Новая жизнь Аделин (СИ), стр. 30

– Думаю, вы сделали достаточно, фрайя Аделин. Вам тоже не помешает отдых.

Я не переставала удивляться этому мужчине. Как ловко он перешел на “вы”, будто несколькими минутами ранее не признавался мне, как скучал. Хотелось верить, что так он заботился о моей репутации, а не был обычным повесой.

– Вы правы, но нужно оставить кое-какие распоряжения. Не ждите меня.

Не могу поверить, что сказала это вслух. Чуть не на блюдечке преподнесла своего дракона сестре. Сама отпустила их вдвоем. С другой стороны, не держать же мне его в самом деле. Если и правда скучал, то один короткий разговор ничего не изменит. Если я ошиблась в нем, то лучше мне узнать об этом сейчас, пока моя симпатия не переросла в нечто большее.

Впрочем, сказать было легче, чем сделать. Я шла к сыродельне слишком быстро, хлопнула дверью слишком громко. Стоило войти, как в нос ударил запах вареного молока, сыворотки, каких-то трав и дерева. Махнула рукой, призывая женщин не отвлекаться от работы. Достаточно было того, что ко мне подошла Зелда.

– Присмотри за всем, – попросила ее. – Помни: вы работаете до трех часов, потом по домам. Вот ключ, доверяю его тебе. Будешь открывать и закрывать сама.

– Спасибо, фрайя Аделин. – Девушка взяла ключ и поклонилась. – За все спасибо!

Я улыбнулась. Простилась с женщинами, помахала рукой малышке Илзе и поспешила уйти. Не хотела надолго оставлять Агнес с Рихардом, хотя и боялась показаться ревнивой собственницей. Я не имела права предъявлять ему какие-то претензии. Между нами ничего не было, если не считать намеков. Мы даже не целовались с ним, но я не могла отделаться от ощущения, что нас связывает нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Не могла побороть то притяжение, которое ощутила еще при первой встрече. С каждым днем оно становилось все сильнее, и все сложнее было сдерживать себя.

Маркграф и моя сестра недалеко ушли. Она что-то говорила о погоде, затянувшейся весне, а потом и вовсе качнулась в сторону, будто не удержала равновесие. Тем самым вынудила Рихарда броситься ей на помощь. Он подхватил ее, не дав упасть. Змея снова залилась соловьем:

– Слава всем богам, что вы оказались рядом. Не представляю, что со мной было бы, если бы я уронила малыша.

Лучше бы ты его пожалела, а не прикрывалась им, подумала я и ускорила шаг.

– Будьте осторожны, – вежливо произнес дракон.

– Наверное, что-то попало под ногу, возможно, камешек. Я до сих пор чувствую его. Вы позволите?

Я не удивилась, если бы она тут же села на камень, коих вдоль дороги было великое множество, и протянула мужчине ножку, как Золушка. Но нет, Агнес оказалась хитрее. Она доверила Рихарду сына. Просто вложила младенца в его руки и добавила:

– Подержите, пожалуйста.

– Я, – растерялся дракон, – не знаю, как. Никогда не держал младенцев на руках.

Он выглядел таким растерянным и трогательным одновременно, что я не сдержала улыбку. Так бережно держал ребенка, словно тот был хрустальным. Смотрел на него как на чудо. Чудо, которое я не смогу ему подарить. Радость, которую я не смогу разделить с ним или с другим мужчиной.

В носу защипало. В горле появился ком, мешая говорить. На глаза навернулись слезы, которые я быстро смахнула. Ничего, прорвемся.

Агнес времени даром не теряла. Левой рукой оперлась на предплечье Рихарда, словно снова боялась упасть, правой приподняла подол платья. Качнула ногой, избавляясь от, держу пари, несуществующего камня.

– Говорят, материнство меняет женщин, – произнесла она, – но и мужчина, ставший отцом, преображается.

– Наверно, – пробормотал Рихард. – Я пока не думал о детях.

– Ничего, – продолжила она, будто наставляла неразумного брата, – пройдет немного времени, вы привезете в замок новую хранительницу…

Сестра, наконец, забрала ребенка, а я догнала всех троих и коня, что шел следом за хозяином. Молчала. Стало даже любопытно, как далеко зайдет Агнес.

