Девять месяцев. Случайный наследник Морозова (СИ), стр. 15
За сдвинутыми в центр столами замечаю жарко спорящую компанию из шести человек.
–Убытки будут колоссальные! – Патетично заламывает руки интересный худощавый мужчина в синей униформе и колпаке. – Овощи, фрукты, мясо…
–Можно же сделать заготовки! Заморозки… – предлагает эффектная девушка в черном приталенном комбинезоне .
–Заморозки! О, Модонна! Она предлагает мне заморозить томаты! А перцы? А баклажаны? Грибы?
–Дамир Алексеевич, ну это неконструктивно! Я предлагаю варианты! – Психует девушка. – Артур, ну скажи им! Сотни ресторанов используют заморозку для сокращения убытков…
–Именно поэтому, мы находимся первыми в списке этой сотни, – перебивает ее большой бородатый мужчина.
Дамир Алексеевич молчит, слепо глядя в пространство перед собой.
–У меня знакомые держат столярку. Они могут сколотить столы. Но только в чистовой обработке. За сутки больше просто не успеют. – Вступает в диалог молодой и стильный парень.
–Поменять стекло на доски? – Подкатывает глаза девушка в комбинезоне.
–Ну а почему нет?! – Задумчиво крутит ключи парень. – Можно закрыть белыми скатертями на Европейский манер.
–Это подрывает концепцию ресторана!
Снова уходят в горячий спор.
Не смея перебивать, осматриваюсь, пытаясь оценить, чем поражало воображение посетителей заведение до случившегося погрома.
По ощущениям это был стильный фьюжн, переходящий в эклектику с тематическими зонами. Сложно. Тот, кто задумывал интерьер, был настоящим художником! Хотя… кто мог им быть, кроме того самого человека, в квартире которого я живу….
По стене в торце зала разбросаны крупные золотые рисунки, будто наскальная живопись по бежевому полотну с черными жесткими молдингами. Открытый камин, парящий в воздухе над камнями. Удивительно, что он остался цел! Стена напротив – наоборот уводит в строгость. Здесь окна в пол. Нет диванов , но зато много современных картин в тяжелых рамках. Хрусталь в шкафах витринах. Причудливые источники освещения. Птицы…
Третья стена – самая близкая к детской зоне. Тут неожиданно появляются цвета и зелень. Ковры. Зеркала. Массивные буфеты с книгами и элементами посуды…
Сезоны! Доходит до меня. Ну конечно!
Странное ощущение давящего постороннего внимания приводит в чувства.
–Что простите? Вы кто? Почему в ресторане посторонние? – Прокатываются вопросы по залу эхом.
Делая панический шаг назад, встречаюсь по очереди взглядом с каждым из компании человек, разговор которых случайно подслушала.
И в этой случившейся тишине, когда я не могу произнести ни слова, Морозов вдруг встает и идет ко мне на встречу. Забирает из рук куртку и жестом подзывает кого–то из работающих в зале ребят.
–Повесь. Будь добр…
Я заливаюсь смущением, потому что бровь женщины в комбинезоне удивлённо ползет вверх.
–Коллеги, познакомьтесь, – выдает Дамир Алексеевич. – Наш новый кондитер Анастасия. Испытательный срок две недели. Прошу любить, жаловать и помогать освоиться. Кстати, вы верно заметили, Настя, что наш ресторан оформлен в концепции сезонов.
О, Господи! Я что? Сказала это вслух?
–И именно сейчас мы думаем, как восстановить его за ближайшие сутки. У вас есть идеи?
Кусая губы, мечусь взглядом с «коллег» на стены вокруг.
Мне точно нужно что–то говорить? О, Господи, это так сложно! Хотя бы потому, что моего мнения так давно никто не спрашивал!
–А что…. – шепчу, боясь показаться идиоткой. – А что если развить тему сезонов в образы? Я читала меню. Там можно это сделать.
Морозов хмурится.
–Так, продолжайте...
–Чтобы сэкономить, нужно быстрее тратить повторяющиеся продукты. А сложные типа трюфеля оставить как украшения. Для этого, правда, нужно убрать треть меню…
–Поподробнее, – складывая руки на груди, кивает Дамир Алексеевич.
–Если зона осени вдруг станет зоной зимы, то мы сможем подавать в ней мясо. Моно блюда с гарнирами и соусом на выбор. Комплиментарно добавив вино, учитывая вес конечного продукта.
