Брак через "Нихачу" для мисс попаданки (СИ), стр. 6

– Это так, – неохотно согласился Ферд, смотря на своего друга и господина с сомнением. Но после очень аккуратно произнес: – Либо… в ее словах есть доля истины.

Откровенно говоря, Феликс всегда был доволен своим помощником и даже немного восхищался рассудительностью и хладнокровием Фердинанда. Однако теперь услышать от него нечто подобное было чем-то экстраординарным.

– Она назвала нас с тобой – книжными персонажами, – укоризненно напомнил Феликс. Очевидно, его взгляд выражал куда больше, чем могли бы слова, потому смущенный Ферд поторопился пояснить, воровато оглянувшись, чтобы убедиться, что свидетелей вокруг нет.

– Я понимаю, как это звучит, и не утверждаю, что все ее слова – истина, – возразил Ферд, чтобы защитить свое достоинство. – Но давай подумаем об этом с другой стороны. Мы оба видели портрет Маргариты Лорингс, верно?

– Допустим.

– И ты не станешь отрицать, что эта сумасшедшая… в смысле девушка – вылетая принцесса.

– Скорее всего, это и есть принцесса, которая пытается ломать комедию перед нами с неясными целями. Никак иначе нельзя объяснить ее схожесть, а так же место и время ее появления, – мрачно прокомментировал Феликс.

– Я понимаю. Однако, давай порассуждаем дальше, – терпеливо вздохнул Ферд. – Если это – действительно принцесса, у нас есть два варианта: либо она уже изначально была сумасшедшей, о чем нам намеренно не сообщили, либо она инсценирует сумасшествие со скрытым умыслом! Однако вопрос заключен в ином. Что нам делать, исходя из этих двух вариантов?

– Если первый, то мы привезем ее в столицу связанной и выразим протест, заявив, что нас обманули и свадьба отменяется.

– И в случае, если девушка действительно сумасшедшая, наш король не потерпит такого оскорбления и мировой договор будет под угрозой, – поддакнул Ферд. – С другой стороны, если девушка лишь притворяется, когда мы приедем и выразим протест, ее «истерия» может внезапно пройти, и тогда все будет выглядеть так, словно это мы намеренно издевались и оклеветали ее, что, в свою очередь, спровоцирует короля Флито. Тогда уже наша страна будет считаться виноватой.

– Да, звучит разумно, – нахмурился Феликс, едва сдерживая вздох облегчения от того, что его друг все еще в своем уме. – Так что ты предлагаешь?

– Словно у нас большой выбор, – вздохнул Ферд. – Как бы то ни было, нападение на кортеж – имеет место быть, даже если оно было инсценировкой. Пока не проведено тщательное расследование, сейчас мы – не в выигрышном положении. Более того, если мы пожалуемся на сумасшествие присланной принцессы, нас могут обвинить даже в этом: раз мы не защитили делегацию, то и помутнение рассудка девушки на фоне шока – тоже наша вина, и мы обязаны будем взять на себя ответственность за причиненный вред.

– Ты предлагаешь… просто оставить все, как есть? – понял Феликс полет мысли друга. Тот угрюмо кивнул.

– По крайней мере, пока не проведено расследование и не собраны доказательства чужой вины. Мы не можем допустить, чтобы этот союз распался. Наше королевство сейчас не в том положении, чтобы ввязываться в очередную войну, ты и сам это прекрасно знаешь.

– Знаю, – поморщился Феликс и помассирован переносицу.

– Вот только как быть с принцессой и заставить ее сотрудничать?

Мужчины задумчиво замолчали, пока Феликс не встрепенулся от возникшей идеи.

– Что? – оживился Ферд, видя, что друг не решается высказать идею. С другой стороны у Ферда своих вообще не было, потому он намеревался выудить все возможное у своего кузена. – Говори уже!

– Почему бы нам не подыграть ей? – нехотя высказался Феликс, угрюмо поглядывая в сторону двери, неосознанно понизив голос, словно стыдился собственных слов.

– Подыграть сумасшедшей? – переспросил Ферд. Феликс раздраженно поджал губы, а после резко и отрывисто кивнул, будто переборов себя. – Хочешь сказать, мы будем относиться к ней, как к пришельцу из другого мира? – секретарь получил очередной утвердительный кивок. – Но с чего бы ей даже в этом случае нам помогать?

