Демон для неудачницы (СИ), стр. 25

Я продержалась три дня. На четвертый, когда Вейрон отлучился проверить защитные чары вокруг особняка, я достала дневник из угла. «Просто посмотрю записи о заклинаниях, — убеждала я себя, перелистывая страницы. — Ничего личного».

Но это оказалось сложнее, чем я думала. История той девушки неразрывно переплеталась с описаниями ритуалов, её чувства проступали даже сквозь самые сухие магические формулы.

«…нашла способ усилить защитный контур. Тени можно переплести особым образом — как кружево, только из тьмы. Он показал мне этот узор. Его пальцы скользили по моим запястьям, направляя движения, и я едва могла сосредоточиться на…»

Я торопливо перевернула страницу, стараясь не обращать внимания на то, как сжалось сердце. Следующий разворот был исписан схемами и рунами.

«Для путешествия сквозь тени важно настроиться на их ритм. Тьма дышит, движется, живёт своей жизнью. Нужно слиться с этим потоком, стать его частью. Тогда можно скользить между мирами, как по шелковым нитям. Главное — удерживать в памяти точку выхода, иначе…»

Это было уже интереснее. Я впилась глазами в схему, показывающую правильное сплетение теневых потоков. Мы с Вейроном уже пробовали что-то похожее, но у меня получалось далеко не всегда.

«Древняя магия живет своей жизнью. Ее нельзя приручить — можно только договориться. Каждое заклинание — это песня, каждый ритуал — танец. Тени любят музыку, особенно если петь на их родном языке. Вот основные созвучия…»

Дальше шли странные символы, похожие на нотную запись, только руны вместо нот. Я провела пальцем по строчкам, и они словно завибрировали под кожей, отзываясь тихим гулом.

«…научилась сплетать тени в живые формы. Они откликаются на зов, словно котята на молоко. Самое сложное — удержать задуманный образ, не дать ему расплыться. Вот несколько якорных рун, которые помогают стабилизировать…»

Я жадно вчитывалась в описание техники. Это могло пригодиться — мои теневые конструкции всё ещё были нестабильными, особенно когда я нервничала.

«…есть способ спрятать своё присутствие от чужих глаз. Тени могут укрыть не только тело, но и саму суть мага, его силу. Для этого нужно…»

— Интересное чтение?

Я вздрогнула. Вейрон стоял в дверях, прислонившись к косяку с обманчиво расслабленной позой. Но я уже научилась читать его — напряжение выдавали сжатые челюсти и слишком пристальный взгляд.

— Я просто… — начала я, но он перебил:

— Изучаешь старые техники? — его голос звучал обманчиво легко. — И как, что-нибудь полезное?

— Вообще-то, да, — я указала на страницу с описанием теневых форм. — Здесь есть интересные заметки про стабилизацию конструкций. И про путешествия сквозь тени…

— Покажи.

Он подошел ближе, склонился над дневником, и я почувствовала, как по телу пробежала знакомая волна жара. Его присутствие рядом всегда действовало так — словно кто-то усиливал все ощущения на порядок.

— Эти руны, — его палец скользнул по странице, почти касаясь моей руки. — Они…

Он осекся. Видимо, тоже заметил на полях страницы неровную запись: «Его близость туманит разум. Сила внутри отзывается на каждое его движение, словно…»

— Достаточно на сегодня, — резко произнес он, отстраняясь. — Если хочешь практиковать новые техники, начнем с чего-нибудь попроще. Например, с маскировки ауры.

Я кивнула, радуясь смене темы. Но даже когда мы приступили к тренировке, в голове всё ещё звучали строчки из дневника. Та девушка… она чувствовала то же самое. Понимала ли она тогда, чем всё закончится? И главное — пойду ли я по её стопам, или сумею найти свой путь?

Глава 19

— Сосредоточься! — голос Вейрона хлестнул подобно кнуту. — Еще раз!

Я стояла посреди подвала, тяжело дыша. Тени вокруг меня клубились беспокойным морем, отзываясь на моё состояние. Мы тренировались уже несколько часов, и усталость начинала брать своё.

— Я пытаюсь, — процедила я сквозь зубы, снова формируя из теней защитный купол. — Но они… сопротивляются.

