Брак через "Нихачу" для мисс попаданки (СИ), стр. 25

Учитывая, что Феликс не опроверг это в тоже мгновение, все впечатлились только сильнее и прониклись к Марго большей симпатией и меньшей настороженностью.

– Но как это произошло? – в растерянности спросила одна из тетушек. Голос ее заметно смягчился, видя, на какие жертвы согласилась пойти принцесса, чтобы не раздувать конфликт. Даже скрыть возможную инвалидность! Поистине самоотверженно.

Она робко покосилась на Феликса, словно спрашивая разрешения. Тот нахмурился, понимая, что она собирается его подставить. Естественно, это не осталось незамеченным родней.

– Вы можете говорить свободно, Ваше Высочество. Мы все здесь на вашей стороне! – заверили ее те, кто совсем недавно подозревал в шпионаже.

Марго помолчала в «нерешительности» для пущего эффекта, а после негромко произнесла:

– Я обещала Фелли, что не стану никому об этом рассказывать…

– Разумеется, это не относилось к нам, – заверили ее сердечно.

– Наверное, вы правы, – нервно улыбнулась Марго. – Иначе он бы остановил меня, как только речь зашла об этой щекотливой теме, – уже куда более уверенно заговорила она, но искоса посмотрела на Феликса так, что он не мог не понять намека. Она буквально обвиняла его в том, что будет дальше. – На самом деле, во время похищения, бандиты пытались скрыться через горы. Когда я очнулась, они были достаточно далеко от места происшествия, но высоко. Когда я сбежала, и не подозревала об этом. В какой-то момент я почувствовала за собой погоню. Какой-то огромный и страшный человек гнался за мной, матерился, как сапожник и угрожал пытать меня всем подряд, если я не остановлюсь. Разумеется, я испугалась еще сильнее, а из-за быстрого бега уже начала задыхаться и зрение мое размываться, – замялась она и театрально замолчала, демонстративно отпивая из своего бокала. Феликс почувствовал неладное в тот момент, вспоминая «безотказный способ» Марго, который она недавно использовала, чтобы картинно плакать. Воспоминания того случая не могли не заставить его переживать еще сильнее.

Родня Феликса так же терпеливо молчали, гадая, как ее рассказ может быть связан с травмой и тем, что Феликс принудил ее молчать о правде.

– Я так сильно испугалась, – картинно всхлипнула девушка, подтверждая догадки Феликса. Затем из ее глаз заструились хрустальные слезы. – Я искренне считала, что если остановлюсь, непременно лишусь жизни, настолько грозно мне угрожали расправой, одни сплошные оскорбления, ругательства и угрозы... Потому бежала через силу и без оглядки. Кто… кто бы мог догадаться, что этим преследователем окажется…. граф Белтон? – «разрыдавшись», скрыла она лицо в своих ладонях и стала судорожно дрожать плечами.

Все пораженные и осуждающие взгляды неминуемо сошлись на Феликсе, который едва не поперхнулся, застигнутый врасплох. Но прежде, чем он успел опровергнуть обвинения, «жертва» продолжила:

– Уже после я поняла, что он просто был напуган моим исчезновением, потому был излишне резок и неразборчив в словах, – насилу успокоившись, талантливо шмыгала она носом, промокая покрасневшие глаза салфеткой, отнятой у онемевшего Феликса. Она утерла нос и бросила ее обратно владельцу, но та совершенно «случайно» угодила ему в лицо. Ее слова звучали, как неловкая попытка оправдать грубого и деспотичного мужлана, коим ее заявления выставляли Феликса. Впрочем, мужчина, сам загнал себя в ловушку, потому даже не имел возможности опровергнуть несправедливые обвинения.

– Вы так натерпелись, – сочувственно вздохнула одна из тетушек. Марго скромно улыбнулась, но вновь опечаленно потупилась.

– Но как же произошло ваше ранение? – вопросил кто-то другой. – Неужели, – его голос понизился от мрачного подозрения, с которым он покосился на своего племянника, как на душегуба и подонка. – Он вас ударил?