– Следуя ее спектаклю, будь настоящей манией или наигранной, она отчаянно хочет вернуться в «свой» мир, – сделал Феликс знак пальцами, обрисовав кавычки. – Взамен на сотрудничество и то, что она станет вести себя так, как нам будет нужно, мы пообещаем ей помочь найти способ вернуться.

– Хочешь обмануть ее?

– Обмануть буйную сумасшедшую на благо страны? – задал Феликс риторический вопрос, от которого Ферд почувствовал себя пристыженным. – Либо же обмануть лгунью, которая сумасшедшей только притворяется. Как ни посмотри, но моя совесть остается чистой, – сложил он руки на груди и пристально уставился на нерешительного Ферда, который нервно поправлял очки на переносице.

– Ну, если рассуждать таким образом, – уклончиво протянул секретарь, а после вздохнул, выпрямил спину и твердо кивнул. – Если она сумасшедшая, то просто будет играть роль. Если она только ей притворяется, то сейчас у нее не будет причин отказываться, а когда вернемся в столицу, и она внезапно станет нормальной, на нас все равно не будет никакой вины. Стоит попробовать. По крайней мере, мы ничего не теряем и даже выиграем время.

– Остается только убедить эту сумасшедшую играть роль моей невесты, – с нежеланием посмотрел граф на дверь в комнату. Отчего-то у него возникало ощущение, что это будет самой сложной задачей из всей миссии.

***

Я все еще была в смятении, разрываясь между ощущениями реальности и фантастики. Не сошла ли я с ума?

Я, конечно, далека от образчика благоразумности, учитывая то, сколько лет терпела бывшего, но до помешательства определенно было далеко!

Я все еще отчаянно надеялась, что есть подвох, обманка, розыгрыш со стороны Веры. Может, это ее такой оригинальный способ отвлечь меня от расставания? На мой взгляд, даже прыжок с тарзанки был чрезмерным и неуместным, учитывая, что страданий за собой я не наблюдала, кроме резко упавших стандартов чистоты в своем доме.

Как иначе объяснить, что не прошло и трех часов, как я ехала в машине в современности с подругой и читала ее черновик романа, и вот, я уже в нем, в самом начале сюжетной линии?

Если все было спланировано Верой, учитывая уровень подготовки и стараний, не слишком ли она усердствовала: подготовить площадку, подстроить мое падение с утеса без страховки, нанять актеров на роли главных персонажей, подготовить костюмы и даже декорации, ибо место, в которое они меня притащили после пещеры, было подозрительно аутентичным!

Будучи сопричастной с миром шоубизнеса, я прекрасно понимала, каких вложений сил и финансов требовал бы подобный розыгрыш. Моя подруга, конечно, достаточно успешная писательница, но не настолько, чтобы организовать нечто настолько затратное!

И чем больше я об этом рассуждала в мыслях, тем отчетливее осознавала, что никто бы не решился на подобные траты только для того, чтобы разыграть кого-то вроде меня.

Остается только два варианта: либо все по-настоящему и я попала в мир любовного романа. Даже незавершенного! Либо… я спятила и сейчас активно брежу.

А что, если это не просто бред сумасшедшего – а предсмертная агония? Прыжок с тарзанки без страховки определенно не был плодом воображения. Что, если я все же погибла, или настолько ранена, что сейчас в коме и это все мне лишь снится?

Мысль не то, чтобы обрадовала, но она показалась мне куда более логичной, чем перемещение между мирами, потому я, не жалея сил, ущипнула себя и вскрикнула от боли. Вместе с острой болью пришло осознание, что для сна все слишком реалистично.

У меня было несколько осознанных снов в прошлом, так вот, я прекрасно помню, что ни вкусов, ни запахов, ни осязания в них не было! Здесь же я не только чувствовала боль, но так же окружающие меня запахи.

Вместе с подступающей истерикой, накатывала еще паника и страх. Как опытный читатель, я прекрасно знала сюжеты о попаданках в миры. Согласно этим сюжетам, девушки старались предусмотрительно скрыть свое попадание от аборигенов и смешаться с местными по различным причинам, но в основном из страха быть заклейменной сумасшедшей, а то и хуже, ведьмой!