— Конечно сопротивляются, — он шагнул ближе, и по моей коже пробежали мурашки от его близости. — Ты пытаешься их контролировать. А нужно…

— Стать их частью, — закончила я. — Я помню. Как в дневнике.

Он замер на мгновение — как всегда при упоминании дневника, но тут же взял себя в руки.

— Тени — это не просто отсутствие света, — его голос стал мягче, почти гипнотическим. — Это живая материя. Первородная тьма, из которой родились все миры. Почувствуй её ритм.

Я закрыла глаза, прислушиваясь к движению сил вокруг. Тени скользили по коже, шептали на своём древнем языке.

— Вот так, — теперь его голос звучал совсем близко, прямо над ухом. — Не пытайся подчинить их. Попроси.

Его ладони легли мне на плечи, и по телу пробежал электрический разряд. Тени отозвались мгновенно, закружились вокруг нас в замысловатом танце.

— Теперь начинай плести узор, — шепнул он. — Как в тех схемах, что ты нашла.

Его руки скользнули по моим рукам, направляя движения, и на мгновение я забыла, как дышать. Его прикосновения обжигали и даже ткань не спасала от этого жара, а сила внутри отзывалась на каждое его движение, сплетаясь с его тьмой в единый поток.

Тени послушно свивались в защитный купол, но теперь он был другим — не просто барьер, а живая, дышащая конструкция. Я чувствовала, как тьма поёт вокруг нас, как наша общая магия резонирует в такт этой песне.

— Хорошо, — выдохнул Вейрон мне в висок, и от его горячего дыхания по спине пробежали мурашки. — А теперь…

Он не договорил. Потому что в этот момент я невольно откинула голову ему на плечо, и что-то изменилось. Воздух между нами загустел, наполнился электричеством. Его руки на моих запястьях сжались сильнее, а дыхание сбилось.

— Кайла… — в его голосе появились новые нотки — хриплые, почти умоляющие.

Тени вокруг беспокойно затрепетали, отзываясь на наши эмоции. Я чувствовала, как его сердце бьется где-то у моей лопатки — слишком быстро для древнего демона.

«Его близость туманит разум», — всплыли в памяти строчки из дневника. Как же она была права…

— Мы должны остановиться, — произнёс он, но его руки всё ещё держали мои запястья, а тело оставалось опасно близко.

— Должны, — согласилась я, не двигаясь с места.

Тени сгустились вокруг нас, отрезая от внешнего мира. Было что-то почти священное в этом моменте — только мы двое, окруженные живой тьмой, и песня древней магии в крови.

Его пальцы невесомо скользнули вверх по моим рукам, оставляя за собой дорожки огня. Я задрожала, и тени отозвались на мою дрожь, заколебались подобно живому пламени.

— Это опасно, — прошептал он, но его руки уже развернули меня и притянули ближе. — Слишком опасно…

— Почему? — я подняла голову, встречаясь с его взглядом. В золотом пламени его глаз плескалась такая жажда, что у меня перехватило дыхание.

— Потому что… — он наклонился ближе, его дыхание коснулось моих губ. — Потому что я не смогу остановиться.

А потом он меня поцеловал.

Это было подобно удару молнии — вспышка силы, от которой перехватило дыхание. Его губы обжигали, как раскаленный металл, а тьма вокруг взорвалась фейерверком. Наша магия сплелась в единый поток, и на мгновение я перестала понимать, где заканчиваюсь я и начинается он.

Его руки скользнули по моей спине, прижимая плотнее, словно он боялся, что я исчезну. Я вцепилась в его плечи, чувствуя, как подгибаются колени. Тени вокруг пели на своём древнем языке, а сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

А потом… потом он резко отстранился, и я едва не упала, утратив опору. В его глазах плескался такой ужас, что у меня всё внутри оборвалось.

— Нет, — выдохнул он, делая шаг назад. — Нет-нет-нет…

— Вейрон…

— Это ошибка, — его голос дрожал. — Я не должен был… Мы не можем…

— Почему? — я шагнула к нему, но он отшатнулся.

— Потому что я уже совершил эту ошибку однажды! — рыкнул он, и тени заметались по стенам. — И цена… цена была слишком высока.