Брак через "Нихачу" для мисс попаданки (СИ), стр. 10

Наступила ночь, и все разошлись по своим комнатам. К девушке приставили служанку и стражника, который должен был следить за безопасностью женщины из коридора. Ферд позаботился так же за наружным наблюдением, на случай, если она попытается сбежать или связаться с сообщниками.

Феликс же все это время ждал друга в их комнате, обдумывая сегодняшний день. Однако, несмотря на все попытки сосредоточиться, он с сожалением должен был признать, что мыслями вновь и вновь возвращается к:

– Туфли… я туфли…

Однако, его оцепенение было прервано вернувшемся Фердом, который казался более уставшим, чем когда-либо.

– Все никак не смиришься? – спросил он, показывая, что слышал растерянность кузена. – Подумаешь, туфлями обозвали. Тебя и хлеще оскорбляли…

– Конечно, ты-то у нас уютные «тапочки», которые так нравятся женщинам! – внезапно взорвался Феликс и, смутившись, прочистил горло. – Прошу прощения…

Кузен грузно опустился на соседнее кресло в комнате гостиницы, которую он делил со своим начальником и родственником и больше не поднимал недавнюю тему, пощадив чувства Феликса.

– Как обстоят дела? – прервал молчание Феликс, зная, что подобная реакция секретаря говорит о его глубокой задумчивости. – Она что-то выкинула?

– Нет, – покачал Ферд головой, который два часа потратил на то, чтобы усердно следить за комнатой женщины, в ожидании, что она попытается связаться со своими сообщниками.

– Может, она просто выжидает, зная, что первое время мы будем неустанно наблюдать за ней? – внес предложение Феликс, так же задумываясь о подобной возможности. Признаться, он уже неоднократно имел дело с вражескими шпионами, учитывая, что его работа заключалась как раз в выявлении и устранении оных. Ему казалось, что он давно заматерел в данном деле. Но в подобной ситуации он оказался впервые и чувствовал себя растерянным.

– Может быть, будем наблюдать, – не стал спорить Ферд, все еще выглядя неуверенным. Он бросил на кузена быстрый взгляд, который не укрылся от внимания последнего:

– Что? – насупился Феликс.

– Тебе не кажется все это странным?

В ответ на этот вопрос граф выразительно вздернул бровь, всем видом показывая свое отношение.

– Я не берусь сказать, сколько всего кажется мне странным и с чего конкретно следует начать, – иронично прокомментировал он замечание Фердинанда, который поморщился от того, что изначально поставил вопрос неправильно и сейчас торопился исправить эту ошибку:

– Я не про то. Я уже знаю, что мы пришли к некоторой модели поведения, исходя из двух вариантов развития событий: либо Маргарита сумасшедшая, либо коварная интриганка.

– А есть другие варианты? – прищурился Феликс, силясь понять посыл родственника. Тот поджал губы, словно не решался высказать свои мысли вслух. Однако, Фердинанд был из той категории людей, которые либо не говорили ничего, либо, если начали, даже если им это не нравилось, заканчивали мысль. Тем более, если это касалось такой щепетильной темы, от которого зависели не только их собственные судьбы. Но и решалось благополучие двух государств.

– Я не говорю, что уверен в этом или на чем-то настаиваю, – нервно предупредил Фердинанд, смотря на Феликса не мигая. – Однако… тебе не кажется, что для коварной шпионки она слишком… реалистична?

– Что ты имеешь в виду? – уточнил Феликс, но когда Ферд поднял эту тему, что-то в его голове щелкнуло. Он и сам себе не мог признаться, что его беспокоит во всем этом. Было слишком много деталей, которые шли не по плану, потому он не мог сконцентрироваться. Уже то, будь девушка шпионкой или сумасшедшей, создавало большую проблему и угрозу государственной безопасности. Однако после того, как ему указали на данную проблему, он уже не мог отделаться от мыслей и несоответствий, которые ощущал при общении с Маргаритой.