– Зачем? У Туманного утеса уже есть хранительница, – произнес Рихард.

За одни эти слова я готова была расцеловать его.

– Была, – с притворной грустью произнесла Агнес. – Вы, видимо, не знаете, что сестра утратила свой дар.

Маркграф резко остановился. Окинул нас обеих странным взглядом. Недоумение, недоверие, непонимание – лишь часть эмоций, которые я успела прочесть.

– Вы вышли замуж за мужа сестры?

– Да, – растерялась Агнес. Не такой вопрос она ждала. – Так решил наш отец, а мы с Аделин не посмели противиться его воле. Долг женщины – повиноваться сначала родителям, потом мужу.

Воля отца, как же! Не удивлюсь, если она ему все уши прожужжала, привела десятки аргументов, надавила на жалость, но своего добилась.

Рихард хмыкнул почти брезгливо. На его месте я вела бы себя так же. Думала, что он знал о причудах семьи Аделин.

– Теперь многое стало на свои места, – добавил он. Мы как раз подошли к воротам замка. – Извините, у меня дела.

Он коротко поклонился нам обеим и, чеканя шаг, устремился к группе людей, стоявших возле повозок. Повинуясь его приказу, возницы дружно откинули пологи, замковые слуги по одному принялись снимать мешки, большие, белые от муки, и маленькие, а также тяжелые глиняные кувшины.

Я понимала, что мне нечем платить за такое богатство, и тут же осадила себя: Туманный утес больше не мой. Рихард заботится о своей земле.

– Какой же он… – начала Агнес и задумалась, подбирая слово, – странный. Ты видела, как он на нас смотрел? Будто мы совершили преступление или нечто противоестественное.

– Разве нет? По-твоему, то, что сестры делят одного мужчину, – это нормально?

Агнес подняла глаза к небу, покачала головой, будто услышала глупость и просила у богов терпения.

– Прежде тебя это не слишком волновало. Что изменилось?

– Я изменилась! Не стой на ветру, ребенка простудишь.

Не оглядываясь, я устремилась к складу, что располагался в подвале замка. Хотела своими глазами увидеть то, что привез Рихард, подсказать, что куда положить, и потребовать объяснений. Не понимала, какой смысл он вложил в свои слова, когда сказал, что хранительница у него уже есть. Строить догадки и лишний раз мучить себя не собиралась. Пришла пора расставить все точки над i.

Глава 33

Рихард словно растворился в воздухе, как утренний туман в лучах восходящего солнца. Еще мгновение назад был во дворе, возле повозок, а теперь и след его простыл. Слуги посоветовали искать его в подвале, где хранились продукты, но там маркграфа не оказалось. Зато меня засыпали вопросами, что куда ставить, будет ли и дальше новый хозяин привозить муку и крупы, откуда такое ароматное растительное масло и почему оно в кувшинах разного цвета.

Я отвечала на ходу или вовсе просила обращаться к маркграфу. Он привез продукты, с него и спрос.

Попытки найти Рихарда не увенчались успехом. Только он был в подвале, но там его не оказалось. Кто-то видел его в конюшнях. Стражники едва ли не минуту назад говорили с ним. Прачка утверждала, что забрала его плащ, чтобы очистить от дорожной пыли. Если так, то маркграф должен был находиться в замке, но, если верить конюху, только что оседлал коня и уехал. Надеюсь, не на неделю, как в прошлый раз.

Складывалось впечатление, что дракон избегал меня. Сама эта мысль причиняла боль, но я упорно продолжала мучить себя ею. Что, если он разочаровался, когда узнал мою постыдную тайну. Впрочем, для местных никакой тайны не существовало, а человек со стороны мог не знать нюансов. Странно, что кенинг не посчитал нужным просветить нового маркграфа, прежде чем одарить своей милостью.

Какой я выглядела теперь в глазах Рихарда? Покорной, слабой, всепрощающей женщиной, готовой все терпеть, лишь бы удержать мужа? Нужна ли ему такая или он совершенно разочаровался во мне? Почему меня должно волновать его отношение? Я сама решила, что между нами ничего не будет. Не стоит теперь переживать.

Кое-как приведя мысли в порядок, сменив платье, я отправилась на ужин. Есть по-прежнему не хотелось, хотя я и обед пропустила. Но, поскольку силы были нужны, заставила себя есть.