Истинность отменяется, дракон! (СИ), стр. 59

— Что теперь? — спросила я.

Эрвин посмотрел на огромный Зал.

— Здесь нам лучше не оставаться.

— Палата больше не пытается меня задержать.

— Зато Совет через несколько минут вспомнит, что вы центральный свидетель.

— Вы тоже.

— Именно поэтому предлагаю воспользоваться коротким промежутком, пока они заняты Флавией.

— Куда?

Он задумался.

— В коридор.

— Впечатляющий план.

— После последних двух дней я начал ценить места, где нет древних магических механизмов.

— Поддерживаю.

Мы направились к боковому выходу. На этот раз никто нас не остановил. Люди всё ещё обсуждали произошедшее. Некоторые узнавали Эрвина и отходили, освобождая дорогу, но теперь я замечала, что смотрят на него иначе. Не только как на главу Кастен. На человека, который публично отказался от привилегии собственного рода.

Он замечал взгляды. Не показывал. В коридоре оказалось почти пусто. Тяжёлые двери закрылись за нами, и гул Великого Соединения сразу стал тише. Я остановилась. Эрвин прошёл ещё пару шагов и тоже остановился. Мы стояли друг напротив друга. Без зрителей. Как во второй главе, когда он впервые спросил, кто я.

Только теперь вопросов стало ещё больше. И один из них был гораздо опаснее всех предыдущих. Эрвин поднял руку. Посмотрел на чистое запястье.

— Действительно ничего.

— Разочарованы?

— Не знаю.

— Удобный ответ.

— Научился у вас.

— Я так не говорю.

— Говорите чаще, чем думаете.

Я улыбнулась. Он тоже. Потом улыбка исчезла. Эрвин сделал шаг ко мне. Я ждала знакомой магической реакции. Её не было. Только моё собственное внимание. Собственное дыхание. И мужчина, которого я хотела видеть ближе. Он остановился на расстоянии, которое теперь ничто не сокращало за нас.

— Странно, — сказала я.

— Что?

— Раньше я чувствовала, когда вы подходили.

— Я тоже.

— А сейчас нет.

— Нет.

— Хорошо.

Он приподнял бровь.

— Вы уверены?

— Нет.

— Честно.

— Вы опять.

— Не смог удержаться.

Я посмотрела на его руку.

— Что с драконом?

— Тихо.

— Это плохо?

— Не знаю.

— Он больше не реагирует на меня?

Эрвин прислушался к чему-то внутри себя. Я не могла знать, что именно он чувствует. Но увидела, как меняется его взгляд.

— Реагирует.

— Как?

— Иначе.

— Очень содержательно.

— Магического требования больше нет.

Я замерла. Он произнёс то же, что говорил в карете несколько дней назад после исчезновения первой метки. Только тогда оставалось сомнение: возможно, связь сохранилась в какой-то другой форме. Теперь Первый принцип очистил Реестр. Метка исчезла полностью.

— А что есть? — спросила я.

Эрвин смотрел на меня.

—Я.

Сердце предательски ускорилось. На этот раз я даже не могла обвинить магию.

— Опасный ответ.

— Уже говорил похожее.

— Помню.

Он подошёл ещё на шаг. Я не отступила.

— Сольвейг.

— Да?

— Наш договор.

— Что с ним?

— Он был нужен для доступа к архиву.

— И для регулирования вашего поведения.

— Особенно моего.

— Именно.

— После сегодняшнего Великого Соединения закрытый фонд, скорее всего, перестанет существовать в прежнем виде.

— Надеюсь.

— Значит, причина фиктивной помолвки исчезла.

Вот он. Момент, которого я одновременно ждала и боялась.

— Вы хотите расторгнуть?

Эрвин посмотрел на меня так, будто вопрос его удивил.

— А вы?

— Вы первый спросили.

— Нет. Я констатировал.

— Ужасная привычка.

— Сольвейг.

— Не произносите моё имя вместо аргумента.

— Иногда помогает.

— Ни разу.

— Продолжаете отвечать.

Я рассмеялась. Совершенно не вовремя. Как в первый день. Может быть, поэтому стало легче.

— Хорошо, — сказала я. — Что вы пытаетесь спросить?

