Лучшая версия тебя. Трилогия (СИ), стр. 131

Степан и Кирилл сидели в кабинете за своими столами. В отделе царила обычная рабочая атмосфера.

Один из них пил кофе, а второй таблетки.

– Ну что ты, может, по кофейку всё‑таки? – обратился Степан к своему товарищу. – А то че‑то на тебе совсем лица нет.

– Не, – ответил Кирилл. – Я пока на зелёном чае. Что‑то с этим кофе, кажется, уже переборщил. Напился в своё время. Сердце начало шалить.

– Ну, как знаешь, – усмехнулся Степан, делая ещё один глоток.

В этот момент дверь в кабинет раскрылась, и внутрь зашёл радостный Алёша. Уже в форме, которая смотрелась на нем слегка великовато. За ним, виляя хвостом, прошмыгнула собака Барабака.

– Здорово, мужики! – произнёс он с привычной улыбкой на лице, проходя к своему столу. – Ну как наши дела?

– У тебя надо спросить. – Усмехнулся Степан. – Раскрыл уже дело? А‑то смотрю, ты всё с этой папкой в руках ходишь.

– Может, ты и спишь с ней? – подхватил Кирилл.

– Не, с папкой спать неудобно, – беззаботно ответил Алеша. – Я поэтому все фотографии на стене развесил. Чтобы даже во сне думать про убийцу. А чтобы найти убийцу, нужно что? Правильно. Визуализировать его!

– Эм. Чего‑то нового насмотрелся что ли? – Буркнул Степан. – Шерлок Хомс уже не справляется? Неужели твой метод дедукции подвёл тебя?

– Ничего не подвёл, – спокойно ответил Лёша, и принялся раскладывать фотографии с мест преступлений перед собой. – Но так как дело сложное, требуется больше времени, чтобы собрать все детали воедино. Дедукция она такая… не терпит спешки. – Важно произнес он.

В этот момент Барабака радостно подбежала к Алёше и завиляла хвостом, тыкаясь носом в его колено. Он на мгновение оторвался от бумаг, погладил её по голове и произнес.

– Точно! Чуть не забыл.

Алеша достал из кармана завёрнутую в салфетку сосиску и отдал собаке. Барабака с радостью приняла угощение и улеглась у его ног, положив голову на лапы.

Алешка продолжал рассматривать фотографии по маньяку, то и дело приближая и отдаляя их от лица.

– Зум настраиваешь? – Усмехнулся Степан, но Леша ничего не ответил. Он сидел максимально сосредоточенно.

В какой‑то момент он перетасовал несколько листов и переложил их в другом порядке. Он на мгновение задумался, склонив голову набок.

– Так? – задумчиво посмотрел он, прищурившись. – Угу. Понятно.

После этого он снова перетасовал листы и разложил их уже в третьем порядке, переставляя некоторые фотографии на новые места.

– Кажется, картинка начинает складываться, – пробормотал Леша, и снова привычно улыбнулся.

В этот момент Степан добродушно рассмеялся.

– Ну давай, давай. Весь отдел надеется только на тебя. Сколько лет не можем раскрыть это дело? Последняя надежда.

Тут Лёша неожиданно просиял и посмотрел на собаку, которая грызла сосиску.

– Угу, – кивнул он своим мыслям. – Барабака, с чего начнем?

Та что‑то проскулила.

– Правильно! – Поднял он палец вверх. – Нужно обзвонить всех свидетелей. Ведь каждый из них может оказаться подозреваемым.

– Ты же не думаешь, что до тебя никто до этого не додумался? – обратился к нему Кирилл.

– Конечно, – ответил Алексей, – но здесь есть один нюанс.

– И какой же?

– Дедукция! – произнёс он с легкой улыбкой на лице, при этом постучав указательным пальцем себе по виску, словно подтверждая свои слова. А потом ещё для большей убедительности покивал головой.

– Ну да, конечно! Как же я забыл⁈ – Наигранно произнёс Кирилл. – Точно, дедукция. Это многое объясняет.

– Хмммм. А вот это место мне кажется знакомым. – Произнёс Алексей, поднося одну из фотографий ближе к глазам.