Словно нарочно, Марго молчала, предаваясь слезам, чем только усугубляла атмосферу и недопонимания. Феликс уже начал проклинать себя за опрометчивый поступок, дав ей слово.

Надо пояснить, что помимо прочих заслуг перед короной, род Белтон был знаменит так же своим благородством и честностью по отношению к слабым. Любой аристократ желал бы породниться с этим родом, зная, что они никогда не бросят свою семью на произвол судьбы и будут заботиться до последнего. Потому каждый отец мечтал бы отдать свою дочь за мужчин рода Белтона, зная, что тот будет холить и лелеять свою супругу, проявляя высшую степень уважения и благородства. Для людей подобного воспитания, было неслыханным поступком даже просто оскорбить слабую женщину словом, не то, что поднять на нее руку.

И обвинялся в этом преступлении никто иной, кого все старшие ставили в пример своим младшим! Более шокирующим известием могло стать лишь то, если бы принцесса, от которой зависели два королевства, оказалась бы фальшивой!

– Ох, простите, просто горло перехватило, – подала Марго голос после продолжительного молчания, когда Феликс уже всерьез подозревал, что его собираются избить в воспитательных целях. – Нет, конечно же, он меня не бил. Это все моя вина… – печально и судорожно вздохнула она. Теперь девушке сочувствовали уже практически все. – Находясь на опасной тропе, когда ошибочно полагала, что меня преследует бандит, я не смотрела под ноги и сорвалась с обрыва в ущелье.

– Что?! – взорвались тревогой слушатели.

– Но Феликс меня спас! – с благоговейным огнем в глазах заверила Марго, отчего даже Феликс почти поверил в ее искренность, если бы не знал правды. – Он, как настоящий герой бросился прямо за мной! – повышая голос, отчего он становился немного писклявым, с восторгом сочиняла Марго, увлекаясь своей фантазией. Феликс невольно вспомнил, что ранее девушка говорила, что в «своем мире» была связана с литературой. Неудивительно, что ее фантазия настолько богатая.

– Бросился… с обрыва? – недоверчиво переспросили слушатели.

– Верно! – подтвердила Марго и значимо добавила: – «Щучкой»!

– Щучкой? – скривился в непонимании кузен и с сомнением посмотрел на Феликса.

– Именно, – невозмутимо кивнула девушка, важно прикрыв глаза. – Мой жених такой удивительный, – расплылась она в обожающей улыбочке.

– Но как вам двоим удалось выбраться из ущелья? Помня местность, они должны быть очень глубокими.

– Все дело в шпагате! – важно подняла она палец вверх и, как только убедилась что захватила все внимание, сумев заинтриговав даже самый ярых скептиков, пояснила: – он нагнал меня в полете, прямо, как орел! Схватил за руку, а после затормозил ногами. Благо, ущелье оказалось довольно узким.

– Ногами? Он затормозил ногами? – не поверили родственники, пытаясь понять, насколько же узким было то ущелье.

– Шпагатом, – с менторским видом поправила Марго. – Я была так поражена, что почти забыла про свою боль в руке. Никогда не видела таких сильных и гибких ног! Даже лучшие танцовщицы Флито не могли продемонстрировать таких умений и гибкости! – восхваляла Марго Феликса с неприкрытым энтузиазмом, пока тот сидел с мрачным и даже опустошенным видом, осознавая всю ту картину, которая была нарисована в больной фантазии его сумасшедшей и до невозможности мстительной невесты. – Вижу, что вы тоже поражены, – деловито покивала она, смотря на потрясенные выражения лиц окружающих. Мужчину рядом с ней немного затрясло. – Хоть мы и спаслись, благодаря моему жениху, которого я никогда не брошу, несмотря на все возможные невзгоды и трудности, даже если наш дом, по какой-то «стра-а-анной и необъясни-и-имой» причине не будет благословлён детишками… Я была готова ко всему в этом браке! Можете не сомневаться, я ни за что не предам, в конечном итоге, физическая близость никогда не встанет на пути истинной любви. Ведь брак – это, в первую очередь не про страсть, а доверие и уважение! – сдавленно произнесла она, борясь с подступающими рыданиями из-за предстоящей жизни в браке с импотентом.