–Это же бред. Дамир Алексеевич запретил менять меню! – Фыркает девушка.
Достает электронную сигарету и затягивается ею, выпуская в потолок пар.
–А мне нравится идея, Луиза. – неожиданно басит бородатый мужчина. – Я всегда замечал, что зимой люди садятся в зал с огнем чаще и заказывают мясо. Особенно сейчас, когда интерьерные артефакты утеряны, и у нас есть фактически только стены.
–Хорошо, а что вы собираетесь делать с зимой? – Раздраженно спрашивает девушка. – Это вообще–то бар!
–А бар станет «белой» зоной. Летом!
–Летом?
–Да.… – облизываю губы. – Я никогда сама не была, но сокурсники показывали фото. Он так ещё называется тот фестиваль. Синсон? Или…
–Сансайшн! – Предсказывает мне парень. – А что? Мне нравится! Что–то из бурной молодости.
Присматриваюсь к нему лучше. Может быть, он не такой и молодой?
–Дамир! Почему ты молчишь? – Психует Луиза. – Почему ты вообще слушаешь человека с улицы?!
–Может быть, потому что она предлагает решение? – Прищуривается Морозов. – И мы сможем спасти стены в районе бара, закрыв их зеркальными панелями. Они пострадали сильнее всего.
–А центральную зону я заберу на себя! Аморе Мио! Только классика! Сочные овощи и паста! Горячие блюда!
–Куда же вы собираетесь деть салаты? – Не успокаивается Луиза.
–В лето.… – пожимаю плечами. – Отдадим зону с диванчиками для коротких встреч. Салаты, десерты, чай, кофе… когда не хочется ничего тяжелого.
–И люди будут рассаживаться согласно тому, что собрались есть? Это бред! Половина из них понятия не имеет, чего хочет!
–В вот это выяснить уже твоя задача! – Рявкает Морозов. – Все! Мне концепция подходит. Связываетесь с подрядчиками. Анастасия, за мной в кабинет!
Кивает всем и стремительно идет в небольшой коридор.
–Дамир Алексеевич?!
Мы с Луизой окликаем его в слух, совпадая интонацией.
–Я что–то не так сказал? – Оборачивается. – Всем за работу!
Глава 18. Ответственность
Глава 18. Ответственность
Дамир Морозов
Рассматриваю раскрасневшуюся от жара кухни Настю. Красивая… Готовилась к встрече с коллективом. Мда? Мда…
А попала снова прицельным в мое сердце. И как обыкновенному тестостероновому пацану мне хочется подергать ее за эти кудряшки, что высыпаются из–под сетчатой шапочки и обрамляют нежное лицо.
Заливая песочные корзиночки красивыми шапками крема, Настя закусывает губу. Старается. Улыбается, любуясь работой.
На столе стоит несколько кондитерских досок с десертами. Чтобы сильно не драконить народ, договор на испыталку с ней будет подписан после дегустации.
Настя устало мнется с ноги на ногу. Болит? Ну конечно! Она с обеда на ногах. А сейчас уже… шесть вечера.
Мне хочется принести ей стул или вообще – поросить больше не работать. Зачем? Я бы мог…
Ничего ты Морозов бы не мог! Своими проблемами займись!
Видимо, почувствовав мое присутствие, Настя оборачивается.
–Оо… Дамир Алексеевич. У меня почти все готово.
–Вижу.
Мое сердце начинает стучать быстрее от ее смущенной улыбки и перепачканых в муке щек с ямочками. Девчонка ещё совсем, а уже сама скоро будет с ребёнком. От мужа…
Почувствовав волну горячего удушья, дергаю верхние пуговицы рубашки.
–Хотите…
Очень хочу. Много чего такого, что во всем цивилизованном мире называется «харасментом».
–Хотите первым попробовать, – мнет Настя в руках полотенце. – Я могу попросить вам чай налить…
–Это ты в моем ресторане решила мне чай налить? – Резковато хмыкаю.
А нехрен тут задницей крутить перед моими сотрудниками. Сергей известный дамский угодник. Уже сдружились?
–Я…. – тушуется Настя. – Извините. Просто хотела, как лучше.
–Попробую в общем порядке. Если все готово, то вернусь с Шефами через десять минут.
–Хорошо…
Проходя мимо зала, слышу, как Луиза снова отрывается на официантах.