Истинность отменяется, дракон! (СИ), стр. 54

— Не получается?

Я хотела соврать. Не смогла.

— Нет.

Флавия побледнела.

— Первая Печать?

Я подняла её.

— Ничего.

Освальд у панели резко обернулся.

— Этого не должно быть.

— Сегодня у нас удивительно много вещей, которых не должно быть.

Нисса подошла ко мне.

— Попробуй ещё после остановки контура.

— А если он не остановится?

Никто не ответил. На моей руке имя окончательно закрепилось. Золотые буквы стали ярче.

ЭРВИН КАСТЕН.

Я провела по ним большим пальцем. Ни одна линия не сдвинулась. Не побледнела. Не отделилась. В первый день я доказала целому Залу, что истинность можно отменить. Теперь тот же Реестр дал мне ответ. Не словами закона. Не приказом Палаты. Просто закрыл дверь, которую я однажды сумела открыть.

Я снова нажала на центральный знак. Ничего. Метка больше не стиралась.

Глава 11. Истинность отменяется

Метка больше не стиралась. Я провела пальцем по золотым буквам ещё раз, хотя уже знала результат. Имя Эрвина оставалось на коже таким же ярким, будто его выжгли не светом, а самим решением Реестра.

ЭРВИН КАСТЕН.

Рядом он рассматривал собственное запястье, где так же отчётливо появилось моё имя. Вокруг нас Великая церемония окончательно перестала быть церемонией. Люди покидали отведённые им места, кто-то требовал объяснений у служителей, кто-то молча рассматривал только что появившуюся метку. Голоса отражались от высокого потолка и сливались в тяжёлый гул, внутри которого я различала отдельные испуганные вопросы.

Флавия стояла в нескольких шагах от меня. Освальд снова работал с панелью Центрального контура. Нисса что-то быстро говорила ему, сверяясь с символами, которые загорались и гасли под его руками. Густав уже оказался рядом с Эрвином и держался так, будто одного взгляда на зал ему достаточно, чтобы одновременно следить за сотнями людей.

Первая Печать лежала у меня на ладони. Холодная. Мёртвая. Бесполезная. По крайней мере сейчас.

— Контур не отключается, — сказал Освальд.

Флавия резко повернулась.

— Повторите аварийную команду.

— Повторяю третий раз.

— Тогда снимите питание дворцового узла.

Нисса подняла голову.

— Вы сами сказали, что это может затронуть старые родовые конструкции.

— А сейчас Реестр закрепляет связи без согласия людей.

— Очень своевременное открытие, — сказала я.

Флавия посмотрела на меня. Я ожидала холодного ответа. Она просто кивнула.

— Да.

Никакой защиты. И почему-то от этого злиться становилось сложнее.

— Сольвейг, — произнёс Эрвин.

Я повернулась.

— Покажите руку.

— Зачем?

— Хочу понять, что изменилось.

— Всё.

Он протянул ладонь. Не взял меня без разрешения. Даже сейчас. Я вложила свою руку в его. Эрвин приблизил запястье к свету Центрального Камня и несколько секунд рассматривал рисунок.

— Нет разрыва.

— Я уже проверила.

— И второго слоя тоже нет.

— Именно.

— Значит, Флавия не наложила новую конструкцию поверх старой. Система создала единый знак.

— Спасибо. От вашего спокойного объяснения стало гораздо приятнее.

Он поднял глаза.

— Я тоже не в восторге.

— Вы удивительно хорошо скрываете.

— Я занят.

— Чем?

— Тем, чтобы не позволить вам снова содрать с себя кожу, пытаясь снять то, что сейчас не снимается.

Я посмотрела на красную полоску возле метки.

— Это несущественно.

— Для вас сейчас вообще слишком многое стало несущественным.

— Эрвин…

— Пять минут назад вы сами говорили, что решения нельзя принимать вслепую.

— Это говорила Флавия.

— Значит, иногда она права.

Флавия услышала.

— Запишу этот день.

Я бросила на неё взгляд.

— Не советую. У нас уже достаточно проблем с записями.

