Хозяин Хаоса IV (СИ), стр. 50

— Блестящий! — Михайлов откинул в сторону одеяло, — я тебе, сопляк, все кости переломаю, и без магии справлюсь! — барон вскочил на ноги и прыгнул в мою сторону, но тут же наткнулся шеей на кончик моего меча. И это я еще держал клинок в ножнах, так что максимум, что будет, это большой синяк.

Глядя на Михайлова, что корчился на полу, пытаясь вздохнуть, я понял, что придется-таки применить парочку конструктов, иначе с бароном общий язык найти не получится.

— Василий Петрович, усади Сергея Сергеевича в кресло, а то общаться с человеком, когда он собирает пыль с пола, как-то не комильфо, — я кивнул старику, и Клюкин без промедлений бросился выполнять мой приказ, одной рукой поднимая барона с пола, а другой подтягивая стул.

Усадив Михайлова, Василий Петрович встал у него за спиной и положил руки барону на плечи, так сказать, во избежание.

— Итак, Сергей Сергеевич, давайте не будем опошлять нашу встречу, — я уставился на сопящего от злости барона, — не буду ходить вокруг да около, я точно знаю, что вы планировали сделать меня и мой род примером того, что произойдет с другими, если они посмеют обидеть кого-то из Михайловых, но, увы, мне это вообще не нравится. И ладно бы я, в конце концов, рожу вашему сыну я бил, тут спорить не буду, но мой дедушка, старый человек, живущий далеко от столицы, разве он заслужил страданий из-за этого?

— Такие, как ты, должны знать свое место! — вдруг выпалил Михайлов, подавшись вперед, — ты мне ничего не сделаешь, сопляк, мой род работает на империю, работает на его величество. Одна моя жалоба, и род Вороновых исчезнет, в глазах государя вы просто блохи, не имеющие никакой ценности!

— Ну, в глазах его величества все блохи, высокое положение зачастую негативно влияет на зрение, но вот насчет ценности вы, барон, изрядно ошибаетесь, — я положил меч себе на колени и медленно вытащил клинок из ножен, — вы же специалист, а значит наверняка понимаете, из чего сделан этот меч, так? Обычно кузнецы используют тонкую полоску аномальных металлов, вплетая ее в структуру меча, но этот клинок не такой, нет, его создали полностью из аномального сплава, даже оплетка рукояти и та из зоны. А теперь скажи, барон, может ли маг заставить такой меч проводить энергию и, скажем, пылать огнем?

— К чему эти глупые вопросы, щенок? — Михайлов ощерился, — такое невозможно, и это всем известно!

— Ответили как по учебнику, — я усмехнулся и провел рукой над клинком, после чего он вспыхнул ярко-красным пламенем, — но, видите ли, Сергей Сергеевич, род Вороновых все же представляет из себя куда большую ценность, чем вы себе можете представить, так что не факт, что в нашем споре государь встал бы на вашу сторону. Однако напрягать его величество мелкими спорами — нет, лучше так не делать, ведь мы можем решить это между собой.

— Убирайся из моего дома, и тогда, может быть, я закрою глаза на все это! — Михайлов набычился, но тут же получил звонкую оплеуху от Клюкина.

— Василий Петрович, ну зачем же так грубо? — я глянул на старика укоризненным взглядом, — я сторонник гуманных взглядов, никакого рукоприкладства, исключительно дипломатия. Витя, будь добр, сделай так, чтобы наследник Сергея Сергеевича притопал сюда к нам.

Менталист кивнул, а через минуту дверь открылась, и спящий Михайлов-младший вошел в комнату и остановился возле двери.

— Барон, а теперь слушай меня внимательно, — я широко улыбнулся, — даю тебе два варианта на выбор. Первый вариант такой: ты даешь мне клятву на крови, а дальше твой род работает в связке с моим родом, и мы зарабатываем очень много денег и не только. Второй вариант хуже, хотя только на мой взгляд, и состоит он в том, что завтра утром слуги найдут тебя тут, на полу, рядом с бездыханным телом родного сына. Вокруг будут валяться различные пузырьки из-под снадобий, а ты будешь тихонько хихикать и пускать слюни, в общем, всем своим видом будешь доказывать, что выражение «сила есть — ума не надо» ложное. Причем я сделаю так, что ты собственноручно сынка грохнешь, а потом и женушку свою, — я кивнул на до сих пор спящую женщину, — какой вариант тебе ближе?