– Что там? – заинтересовался Кирилл, и даже поднялся с кряхтением со своего места. Он подошёл к столу Алексея, взял в руки одну из фотографий и внимательно посмотрел на неё, поворачивая в руках. – А, ну да. Вспомнил. Ничего удивительного, что знакомое место. Обычная проходная улица. Только вот весь отдел уже знает, что единственная камера, которая там находится на магазинчике, и та бутафорская. Уже сколько раз мы подавали заявки, чтобы туда повесили парочку наших камер, но почему‑то каждый раз документы то терялись, то их не одобряли.

Он положил фотографию обратно на стол.

– Ладно, удачи тебе.

– Угу, – ответил Алексей, уже не слушая его.

В этот момент он похмыкал, глянул на собаку, которая подняла голову и посмотрела на него ответ. После чего поднял служебный телефон и принялся набирать какой‑то номер.

– Алло, здравствуйте, – заговорил он, когда на другом конце ответили. – Я звоню вам по поводу расследования убийства. Нет‑нет. Не опять, это старое дело, которое скоро уже раскроется. Нам необходимо обсудить детали. Это понятно. Угу…

С другого конца послышался тяжёлый вздох, и голос попытался что‑то ответить, ссылаясь на занятость. Только вот Алексея это нисколько не убедило.

– А чем вы сегодня занимаааетесь? А гдеее? А когда удобно? – Продолжал докапываться Алексей.

– Ничего страшного. Я могу хоть домой, хоть на работу к вам приехать. У меня ведь велосипед. Синий… Где вы находитесь в этот момент? А когда будете? Ничего‑ничего… Я уже выезжаю!

Степан усмехнулся энтузиазму Алёши и сделал несколько глотков кофе.

Алексей внимательно осмотрел старичка, что сидел рядом с ним и спросил:

– Вы ТОЧНО не помните, что делали восемь лет назад, двадцать второго августа в пять вечера?

Старик повернул голову и глянул на парня.

– Я не помню, ходил ли я сегодня по большому или нет, – с трясущейся головой произнес старик недовольно. – Как я могу помнить, что было восемь лет назад?

– Да? – удивленно произнес Алеша и открыл папку с документами, что лежала у него на коленях. – А вот восемь лет назад вы писали, что четко помните, как самостоятельно ходили в магазин. Купили куриную грудку, батон и приправу для рыбы. Потом еще зашли в аптеку, по улице Сигнальная дом двенадцать. Там взяли лекарства по рецепту.

– Может быть. Я не помню, – проворчал старик.

Алеша с подозрением глянул на старика и спросил:

– А зачем вы купили приправу для рыбы, если вы покупали курицу? – спросил Алексей.

– Не знаю! – начал раздражаться старичок. – Что тебе от меня нужно?

Алеша криво усмехнулся и произнес:

– Валентин Павлович, вы ведь знаете, что в тот день была убита девушка? Убийство произошло на Тверской, в глухом переулке. Там были остатки ее крови. А вот сам труп нашли спустя неделю, в десяти километрах от города.

– Я не знаю этого, – нахмурился старичок. – И меня уже вызывали! И карту проверяли и историю покупок!

– А продавцы вас узнали? В магазине была камера? В аптеке? – Алексей едва заметно улыбнулся, посмотрел на старика, что начал нервничать и произнес: – Камер не было, так?

Старичок начал глубоко дышать и крепче сжимать свою палочку с черной костяной ручкой.

– Вы не ходили в аптеку, – спокойно произнес Алексей, наклонился и попытался взглянуть в глаза старичка. – И в магазин вы не ходили!

– Ходил! Я ходил в аптеку и в магазин! – рыкнул на него Валентин Павлович. – Какого черта тебе надо? Отстань от меня, понял?

Старичок поднялся, оперся о трость и ткнул пальцем в Алексея.

– Щенок, допрос мне тут устроил? Повестка где? – трясущейся рукой пригрозил он ему. – Что за самоуправство? Я жаловаться буду!

Алексей тоже поднялся.

– Будет повестка, Валентин Петрович, – кивнул парень. – теперь у меня есть все основания считать, что маньяк – это вы!

Старик хлопнул глазами, набрал в грудь воздуха, возмущенно открыл рот, но не нашел что ответить. Он закрыл его, навалился на здоровую ногу, перехватил клюку и замахнувшись как следует влепил Алеше по плечу.

– Маньяк? Я маньяк⁈ Я боевой офицер, сукин ты сын!

Алеша прикрылся палкой, но старичок оказался не прост. Он слегка пригнулся и влепил Алеше по ноге.