Уголок её рта дёрнулся. Всего на мгновение. Потом под полом прошла новая волна вибрации. Несколько человек вскрикнули. Метки на запястьях сотен пар вспыхнули одновременно. Я почувствовала то же тепло. Имя Эрвина стало ярче.

— Освальд! — позвала Нисса.

— Вижу.

— Что происходит?

Он быстро провёл рукой над панелью.

— Реестр завершает внутреннюю регистрацию.

— Он уже считает связи завершёнными, — сказала Флавия.

— Теперь записывает их как постоянные.

Я посмотрела на Первую Печать.

— Сколько времени?

Освальд покачал головой.

— Не знаю.

— Минуты?

— Возможно.

— Очень полезно.

Эрвин отпустил мою руку.

— Тогда перестаём пытаться отключить систему тем способом, который не работает.

Флавия посмотрела на него.

— Предлагаете?

— Найти способ использовать Печать.

— Мы его ищем пятнадцать лет, — сказал Освальд.

— У вас не было её в руках.

— Теперь есть, и она молчит.

Я снова посмотрела на металл. Две незамкнутые дуги. Вертикальная линия. Та же структура, что была у моей первой метки после исчезновения верхнего слоя. Не похожая. Та же. Мы всё время считали, что поэтому Печать должна откликнуться на меня. Потому что я особенная. Потому что моя душа чужая.

Потому что Реестр считал Сольвейг мёртвой. Потому что во мне каким-то образом оказалось то, чего не было у остальных. Но если это правда, почему сейчас ничего не происходило? Тело то же. Душа та же. Я та же. Изменилось только одно. Первая метка была незавершённой. Эта — завершена без нас.

Я взяла древнюю Печать обеими руками.

— Нисса.

Она обернулась.

— Что?

— Повторите точную формулировку старого закона.

— Какую?

— Про Первую Печать.

Нисса на секунду задумалась. Потом произнесла почти без запинки:

— «Ни одна позднейшая воля хранителей не может отменить свободный ответ сторон, пока Первый Знак сохраняет власть над Камнем».

Я почувствовала, как мысль приблизилась.

— Ещё.

— Что именно?

— Про первоначальную метку.

Нисса нахмурилась, вспоминая.

— «Знак возможности существует до взаимного подтверждения сторон».

— Дальше.

— «После свободного ответа обоих знак замыкается и становится свидетельством принятого союза».

Эрвин очень медленно повернул голову ко мне. Он тоже услышал. Я посмотрела на метку. Замкнутую. Современный Реестр сделал именно то, что древний механизм должен был делать только после свободного ответа обоих. Подделал не знак. Подделал ответ.

— Вот ошибка, — сказала я.

Флавия приблизилась.

— Какая?

Я почти не слышала её. Перед глазами снова был первый Зал Истинности. Служитель. Камень. Моя рука. Незамкнутые дуги. Я сказала «нет». Потом коснулась Камня. И метка исчезла. Все решили, что я сделала невозможное. Потом мы решили, что причина во мне. Чужая душа в теле женщины, для которой создавали запись.

Необычный случай. Ошибка идентификации. Я сама несколько раз думала, что у меня какая-то особая способность замечать и разрушать магические подделки. Но я ничего не разрушала. Я просто отказалась завершить то, что ещё не было завершено.

— В первый раз Печать мне не была нужна, — сказала я.

Освальд замер у панели.

— Что?

— Я не отменяла истинность.

— Метка исчезла.

— Потому что настоящего союза ещё не существовало.

Нисса смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Сольвейг…

Я подняла руку.

— Нижний знак был незамкнутым. Так и должно было быть по первоначальному закону. Реестр показывал возможность. Верхний слой пытался выдать эту возможность за уже решённую судьбу.

Эрвин тихо сказал:

— Вы сняли верхний слой.

— А потом отказались.

— И нижний исчез.

— Потому что без взаимного подтверждения он должен был исчезнуть сам.

Флавия нахмурилась.

— Но сейчас система уже считает союз завершённым.

— Вот именно.

Я посмотрела на имя Эрвина.