– Она говорила и действовала слишком… естественно, – меж тем, подтвердил Ферд мысли брата своими словами. – Нужно быть просто гениальной актрисой, чтобы настолько вжиться в роль. Ее слова, тон, взгляд и отношение все соответствует растерянному человеку, попавшему в беду. Она выглядела, как человек, глубоко убежденный в своей правоте.

– Намекаешь, что она может быть не шпионкой? – задал вопрос Феликс, медленно почесав свой подбородок, покрывшийся щетиной. – Может быть, ты и прав, и она действительно верит в то, что говорит, – стараясь не быть импульсивным и рассуждать критически, проворчал Феликс. Ему нравилось говорить с Фердом, обсуждая проблемы, ибо, даже если их мысли во многом были схожи, они могли абстрагироваться от этого, и рассмотреть проблему с разных сторон, активно дискутируя и подвергая сомнению утверждения друг друга, пока не находили ту версию, которая была наиболее логичной и обоснованной. – Но это лишь очередной довод к версии о ее сумасшествии. Психи тоже глубоко убеждены в том, что их бред – реален.

Ферд понуро кивнул, принимая, его слова к сведению и продолжил собственную мысль:

– Я тоже об этом задумывался. Однако, не слишком ли невероятны ее бредни? Даже для сумасшедших есть определенная грань воображения. Но она настаивает на другом мире! Причем, описала свой быт настолько подробно, что придраться не к чему! Она как будто действительно прожила так всю жизнь!

– Воображение человека не стоит недооценивать. Мы даже во снах можем прожить несколько жизней. Кто знает, как устроен мозг сумасшедшего человека? – возразил Феликс, побуждая Ферда продолжить.

– Допустим, она действительно просто безобидная сумасшедшая, – развел Ферд руками, но после подался вперед и выразительно поднял брови. – Тогда как ты объяснишь ее странную одежду? Как сумасшедшая могла самостоятельно добыть ее?

– Сама – не могла. Однако, нам нельзя забывать, что она принцесса, которая, пусть и больна, но имела все ресурсы для того, чтобы ее обеспечивали всем необходимым. Потому, потребовав от швеи определенный фасон, ей его бы предоставили. И, если это действительно так, это лишь указывает, что о сумасшествии принцессы было известно королевству Трой и нас жестоко обманули, настояв на этом браке.

– Либо… она все же великая шпионка, и кто-то снабдил ее необходимым реквизитом для этого спектакля, – тяжело вздохнул Ферд, поняв, что они опять уперлись в стену с двумя вероятностями. И еще только предстояло понять, что с этим делать. И все же тревога и чувство чего-то упущенного не отпускало. Внезапно его глаза расширились от внезапного осознания, и Ферд буквально подскочил на месте, к немалому удивлению кузена.

– Что? – заволновался Феликс.

– Марго – левша! – заявил он торжественно, а после бросился к своим вещам, доставая папку с документацией, и стал нетерпеливо рыться в нем в поисках каких-то бумаг. И все это под удивленным взглядом Феликса. Лишь спустя несколько мгновений до самого графа дошла незаконченная мысль друга. В характеристиках принцессы упоминалась, что она – правша. Она даже отправляла письмо, написанное ею лично, что было подтверждено одним из послов Флито. Вероятно, именно это письмо Ферд сейчас судорожно искал, чтобы подтвердить свои догадки.

Однако Феликс и сам мог убедиться, что девушка, упавшая на его голову сегодня, определенно была левшой, что проявлялось во время их совместной трапезе. Нельзя было усомниться, что левой рукой она владела умело и естественно.

– Какова вероятность того, что она способна владеть сразу двумя руками или в характеристиках, утверждающих, что принцесса – левша, могла быть намеренная ошибка? – встал со своего места Феликс, помогая другу рыться в документах. Пока оба не нашли искомое и не уставились на ровные и красивые строчки, которые, несомненно были написаны правшой, что подсказывал им многолетний опыт работы со шпионами и разведкой.

– Я не знаю. Это нужно проверять, – раздраженно отозвался Ферд и глубоко вздохнул, желая призвать себя к спокойствию. Только встретившись взглядом с кузеном, он немного успокоился. – Но… что, если проверка покажет, что девушка в самом деле исключительно левша?