— Ты понимаешь, что когда это вскроется, тебе конец? — Михайлов начал хохотать, — не знаю, где тебя учили таким дешевым манипуляциям, но со мной это не сработает. Я Сергей Сергеевич Михайлов, и мне плевать на твои угрозы!

— Видят боги, я этого не хотел, — поднявшись, я подошел к Михайлову-младшему и коснулся мечом его шеи.

Барон сзади вновь попытался дернуться и получил очередную оплеуху. Я же решил, что пора подключать к разговору еще одного члена рода, ну раз выдалась такая оказия. Легкий удар чистым Хаосом, и вот Алексей уже открыл глаза, которые мгновенно наполнились ужасом.

— Привет, — я добродушно улыбнулся, — ты не дергайся, а то меч тяжелый, вдруг рука дрогнет? Всё понял?

Парень медленно кивнул, а паника в его глазах росла секунда за секундой. Повернувшись, я подмигнул барону, после чего толкнул парня в его сторону. Когда Алексей упал на пол рядом с отцом, я вернулся в кресло и знаком показал Вите работать. Менталист мгновенно взял под контроль пацана, после чего Михайлов младший повернулся к отцу и просто сломал себе два пальца. Хруст был не самый приятный, но на что только не пойдешь ради того, чтобы добиться от людей нужного результата.

— Хватит! — из барона словно вытащили стержень, вся спесь тут же выветрилась, словно ее и не было, — хватит, не мучайте моего сына, я всё сделаю!

— Не только ты, барон, но и твой сын, и твоя жена, — я покачал головой, — вы дадите мне клятвы верности на крови, а потом мы обсудим будущее, понял?

— Понял, — Михайлов кивнул, опуская взгляд, — только не надо больше мучить моего мальчика.

— Витя, прекращаем, — я кивнул менталисту, и тот вернул молодому Михайлову возможность управлять собственным телом, и Алексей тут же начал тихонько завывать, с ужасом глядя на вывернутые в обратную сторону пальцы.

— Будите жену, Сергей Сергеевич, не будем затягивать, — я поморщился, — а то мне завтра еще на учебу ехать, знаете ли, дел выше крыши, а я тут с вами в бирюльки играю.

Михайлов кивнул и кинулся к жене. Пара тычков, и женщина открывает глаза, а дальше истерика, со слезами, соплями, в общем, как в лучших театрах Парижа. Благо сам барон прекрасно понял правила игры и парочкой оплеух успокоил свою благоверную, а дальше мы приступили к занимательному процессу клятвы, и через пять минут все трое Михайловых были связаны со мной так крепко, что ничем это уже не изменить.

— Итак, господа Михайловы, теперь мы с вами, можно сказать, в одной лодке, очень крепкой лодке, — я широко улыбнулся, — сегодня я уже не буду вам объяснять, что да как, позволю прийти в себя, но завтра после академии, так и быть, загляну в гости. Сергей Сергеевич, надеюсь, ты меня встретишь накрытым столом, тем более что нам будет что с тобой обсудить. Мы договорились, барон?

— Договорились, — Михайлов кивнул.

— Честь имею, — махнув им на прощание, я поманил своих за собой, и мы спокойно покинули особняк, а потом и территорию вокруг путем перехода из одной точки пространства в другую.

— Ну как вам представление? — я вопросительно глянул на свою команду, когда мы оказались за пределами территории Михайловых, — как по мне, всё прошло великолепно.

— Не то слово, господин, — Клюкин хмыкнул, — страху вы нагнали знатно, особенно на главу рода. И это, пожалуй, самое лучшее, что можно было сделать, с такими по-другому нельзя.

— Я такого же мнения, старик, — я покачал головой, — а теперь едем домой, обсудим всё остальное там, тем более что нам есть что обсудить.

Особняк Михайловых.

— Сережа, что это было? — Наталья Александровна уставилась на мужа испуганным взглядом. — Сережа, не молчи, скажи что-нибудь!

— Наташа, заткнись! — барон недовольно глянул на жену. — И без тебя тошно, замолкни! Леша, слушай меня внимательно, о случившемся ни одной живой душе, тебя, жена, это тоже касается, поняли?