бы звонка.

— По телефону я не хочу обсуждать Анжелику Орлову, — ответил Штерн и раскрыл папку. — Она тормозит дело. Не в открытую, но самые опасные для Смирнова варианты уже сняли. Документы изымать не будут, серьёзную проверку перенесли. Остались обычные визиты. Найдут огнетушитель не на той высоте или ошибку в журнале, выпишут штраф и уйдут. Так фирму не закроешь.

Артур откинулся в кресле и покрутил печатку. Новость его не удивила, но настроение испортила.

— Значит, Анжелика решила поберечь своего сантехника. Одной рукой помогает, другой проверяет, как долго он продержится. Очень на неё похоже.

— Она не бережёт его, а использует, — возразил Штерн, придвинувшись к столу. — Только непонятно, насколько далеко всё зашло. Смирнов получил объекты Крамовой, вернул к работе Богряцкого, теперь появился на базе Умярова. Если Анжелика ещё и прикрывает его от проверок, скоро у нас будет не сантехник, а отдельная организация со связями.

— Не преувеличивай, — Артур поморщился и отложил печатку. — Лика защищает собственный интерес. Как только Смирнов станет ей неудобен, она сама откроет проверяющим дверь и ещё бахилы выдаст.

Штерн кивнул, но папку не закрыл. Он вынул несколько листов и подвинул их через стол.

— Пока она решает, удобен ей Смирнов или нет, у нас проблемы с управляющими. Двоих уже вызывали на беседы, у одного запросили договоры. Некоторые отказываются принимать оборудование по старой схеме. Требуют настоящие накладные и гарантию производителя. Скоро, чего доброго, захотят, чтобы техника ещё и работала.

— Найдём новых управляющих, — спокойно сказал Артур, едва взглянув на бумаги.

— Ты говоришь так, будто они растут возле каждой котельной, — Штерн расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — Новый человек сначала просит много денег, потом долго боится. Через полгода решает, что без него всё развалится, и требует долю. Старые хотя бы знали правила. Если менять их сейчас, поставки встанут.

— Не встанут, просто изменятся маршруты. Те, кто после первого вызова в отдел вспоминает о совести, всё равно бесполезны. Честный хотя бы сразу говорит, что в схему не полезет.

— Хорошо звучит, — Штерн криво усмехнулся. — Только мне придется все поставщикам объяснять, а они не принимают красивые слова вместо оплаты.

— Те, кто продолжит работать, деньги получат. Остальным напомни, что рынок на их складах не заканчивается.

Штерн посмотрел на Артура исподлобья. Тот по-прежнему говорил так, будто заменить можно было любого, кроме него самого. Раньше эта уверенность успокаивала. Теперь слишком многие «заменяемые» начали давать показания или терять должности. Если вынимать из механизма детали одну за другой, он в конце концов переставал работать.

— Есть ещё один вопрос, — сказал Штерн и постучал пальцем по папке. — Про девочку.

Артур убрал руку от печатки.

— Какую девочку?

— Дочь диспетчера Смирнова. Не делай вид, что не слышал. Её увёз брат матери, потом ребёнка нашли в промзоне. В тот же день загорелось ТСЖ, а в изоляторе полезли к Сысоеву и Кабану. Для совпадения получилось слишком аккуратно.

Артур медленно поднял взгляд.

— Что именно ты хочешь узнать?

— Это сделали твои люди?

В кабинете стало тихо. За дверью включился принтер, и несколько секунд было слышно, как он тянет бумагу. Артур смотрел на Штерна, ожидая, что тот испугается собственного вопроса. Штерн сцепил пальцы на животе и остался сидеть.

— Тебя это не касается, — наконец произнёс Артур.

— Значит, касается, просто мне не положено знать, — Штерн пожал плечами. — Ответ плохой, но понятный.

— Другого не будет.

— Тогда послушай, зачем я спросил, — Штерн наклонился вперёд, стараясь говорить ровно. — Похищение ребёнка не похоже на давление. Оно похоже на панику. Смирнов после такого не испугается и фирму не закроет. Он полезет глубже, а полиция начнёт охранять его людей. Если это была самодеятельность кого-то из твоих, то сантехнику оказали большую услугу.

Артур поднялся и опёрся ладонями о стол. Он был заметно крупнее Штерна и привык, что этого хватало для понимания. Штерн тоже встал, но остался на месте. Между ними был стол, и обоих это устраивало.

— Выбирай слова осторожнее, Аркадий, — тихо сказал Артур. — Ты слишком долго работал рядом с влиятельными людьми и начал считать себя одним из них.

— На моих подписях держится половина твоих поставок, — ответил Штерн. Голос дрогнул, но взгляд он не отвёл. — Поэтому не разговаривай со мной как с водителем, который перепутал ворота. Если из-за чужой глупости полезут в мои фирмы, проблемы будут у всех.

Артур несколько секунд молчал. Штерн был труслив, когда опасность подходила близко, но глупцом не был. Сейчас его удерживала не смелость, а понимание собственной цены. Он знал схемы и старые договорённости, без которых часть бизнеса пришлось бы собирать заново.

— Девочка вернулась домой, — сказал Артур, снова опускаясь в кресло. — Значит, обсуждать нечего. Лучше займись подрядчиками и объясни им, что не надо падать в обморок от каждого звонка из полиции.

Штерн остался стоять и прижал папку к боку.

— Против обычного сантехника слишком много движения, тебе не кажется? Проверки, слежка, история с ребёнком. Он забрал несколько объектов, а вы ведете себя так, будто он собирается отнять город.

Пальцы Артура сжались на подлокотнике. Смирнов появлялся там, где его никто не ждал, вытаскивал старых людей Орлова и находил давно спрятанные связи. Обычным сантехником его уже никто не считал, но признавать это вслух Артур не собирался.

— Лишнюю суету создают те, кто начинает нервничать раньше времени, — ответил он. — В том числе ты.

— Я нервничаю, когда вижу расходы без результата, — Штерн выпрямился. — Это называется учётом.

Артур коротко усмехнулся, но взгляд остался холодным.

— Хорошо, продолжай считать. Проверки не отменяй. Пусть приходят законно и записывают всё, что найдут. Если Лика снова вмешается, выясни, через кого она действует. По управляющим подготовь замену, начни с тех, кого уже вызывали в полицию. А Смирнова пока не трогай без моей команды.

— Забыть человека, который забрал мои объекты и вернул Богряцкого к работе, я не смогу, — Штерн закрыл папку. — Но лишнего делать не стану. У меня, в отличие от некоторых, нет привычки похищать детей, когда заканчиваются деловые доводы.

Артур резко поднял голову. Штерн уже пошёл к двери, но возле неё задержался. Страх на его лице стал заметнее, однако забирать слова обратно было поздно.