Эрвин помолчал. В Зале за дверями всё ещё спорили люди. Где-то далеко звонил церемониальный сигнал, который теперь никому не был нужен. Моя рука оставалась чистой. Его тоже. Никакой судьбы между нами. Никакой надписи. Никакой причины, кроме той, которую мы сами выберем. Эрвин посмотрел на моё запястье, потом на своё.

И снова на меня.

— Ну вот. Теперь судьба ничего от вас не требует. Вы останетесь?

Глава 12. Выбор

— Нет.

Эрвин побледнел. Совсем немного, но после нескольких дней, за которые я научилась замечать самые незначительные перемены в его лице, этого оказалось достаточно. Он не отступил. Не спросил почему. Не попытался убедить. Только серые глаза стали неподвижнее, а пальцы правой руки медленно сжались и снова разжались.

Теперь мне стало почти стыдно. Почти. Я выдержала паузу ещё несколько секунд.

— Если вы снова собираетесь решать за меня.

Эрвин моргнул.

— Что?

— Вы спросили: «Вы останетесь?» Так, будто уже придумали правильный ответ, а мне осталось либо подтвердить его, либо разочаровать вас.

На его лице появилось выражение человека, который пытается понять, действительно ли сейчас услышал это.

— Сольвейг…

— Нет. Вы сами несколько дней учили меня, что решение должно принадлежать тому, кто его принимает.

— По-моему, было наоборот.

— Значит, я хорошо учусь.

Он закрыл глаза. Очень ненадолго. Когда снова посмотрел на меня, бледность уже исчезла.

— Вы специально выдержали паузу?

— Возможно.

— Достаточно длинную.

— Я хотела убедиться, что ответ производит впечатление.

— Произвёл.

— Хорошо.

— Нет, не хорошо.

Я улыбнулась. Он посмотрел на мою улыбку, и в его взгляде появилось что-то между облегчением и желанием сказать мне очень много нелестного. Пожалуй, заслуженно.

— А если спросите нормально, — добавила я, — возможно.

Эрвин молчал.

— Ну?

— Я пытаюсь понять правила.

— Наконец-то.

— Если вопрос «Вы останетесь?» неправильный, какой правильный?

— Тот, в котором вы не решаете за меня, что именно я должна делать со всей оставшейся жизнью.

— Я спросил про ближайшее время.

— Прозвучало значительно шире.

— Хорошо.

Он сделал вдох. Отступил на полшага, будто решил, что раз уж магия больше не определяет расстояние между нами, его тоже следует выбирать сознательно.

— Сольвейг Эсмар, вы хотите уйти отсюда вместе со мной, когда Совет закончит делать вид, что способен решить всё за одно заседание?

Я задумалась.

— Уже лучше.

— Это не ответ.

— Хочу.

В его лице что-то смягчилось.

— А после?

— После чего?

— После сегодняшнего дня.

— Не знаю.

— Честно.

— Я вам уже говорила, что ненавижу неопределённость.

— И всё равно выбираете её.

— Потому что второй вариант — придумать будущее заранее и потом заставлять нас обоих ему соответствовать.

— Похоже на Реестр.

— Так и есть.

Эрвин тихо усмехнулся. Я взглянула на него. Без магической связи всё ощущалось иначе. Раньше его приближение отзывалось каким-то дополнительным вниманием тела, будто незримая линия между нами натягивалась сама. Теперь ничего подобного не было. Я могла смотреть на него и одновременно слышать шаги в дальнем коридоре, шум за дверями Зала, редкие голоса служителей.

Мир больше не отступал. И всё же я хотела, чтобы Эрвин подошёл ближе. Эта мысль оказалась одновременно самой простой и самой убедительной из всех, что дала мне новая жизнь.

— Есть ещё один вопрос, — сказал он.

— Какой?

— Наша помолвка.

— Пять дней.

— Четыре с небольшим.

Я прищурилась.

— Вы продолжаете считать.

— Теперь уже принципиально.

— Что с ней?

— Формальная причина исчезла.

— Да.

— Значит, если вы хотите расторгнуть соглашение сегодня, я подпишу.

Слова были правильными. И почему-то мне совершенно не понравились.